Князья Хаоса. Кровавый восход норвежского блэка - Седерлинд Дидрик - Страница 48

Как наглядно иллюстрирует очерк Кадмона, сходство между норвежским блэк-металом и ужасающей "Дикой охотой", скачкой мёртвых, поразительно. Не есть ли это как раз те самые "изначальные образы", по Юнгу, проявившиеся в поколении современной молодежи? Одновременно Кадмон указывает на некоторые разительные контрасты между блэк-металом и сельским фольклором, относя это на счёт современной урбанизации. В этом утверждении он не совсем прав, поскольку многие «блэк-металлисты» живут отнюдь не в Осло и не в Бергене, а как раз в небольших провинциальных городах и даже деревнях. За примером далеко ходить не надо: музыканты таких групп, как Emperor, Enslaved и многих других как раз относятся к этому числу. В целом же статья Кадмона затрагивает очень интересную тему связи между языческой метафизикой и блэк-металом, в корне которых может лежать некий возрождающийся атавизм, и проводит очень интригующие параллели, так что стоит подробнее остановиться на этом вопросе.

Безусловно, многие члены "Чёрного Круга" тщательно создают себе имидж варваров во всём, начиная от внешнего вида и поведения, и кончая стихами и газетными интервью. Сама музыка неподготовленному слушателю без сомнения покажется варварским шумом, хотя, в то же время, она может быть и сложной и красивой.

Черпая своё вдохновение в давно сложившейся в хэви-метале «мужественной» традиции и, особенно, в оказавшей такое колоссальное на становление блэк-метала влияние «викинговской» трилогии Bathory, многие блэкушники пошли гораздо дальше, чем просто возведение вокруг своих групп фасада фантастической нави, — они начали воспринимать их очень серьёзно. Помимо Bathory, в Скандинавии в 80-е была ещё только одна группа, воспевавшая своей лирой религию и обычаи викингов и называлась она Heavy Load. He исключено, что и они неким образом повлияли на некоторых представителей блэк-метал сцены 90-х; так, Металлион, близкий к "Чёрному Кругу" человек, очень лицеприятно отзывался об их творчестве.

Среди команд, играющих дэт-метал, мы бы отметили шведский Unleashed, в плане текстов и своей "духовной ориентации" обособленно стоящий от себе подобных «рычащих». Unleashed всегда определённо высказывались о своих симпатиях к дохристианской нордической религии Асатру. Вот как объясняет своё пристрастие к подобной тематике басист и вокалист группы Джонни Хэдлунд:

Мои учителя — это мои предки, моё вдохновение — природа. Я люблю сидеть где-нибудь на природе и я чувствую её силу — я знаю, что точно так же когда-то здесь сидели с мечом в руке дед моего отца, отец моего отца… Такое знание и есть моё вдохновение.

Подобные сантименты нередко звучат и из уст норвежских блэкушников, с благоговением описывающих красоты сурового северного ландшафта. Распространяясь как-то об источниках своего вдохновения журналисту Terrorizer, Викернес заметил: "Я настоятельно рекомендую вам как-нибудь в середине зимы ночью пойти прогуляться по норвежскому лесу в полном одиночестве, и тогда вы поймете меня: он заговорит с вами в буквальном смысле!" В любви к свежему и бодрящему ночному зимнему воздуху перед сном Викернесу смогли бы составить компанию, наверное, все блэк-метал команды: вы не найдёте ни одной норвежской группы, которая бы не устроила себе фото-сессию в лесу или по колено в сугробе. Дальше всех в этом направлении пошли Immortal, отснявшие видеоклип на одну из своих песен, запечатлевший их с обнажёнными торсами посреди снежного ландшафта. В видео же Burzum на песню «Darkness» ("Тьма") вы вообще не найдете ни малейших следов присутствия человека — на протяжении восьми минут в клипе показываются леса, камни, закат солнца, грозовые облака, и надо всей этой красотой на переднем плане «вырезаются» сменяющие друг друга рунические символы. Co-продюсером клипа выступил сам Викернес, дававший из тюремной камеры ценные советы и наставления. В результате миру был явлен очень впечатляющий, вызывающий массу ассоциаций и воспоминаний клип (даже не взирая на отсутствие в нём какой бы то ни было сюжетной линии или сценария).

В конце двадцатого столетия от рождества христова силы небесные стали свидетелями того, как сплошь и рядом отрекшиеся от бога единого еретики в количестве несчётном стали покушаться на храм господень, вознамерившись возродить огромный пласт дохристианских религий. В самой, древней как мир, природе «жизнелюбия» языческих верований нет ничего Нового, просто многие современные язычники испытали на себе её Притягательное очарование. В частности, боги северян способны вызывать чувства, которые могут неожиданно проявиться у наследников тех, кто им когда-то поклонялся.

Согласно Карлу Юнгу, в большинстве случаев современный человек скорее невольно становится одержим древними стихиями, или богами, нежели сознательно пытается привить себе языческие, дохристианские взгляды. В марте 1936 года Юнг опубликовал в журнале Neu Schweiser Rundschau статью, которая и по сей день вызывает самые противоречивые оценки. Написанная спустя несколько лет после прихода к власти в Германии национал-социалистов, называлась она «Вотан». Юнг с полной определённостью пишет о своей убеждённости в том, что нацистское движение есть результат одержимости широких масс богом Вотаном. Он находит следы языческого Ренессанса в работах многих немецких писателей и философов, особенно Ницше, в которого, по его мнению, «вселился» Вотан, и тот стал своеобразным проводником идей Вотана в мир. "Очень любопытно", — пишет Юнг, — "если не сказать больше… что древний бог-громовержец, давно ставший историей, вдруг, как давно потухший вулкан, проснётся в стране, которая давно выросла из одежд средневековья".

Несколькими годами спустя Юнг напишет, что и Ницше, и ему самому во сне виделись процессии "Дикой Охоты", германского эквивалента Оскорея. В «Вотане» он также описывает Jugendbewegung ("Движение молодежи") — приношение в жертву Вотану овец в дни солнцестояния, а также выражает мнение, что Германия отдаляется от христианства, впадая во власть древнего божества. В довершение всего Юнг высказывает предположение, что 30-е годы могут быть отмечены своеобразным проявлением власти Вотана, продлящейся после "ещё несколько лет или десятилетий", в которые другие, более "экстатические и завораживающие" стороны архетипа бога дадут знать о себе.

Веру в древнюю силу нордической религии разделяет также Штефан МакНаллен, самый известный на сегодняшний день «реставратор» Асатру или одинизма в англо- говорящих странах. В конце 60-х МакНаллен серьезно заинтересовался верованиями древних северян, и открывшееся ему так потрясло его, что он создал свои собственные ритуалы поклонения германским/скандинавским богам и активно принялся за поиски единоверцев. Собрав вокруг себя небольшую группу, получившую название "Братство Викингов" (Viking Brotherhood), позже выросшую в "Свободный Собор Асатру" (Asatru Free Assembly), МакНаллен обнаружил, что в самых различных уголках западного мира большое число граждан чувствуют то же, что и он «одинистское» влечение. Разрозненные, не имеющие ни малейшего представления о наличии где-то ещё на этой планете своих единомышленников, эти группы почитателей богов Северной Европы, как грибы после дождя приблизительно в одно и то же время появились в Англии, Исландии, на восточном побережье США и в Техасе (!) — община МакНаллена. Почему эти группы появились так внезапно и синхронно, сказать трудно — самым логичным объяснением может служить юнговское Wotan redivivus. [3]

В Швеции и Норвегии всегда существовал неугасающий интерес к родным верованиям, а, по крайней мере, одна языческая община «Драупнир» (Draupnir) зарегистрирована норвежским правительством как официалы" разрешённая религиозная конфессия. Наряду с «Драупниром» существуют и другие организации Асатру, такие как «Бифрост» (Bifrost), проводящи1 регулярные сходки, на которых совершаются блоты, т. е. символические жертвоприношения древним божествам.

3

Wotan redivivus (лат.) — Вотан возрождённый (прим. перев.)