История первой любви - Гербер Джина - Страница 41

Он взял ее на руки и понес в спальню, где на полу высилась стопа нарезанной лоскутами обивочной материи. Здесь Билл позволил Стеф встать на ноги и тщательно утер ей слезы тыльной стороной ладони.

— Не плачь, милая, — нежно приговаривал он. — Пожалуйста, не плачь.

Стеф схватила руку Билла и. уткнувшись в нее лицом, покрыла поцелуями шершавую, обветренную кожу. Когда она вновь подняла голову, то увидела темно-синие глаза прямо перед собою. Стеф почувствовала, как его губы сначала осторожно, а потом все более и более требовательно прижались к ее рту. От сладкого волнения у нее потемнело в глазах.

Не прерывая этот обжигающе страстный поцелуй, они очень медленно опустились на рассыпанную по полу материю. Через несколько мгновений футболка и шорты Стеф, а следом и то, что скрывалось под ними, полетело в сторону.

Билл ласкал ее нежно и сильно, осыпая поцелуями каждый дюйм ее тела. А когда он припал губами к самым сокровенным местам, Стеф почти потеряла сознание от неведомых прежде неземных ощущений.

— Стеф, я люблю тебя, — как сквозь сон, услышала она его страстный шепот. — Не оставляй меня, пожалуйста!..

Плотный ком наслаждений уже подкатывал к горлу Стеф, когда Билл соединился с нею.

— Боже мой, Стеф, я обожаю тебя, ты слышишь! — почти кричал он, а она уже каменела в мучительных судорогах, предшествующих взлету на сказочную высоту, именуемую блаженством.

Он взорвался внутри нее, с силой прижимая ее голову к своей обнаженной мускулистой груди и едва сдерживаясь, чтобы не закричать от восторга. И тут Стеф от переполнявших ее душу чувств вдруг заплакала навзрыд, как ребенок. Слезы душили ее, сладкие слезы счастья и умиротворения.

Билл ни о чем не спрашивал, а лишь снова и снова целовал лицо любимой, собирая губами бесценную влагу…

Глава 13

В нескольких милях к востоку, на рельсах, ведущих к заброшенному заводу компании «Клиомит индастриз», в тени старого товарного вагона сидели Джефф Уиндхем и Том Маккиган. Ярдах в семидесяти от них проходила главная железнодорожная магистраль штата, по которой то и дело пробегали длинные товарные поезда.

— Я все же сделаю это, Джефф, — говорил Том, лениво кидая камушки в валявшуюся поблизости пустую банку из-под кока-колы. — Сил моих больше нет. Мало того, что предки лаются между собою каждый день, так сегодня отец еще и врезал мамаше. Я никогда такого раньше не видел и сначала даже не понял, что произошло. А когда понял, то просто обезумел от злости.

— Ты пытался его остановить?

— Да, я схватил отца за руку, а когда он повернулся ко мне, у него было такое лицо!.. Я думал, он сейчас убьет меня. Но он вышел из комнаты, хлопнув дверью. Мамаша принялась рыдать и все такое. Она тоже испугалась за меня. Как же мне нее это надоело! Смоюсь я отсюда, вот увидишь.

Джефф внимательно посмотрел на друга, в глубине души восхищаясь его решимостью.

— Но куда ты поедешь? У тебя нет денег, да и на работу тебя еще не возьмут по возрасту. Чем ты будешь питаться? И где жить?

Том шумно вздохнул.

— Я уже все наметил.

— Правда, что ли? Что же, ты собираешься грабануть банк или нечто в этом роде?

— Год назад я получил письмо от старшего брата. Он пишет, что обретается в городишке Эль Пансо и работает в нефтебурильной экспедиции, заколачивая хорошие деньги. И я решил двинуть туда. Найду его. Может быть, на первое время он мне поможет, пока… — Том задумался, а потом, махнув рукой, неуверенно засмеялся. — Не знаю даже…

Джефф покачал головой и встал, засунув руки в карманы джинсов. Между бровей у него пролегла глубокая складка.

— Не думаю, что это — блестящая идея. С чего ты решил, что твой брат до сих пор живет в Эль Пансо? За год он уже десять раз мог смотаться оттуда. Моя мамочка встречалась с одним парнем, который работал в подобной экспедиции, так он все время болтался с места на место. А что, если ты не найдешь брата?

Том неопределенно пожал плечами.

— Тогда переберусь через границу и буду беспризорничать.

Джефф даже поперхнулся.

— Да ты, старик, с ума сдвинулся. Как можно было такое удумать?

— А что тут особенного? — заспорил Том. — Я читал, что в Мексике — Эль Пансо как раз на границе — многие парни, даже еще моложе, чем я, живут тем, что моют машины и продают туристам всякую дребезгу.

— Старик, — сказал Джефф, задумчиво покачивая головой. — На мой взгляд, вся твоя затея выглядит слишком рискованной. Тебя же могут похитить, изуродовать или что-нибудь в этом роде.

— Да ладно, брось ты. Ничего такого со мной не случится. Мне просто позарез хочется отвалить отсюда. А другой возможности я не вижу. Вскочу на товарняк, идущий в южном направлении, и привет. Вот только наберусь духу.

Джефф отвернулся и, наблюдая за проходящим мимо составом, погрузился в размышления о том, куда бы этот поезд мог унести его.

— Надеюсь, ты мне позвонишь, прежде чем уехать, — тихо произнес он.

— Конечно, старик. Я позвоню, чтобы попрощаться. А может, ты даже придешь меня проводить, — засмеялся Том, вскочил на ноги и с разбегу поддал ногой банку, только что служившую ему мишенью.

— Обещаешь позвонить? — переспросил Джефф с задумчивым выражением на лице.

— Разумеется, — Том сунул руки в карманы джинсов.

Несколько секунд мальчики молча смотрели друг на друга, но добавить к сказанному было нечего.

— Ладно, надеюсь, еще увидимся. Пока, — сказал Том и, повернувшись, направился домой.

Пройдя совсем немного, он оглянулся и увидел, что Джефф пристально смотрит ему в след. Том улыбнулся и прокричал:

— Если хочешь, можешь поехать со мной!

К вечеру небо затянуло тучами и принялся накрапывать мелкий дождик. Стеф и Билл возвращались домой молча.

«Не оставляй меня, пожалуйста…» Слова Билла вновь и вновь звучали в ее мозгу, болью отдаваясь в сердце. Казалось, их повторяют и ветер за окном, и мерно работающий мотор, и шуршащие по стеклу дворники. «Не оставляй меня… Не оставляй меня…»

Билл взял руку Стеф и поднес к губам, поочередно поцеловав костяшку каждого пальца. Печаль и тревога в его глазах подсказывали, что он чувствует приближение конца. Только ли конца их поездки или нечто большего? А ведь она может избавить его от подобного ощущения, сказала себе Стеф. Произнеся всего несколько заветных слов, она сотрет печать отчаяния с его лица и сердца, а свою жизнь направит в желанное для себя русло.

Но страх по-прежнему держал душу Стеф цепкими когтями. Страх неудачи, унижения, одиночества… Дважды она любила, и дважды ее предпочитали другой. Дважды ее надежды потерпели крах. Дважды ей пришлось испытать ощущение душевной зависимости от предавшего ее мужчины…

Подъехав к своему дому, Билл выключил мотор.

— Зайди, пожалуйста, ко мне, — сказал он. — Нам надо поговорить.

Чувствуя, что приближается решающий для их отношений момент, Стеф с готовностью кивнула, прошептав:

— Да, я знаю.

Дождь припустил сильнее, и по пути от машины к дому они успели порядком промокнуть.

— Я приготовлю кофе, — предложил Билл, входя.

— Наверное, надо сообщить Джеффу, что мы приехали? — спросила Стеф, оглядываясь по сторонам в поисках мальчика.

Легкая улыбка тронула губы Билла.

— Да, конечно. Похоже, ты больше чувствуешь себя родителем, чем я. Мне пока никак не удается привыкнуть заботиться не только о себе, но и о других.

Стеф благодарно улыбнулась и опустилась на диван, тогда как Билл прошел в комнату сына. Ах, если бы только она действительно была Джеффу родной, подумала Стеф. Если бы только его родителями стали она и Билл, у них была бы своя настоящая, счастливая семья…

Усилием воли Стеф прервала поток мечтаний и встряхнула волосами, как бы отгоняя от себя фантазии. Зачем без толку мечтать о счастливом будущем, если оно невозможно? У нее нет времени для грез и для того, чтобы завидовать другим людям, имеющим счастливые семьи. Она запомнила это еще много лет тому назад, когда поняла: у других девочек есть мамы, которые их причесывают, смазывают зеленкой разодранные коленки, вытирают им слезы и утешают в огорчении, ее же семья совсем другая. Стеф приходилось довольствоваться тем, что у нее было. И Айрин много раз говорила, что это совсем неплохо.