Князья Хаоса. Кровавый восход норвежского блэка - Седерлинд Дидрик - Страница 51

51

Теперь нетрудно понять, почему те, кто играют роли парий, еретиков и инакомыслящих испытывают такие симпатии к архетипу Одина. Варг Викернес — один из них, и его давнее пристрастие ко всему, что связано с оружием, войной и смертью вполне гармонично вписывается в одинистский принцип. В своей статье, посвящённой исследованию варгов, Мэри Герштейн находит схожий символизм между самоповешением Одина на мировом древе Иггдрасиле на девять дней для того, чтобы познать мировую мудрость, и Христом, который был распят как вор, чтобы после воскреснуть в зените славы небесного божества. Несмотря на свои языческие пристрастия, Викернес, в некотором смысле тоже стал мучеником, повторившим путь Христа, когда обрёк себя на годы тюрьмы за свою «жертву». Герштейн также проводит параллель между мифологической ролью Одина как покровителя "врагов общества", изгоев и его связью с преступниками-варгами:

По своей сути Один резко отличается от других (индоевропейских) верховных богов, прежде всего своей аморальной сутью: вражда между родичами приводит его в восторг, он побуждает людей нарушать клятвы. Варг-висельник приносится в жертву Одину не в наказание, а скорее он "возвращается к своему праодителю". Само его имя раскрывает его сущность: "Вотан, имя его означает ярость"; Один воплощает собой все формы сумасшествия, бешенства, начиная от безумной жажды крови, присущей воинам-оборотням, чьи жизни были посвящены Одину, до поэтического и эротического безумия.

Один неразрывно связан с самой смертью. Так, в Иинглинг-саге (Ynglingsaga) сказано: "в некие времена Один может вызывать мертвецов из земли или же… видят его сидящим под только что повешенными людьми. Посему зовут его иногда Властелином усопших или Властелином висельников". Души умерших воинов с почётом приходят в "залу избранных" Одина, Валхаллу. От чертогов других богов залу Одина отличают зловещие предвестники близости Валхаллы: как отмечает Герштейн "разлагающийся труп варга на виселице есть эмблема власти Одина и знак его присутствия". Далее она приводит Цитату из Гримнисмаля (Grimnismal): "Залу Одина узнать крайне легко: перед западной дверью висит на виселице варг, а в вышине кружит орёл".

Как уже отмечалось, сегодня Викернес всячески открещивается от своих прошлых Сатанинских пристрастий, мотивируя свое юношеское увлечение дьяволопоклонничеством и оккультизмом тем, что "сам Один есть противник христианского бога, и в этом ракурсе может рассматриваться как Сатана. В качестве доказательства он вспоминает, что после крещения Скандинавии все языческие боги были демонизированы церковью. В этом он, безусловно, прав: чего стоит одна "клятва отречения", которую Бонифаций обязал принять всех Саксов, которые до посинения повторяли: "Я проклинаю все слова и дела дьявольские, и Тунора (Тора) и Водена (Одина), и Сакснота (саксонское верховное божество), и всех чудищ, что им служат".

Забавно, но факт: по прошествии почти тысячелетия после того, как языческие божества превратились в чудищ и демонов, многие блэкушники сперва поклялись в верности этим бесовским духам христианства, а после стали поклоняться им как языческим стихиям. Но, тем не менее, большая часть блэк-метал культуры навсегда останется прикованной к концепции Сатанизма и оккультизма. Чтобы понять, как музыкальный жанр может породить такую страсть к разрушению и богоненавистничеству, следует начать поиски в зародыше блэк-метала: в царстве Люцифера.

ИХ САТАНИНСКИЕ ВЕЛИЧЕСТВА

…Само воплощение зла, на первый взгляд, выглядит отталкивающе. Но чем больше изучаешь личность Дьявола, тем привлекательней он становится. В начале творения с Люцифером связывалось всё неприятное, отталкивающее, затем всё злое, аморальное, дурное. Он — воплощение ненависти, разрушения и смерти, а значит — враг всего живого, враг Создателя, Бога. Но Дьявол — это вселенский бунтарь, единственное независимое существо в империи тирана, противовес единообразию, диссонанс в космической гармонии, исключение из правила, особое в общем, непредвиденная песчинка, ломающая ход тонкого механизма; он — стремление к индивидуальности, жажда оригинальности, которая не даёт спокойной жизни оруженосцам бога, являющихся сторонниками единой тактики боевых действий; он ниспровергает монотонность, пронизывающую все пространственные сферы, где каждый атом в благочестивом почтении и бессознательной добродетельности раболепно следует раз и навсегда установленным курсом.

Пол Карус, "История Дьявола и Идеи Зла"

Движущей идеологией блэк-метала является Сатанизм, как общепринято называть это религиозное течение. Но что собой представляет этот амый Сатанизм на практике? В Норвегии Сатанизм — это поджоги церквей, жестокость и насилие, но такое определение усвоила только одна "отдельно взятая" страна. Сатанизм, как и его антипод — христианство, для разных людей означает целую мириаду вещей. Не существует единого мнения о том, что такое «Сатанизм», музыканты, играющие блэк- метал, сходятся во мнении, что это "противоположность христианству". С самого начала блэк-метал движения в его недрах существовало несколько более или менее чётких направлений "Сатанизма".

Некоторые представители блэк-метал, и самый видный из них — Варг Викернес, отказывают Сатанизму в значимости, рассматривая его как подготовительную ступень для неофитов, которые позже обратятся к корням, к религиозности предков. Другие вообще никогда не были замечены в дьяволопоклонничестве, и их творчество Сатанизм не затронул никоим образом. Ивар Бьорнсон из норвежской «викинг-группы» Enslaved (Порабощённый) считает: "мы не имеем никакого отношения как к Сатанизму, так и к христианству. Это нас не интересует. Мы слушали в своё время много групп, которые назывались «Сатанинскими», но нас интересовала собственно музыка." Enslaved ассоциируется с блэк-метал, хотя тексты их песен, их подход, неразрывно связаны с эрой викингов, с её культурой, но никак не с Сатанизмом. Их неотступное следование исключительно нордической иконографии ещё более недвусмысленно, чем даже у такого одиозного проекта как Burzum.

Другие, напротив, полагают, что Сатанизм и блэк-метал неразрывно связаны между собой, и целый ряд ведущих команд пытались сформулировать своё мировозззрение, отправной точкой которого служил сей постулат. Но в общем-то, «Сатанизм» большинства блэк-метал групп ограничивался и ограничивается помпезной бутафорией шоу, в "лучших традициях" Venom, комичными потугами принять «злое» выражение лица во время фотосессии и беспочвенными, не подкреплёнными доказательствами заявлениями в прессе. Металлион:

Я не думаю, что Сатанизм играл какую-ту серьёзную роль в жизни большинства команд — это скорее заигрывание с оккультными символами и общей текстовой концепцией. Полагаю, что крайне немногие блэк- метал музыканты всерьез знакомы с Черной Магией. Безусловно, такие есть, но они этого не афишируют. Я встречал людей из блэк-метал кругов, которые регулярно посещали всяческие ритуалы, но это совсем необязательно были музыканты.

Схожие мысли касательно надуманного «Сатанизма» в блэк-метале озвучивает и развивает М.В. Даолот из уважаемой греческой блэк-метал группы Necromantia:

Большинство команд напускало на себя вид «Сатанистов» с единственной целью — казаться шокирующими, отталкивающими: секс, Сатана и насилие хорошо продаются. Таких групп и по сей день до хрена, но есть и такие музыканты, для которых Сатанизм стал образом жизни, и, что самое важное — эти музыканты играют в ведущих командах. Поэтому народ "из низших лиг" стали копировать их музыку, их мысли, вне зависимости от того, верят ли они в то, о чём поют, или нет. Как следствие, Сатанизм обрёл более интеллектуальный профиль. На сегодняшний день ситуация в корне не изменилась — музыкантов, всерьёз интересующихся Чёрными Ремёслами немного, но они играют в наиболее крупных командах, и с этим надо считаться.