История первой любви - Гербер Джина - Страница 45

— К Тому, — пояснил Билл, и Стеф с облегчением вздохнула: — Он взял с собой спальный мешок и, думаю, решил там заночевать. Но я хочу после работы заехать и взять его домой. Нам с ним еще надо уладить массу вещей:

— Будь терпелив с ним, — попросила Стеф. — Он и так расстроен. Вспомни себя в его возрасте.

— Да, я постараюсь. Но и ему придется расстаться с фантазией, что мы с Оттилией вновь можем сойтись. Я хочу сказать ему, что люблю тебя и что мы поженимся. Чем раньше он узнает, тем легче ему будет привыкнуть к этой мысли.

Стеф помолчала, задумчиво водя пальцем по узорам на поверхности старого телефонного столика.

— Билл, я боюсь, это будет ошибкой.

— Почему?!

— Потому что он еще не готов к этому. Мне не хотелось бы стать причиной раздора между тобой и Джеффом.

— Может быть, ты позволишь мне самому все уладить?

— Нет, Билл, это касается всех нас. Большую часть своей жизни Джефф считал, что не нужен никому на целом свете. Думаю, в последнее время, когда начал жить с тобой, он только-только стал оттаивать. Я не могу прийти и одним махом все разрушить. Его неуверенность в себе только усилится, а самооценка у него и так слишком низкая.

Она услышала, как на другом конце провода Билл простонал:

— Стеф, милая? Скажи честно, ты не пытаешься этим сказать, что наша женитьба откладывается?

— Я не знаю, Билл, — прошептала она. — Полагаю, сейчас нам нужно подумать прежде всего о Джеффе, о том, каково ему.

Его голос так упал, что был едва-едва слышен:

— А каково мне, Стеф? Я не могу без тебя.

— Я тоже не могу без тебя, — прошептала Стеф. — Но Джеффу нужны мы оба. Давай сначала все уладим с ним, а уж потом поговорим о женитьбе.

Билл надолго затих. Наконец он испустил глубокий вздох.

— Слушай, мне надо ехать на работу. Я позвоню тебе вечером…

— Хорошо, — согласилась она. В его голосе звучала настоящая боль, отчего сердце Стеф сжалось в комок. — Мы поговорим позже.

Позже, повторил про себя Билл, вешая трубку. Проклятое слово, вставшее между ним и Стеф. Позже…

Он встал и пошел к выходу, вынимая из кармана джинсов ключи от машины. Нет, он не позволит ей отступить от уже принятого решения о браке. Это слишком важно для него и для Джеффа. Если бы только мальчик мог понять, как хорошо им будет жить втроем под одной крышей, одной семьей. И объяснить ему это он должен сам.

Возможно, они смогут поговорить по душам сегодня вечером, когда Джефф немного остынет. Билл после работы заедет к Маккиганам и заберет сына. А уж потом они со Стеф уточнят свои планы. И все будут счастливы, рассуждал про себя Билл, направляясь к пикапу.

К половине пятого стемнело так, что работать стало невозможно. Небо над Гринуэй Кроссроудом затянуло низкими черными тучами, из которых то и дело вырывались белые молнии, сопровождаемые оглушительными раскатами грома. Резкие порывы ветра клонили к земле вершины деревьев, с треском ломая сухие сучья.

Стоя на крыльце недостроенного дома, Билл с тревогой наблюдал, как погода портится прямо на глазах.

— Что будем делать, босс? — спросил появившийся в дверях Брайен Маккиган.

— Похоже, приближается торнадо, — угрюмо заметил Билл. — Скажи ребятам, чтобы закруглялись. На сегодня заканчиваем.

Брайен понимающе кивнул, прекрасно зная, как опасно заниматься строительными работами во время дождя. Он нырнул в дом, и несколько минут спустя оттуда стали выходить члены их бригады — полдюжины парней с чемоданчиками для инструментов в руках. Попрощавшись с Биллом, они потянулись к автомобилям, припаркованным неподалеку. Вскоре на стоянке остался один его пикап.

— А где же твоя тачка, старик? — спросил он Брайена. — Или ты сегодня на попутке добирался?

Тот осклабился и, сняв бейсболку, почесал лысеющую голову.

— Да нет. Меня сюда женушка подбросила, а потом поехала в гости к сестре. Кто ж знал, что мы раньше закончим.

— Ладно, садись ко мне, я тебя подвезу, — сказал Билл, запирая на ключ двери дома. — Мне все равно надо заехать к тебе, чтобы взять Джеффа. Я хочу, чтобы сегодня он ночевал дома.

— А я думал, Том пойдет сегодня спать к тебе, — вдруг удивленно проговорил Брайен, когда они уже подошли к пикапу. Нахмурившись, он внимательно посмотрел на друга. — По крайней мере, так он мне сообщил утром. Это Джефф сказал, что с тех пор их планы переменились?

Билл замер на месте. Сердце его сжалось от тревожного предчувствия, а спина мгновенно покрылась холодным потом. Медленно он перевел взгляд на приятеля, который устраивался поудобнее в машине.

— Брайен, а я ведь не говорил с Джеффом. Но сегодня он ушел с рюкзаком и спальным мешком. Я просто предположил… Поскольку прошлым вечером он ходил к тебе…

Голос Билла осекся. Сильный порыв ветра поднял столб пыли, заставив его отвернуться. Когда он снова взглянул на Брайена, лицо у того было белее мела.

— Может быть… — вымолвил Брайен, с трудом шевеля губами. — В любом случае надо побыстрее ехать, чтобы узнать, чего эти пацаны удумали.

— Который час?

Джефф взглянул на свои наручные часы.

— Десять минут шестого. Ты же спрашивал меня всего пять минут назад.

Вздохнув, Том беспокойно заерзал, пытаясь поудобнее пристроиться возле стального колеса старой железнодорожной цистерны.

— Извини, старик, ничего не могу с собой поделать. Хоть бы поезд скорее показался. От одного вида этих туч у меня мурашки по коже. Видел, как молния звезданула?

— Да уж, — пробормотал Джефф, вжимая голову в плечи.

Оглушительно прогрохотал гром, перекрывая шум ветра, ревущего, как раненый зверь.

Том вздрогнул.

— Джефф? — повернувшись к другу, он смотрел на него широко раскрытыми глазами. — Как ты думаешь, твои родители очень огорчатся из-за твоего побега? Они, наверное, будут скучать по тебе, а? Может быть, даже пожалеют, что мало уделяли тебе внимания?

На какой-то миг вместо показной самоуверенности подростка в глазах Джеффа появилось по-детски беспомощное выражение.

— Не знаю, — пробубнил он. — Хотелось бы, конечно.

После очередного раската грома шторм налетел со скоростью экспресса, обрушившись на землю потоками тропического ливня. Где-то трещали многолетние деревья, словно спички, переломленные пополам чудовищной силой ветра.

Стеф с ужасом смотрела в окно. Ее била дрожь. Подошла Айрин.

— Если бы я задержалась минут на двадцать, то оказалась бы прямо в центре этого кошмара, — сказала она. — Пришлось бы глушить мотор и пережидать, пока будет хоть что-нибудь видно.

На лице Стеф появилась жалкая улыбка.

— Ты просто умница. А как дети, они в порядке?

Айрин засмеялась.

— Все нормально. Правда, когда я деток развозила по домам, уже начинало капать, но на их настроении погода не сказалась. Чего, как я вижу, нельзя сказать о тебе?

Стеф потупилась, избегая смотреть сестре в глаза.

— В штормовую погоду всегда происходят ужасные вещи, — нервно произнесла она. Тут же подумав, что изрекла, видно, что-то невпопад, Стеф попыталась рассмеяться, но это получилось у нее не вполне естественно. — С детства почему-то ненавижу дождь. Ладно, еще когда он идет ночью, но черные тучи и эта гнетущая тьма среди бела дня, брр!.. Даже не понимаю, почему я так реагирую.

— Когда умерла мама, шел дождь, — тихо сказала Айрин.

Стеф услышала об этом впервые. Айрин никогда прежде не говорила с ней на эту тему, а сама она была тогда слишком мала: ей едва исполнилось три года.

Помолчав, Айрин продолжила:

— Был жуткий ливень, когда папа вернулся из больницы. Ты выбежала ему навстречу и, упав, вся перемазалась в грязи. Отец так рассердился, что даже отшлепал тебя.

Стеф широко раскрыла глаза от изумления. Она не помнила, чтобы отец когда-либо поднимал на нее руку. Строгого слова или даже одного лишь неодобрительного взгляда всегда было более чем достаточно, чтобы направить ее на путь истинный. Вот почему она недоверчиво посмотрела на Айрин.

— Я не помню этого, — удивилась Стеф. — Неужели он действительно отшлепал меня? Всего через несколько часов после смерти мамы?