Князья Хаоса. Кровавый восход норвежского блэка - Седерлинд Дидрик - Страница 54

Гарм: В некотором смысле я до сих пор питаю тёплые чувства к блэк-метал, как к жанру, определившим мои музыкальные пристрастия и отношение к Чёрным Ремёслам. Но с тех пор я сильно повзрослел и сегодня не вижу себе места в этом движении, потому что адепты блэк-метал проповедуют ошибочную и ограниченную жизненную концепцию. Я же ищу в жизни совершенства, а его можно достичь только будучи непредубеждённым к различным мировоззрениям. А это подразумевает что мои интересы простираются далеко за рамки вышеупомянутого жанра.

С того времени, как я попал в блэк-метал круги, в них наблюдается отвратительная тенденция к деградации, и я должен с прискорбием отметить, что большинство тех, кто сейчас определяет лицо этого течения, есть просто горстка алкоголиков-неудачников, в сущности обывателей, не имеющих чёткого представления о том, куда движется жанр. Для них блэк-метал — просто самый лёгкий и простой способ быть посвящёнными в "неформальное молодёжное объединение", необычное и эксцентричное. На сегодняшний день блэк-метал служит всего-навсего опорой в индивидуалистической слабости невежественным и неуверенным в себе молодым людям: в нём они чувствуют себя уютно и комфортно. Неужели это не занимательно?!

Нужно ли бороться с христианством в Норвегии?

Эрик: Христианство есть ничто иное, как проявление инстинктов стада, и, поэтому, сражаться с ним — всё равно, что сражаться с природой самого общества. Ибо пока на свете существуют организованные сообщества людей, будет существовать и водораздел между безмозглыми массами и одухотворёнными личностями.

Христианская религия может увять и отмереть, но ей на смену тут же придет другая философия, пестующая стадные симптомы. Природа толпы заключается в том, чтобы быть шестерёнками в машине общества, а не в том, чтобы следовать идеалам элиты, и тот факт, что стадо следует философии, заигрывающей с его слабостями, с одной стороны вызывает отвращение у эстетов, но с другой, позволяет функционировать общественному организму.

Сатанист наблюдает за обществом со стороны. Для него мир — это сцена, на которой он волен по своему усмотрению быть либо зрителем, либо актёром. Он может смотреть со стороны, смеяться, плакать, вздыхать и аплодировать — в зависимости от эффекта, который на него произвела сцена, или же сам броситься в гущу событии чтобы поразвлечься, но его природа — это природа зрителя, художника. Он не сильно заинтересован в изменении общественных укладов, ибо его связь с обществом минимальна.

Мой ответ таков: нет, битва с драконом христианства не прельщает меня. Каким образом христианство вторгается в мою жизнь? Оно наполняет меня отвращением. Но я не испытываю позывов сыграть роль мессии, учащего слепцов жизни.

Гарм: Активно преследовать христианство во имя торжества Сатанизма просто нелогично, потому что это не несёт последнему никакой выгоды. Христосики устанавливают законы для слабых и ничтожных; и главными параграфами в них являются смирение, покорность, чувство вины, сострадание и расплата за чужие грехи. Извлечь преимущества из всей этой лохани глупости для того, кто играет в команде Дьявола, крайне необременительно. То, что они проповедуют такую дегенеративную мораль, офаждает их, за несколькими несущественными исключениями, от возможности разжечь пламя свободного духовного огня в сердцах их адептов. Вместо этого они дурацкими приемами пытаются уговаривать их: "Ребята, задумайтесь на тем и над этим!" Ха-ха!

Холодный расчёт и скрупулёзность, присущие уму еретика, несут в себе бесконечные возможности в таком обществе, и он может в своём жестоком эгоистичном экстазе упиваться наслаждением. Если обозреть картину в подобном ракурсе, то христосики предстают мазохистами, а он — садистом с хлыстом в руках. А если бы он отправился обращать людей в свою веру, то его мир выглядел бы уже совсем иначе, и он бы уже не мог касаться звёзд, не тревожа их. Так что, на мой взгляд, сражение не имеет смысла.

Самый подходящий пример тщетности подобных устремлений мы имеем в случае с Варгом Викернесом, этим мучеником и нео-викингом. Пророк своего собственного «эго», который, как ни парадоксально, очень похож на Иисуса в своих идеалах, ныне вынужденный нести свой крест за стенами озлобленности. Я очень уважаю этого человека за его убеждения и смелость, но никак не за чувство реальности. Картина сотни воинствующих «Сатанистов», свято верящих в то, что они могут начать крестовый поход на христианство под духовными хоругвями хэви-метала, видится мне достойной сожаления. Я предпочитаю оппонировать христианству, укрепляясь в своём знании, а не тратя понапрасну мою жизнь в иллюзорных мечтах о мире, живущим по законам прави в согласии с природой. В наш век человеческий разум так сильно усложнился по сравнению с минувшими эпохами, что я осознаю невозможность вернуть нашу судьбу к тем формациям. Человек приобрёл контроль, причем контроль временный, над силами природы посредством современных технических средств, но очень скоро это ввергнет нас в забвение — и стоящая за этой эволюцией не знающая покоя сила несёт на себе печать триумфа Сатаны.

Подводя итог сказанному, я не вижу смысла «сражаться» с христианством, но я верю, что оно само уничтожит себя, причем быстрее, чем мог бы мечтать любой поджигатель церквей. В конце концов, мы живём в конце второго тысячелетия, и большинство людей достаточно образовано, чтобы учуять запах дохлой рыбы.

Норвежский блэк-метал в некотором роде уникален: из всех жанров музыки, когда-либо открыто называвших себя «Сатанинскими» он оказался наиболее действенным, а точнее, побуждающим к действию. Пытаясь понять Философские и спиритуалистические черты, присущие этому сугубо скандинавскому музыкальному течению, мы побеседовали с двумя сторонними наблюдателями, чьи комментарии касательно блэк-метал представляются нам Довольно вдумчивыми и далеко выходят за рамки шаблонных крикливых заголовков жёлтой прессы. Оба интервьюируемых нами респондента постоянно сотрудничают с норвежской искусствоведческой газетой Morgenbladet.

Симен Мидгьорд — магистр гуманитарных наук, писатель и внештатный автор вышеупомянутого издания. Кроме того, Мидгьорд является основателем норвежского отделения Ordo Templi Orientis оккультного общества последователей Элистера Краули, которое он открыл в Осло в 1984 году. Он "отошёл от дел" в 1993-м. Мидгьорд любезно разрешил авторам привести в этой книге его статью о Сатанизме норвежского блэк-метал, опубликованную в Morgenbladet, которую вы найдете в Приложении III. Пожалуй, это самое доскональное исследование вопроса, когда-либо публиковавшееся в норвежской печати.

Ряд блэк-метал команд отдают дань уважения Краули в своем творчестве, а некоторые музыканты искали контактов с О.Г.О. в период 1992-93 гг. А еще ближе сердцам блэкушников Мидгьорд стал, когда опубликовал интервью с Ихсахном в Morgenbladet. Во время наших бесед с ним Мидгьорд развил интересную теорию, проводящую параллель между "средневековым Сатанизмом" норвежского блэк-метал начала 90-х с серией «сенсационных» статей о деятельности О.Т.О. и Сатанизме, заполнивших страницы норвежской прессы в 1990-91 гг. Продвигаясь в своих исследованиях, мы обнаружили, что и другие исследователи, помимо Мидгьорда, пришли к схожим выводам о возможной связи между газетным бумом и последовавшими вскоре заявлениями блэк-металлистов.

Вслед за интервью с Сименом Мидгьордом мы публикуем беседу с Полем Матиесеном, убеждённым христианином, ведущим теологическую рубрику в Morgenbladet. Нетрудно было предположить, что реакция официальной норвежской церкви на поджоги и нападки со стороны блэк-металлистов была негативной, но по сути она свелась к гневным речам о "шокирующем всплеске Сатанизма среди молодёжи". Матиесен, как лицо неофициальное, может позволить себе критиковать подобную примитивную риторику, и его глубокие, неочевидные выводы могут удивить даже ревностного дьяволопоклонника.