Чародей - Вулф Джин Родман - Страница 101

– Я начинаю забывать о приличиях. Мои слуги спят…

– Кроме этих двух. – Моркана рассмеялась.

– Да, ваше высочество. Все остальные спят, но я могу найти бокал хорошего вина, коли вам угодно. Какое-нибудь печенье и сушеные фрукты.

– Глоточек вашего эля. Вы позволите?

Я подал Моркане кувшин, принесенный мне Хальвердом; она единым духом осушила его и отставила в сторону.

– Теперь вы выполнили свой долг как хозяин Редхолла. Мы говорили о моем нижнем белье, не так ли? – Она рассмеялась, потом рыгнула и снова рассмеялась, как прежде. – Не желаете взглянуть, что поддерживает мои груди?

Я помотал головой.

– Жесткие кружевные вставки. Они держат их, как великан на карте держит мир на своих плечах. – Моркана ненадолго умолкла, подхватив ладонями предметы, о которых шла речь. – Нет, они больше. Полушария. Мне нравится такое определение. Полушария слоновой кости, гладкие, твердые, увенчанные рубинами. Королевские державы отлиты из золота, но мои мне нравятся больше. И вам понравятся.

– Нет, ваше высочество.

– Несомненно, понравятся. Если не сейчас, то в другой раз. Что же касается Гренгарма, то здесь я ваша должница. – Лицо Морканы приняло серьезное выражение. – Я всегда возвращаю долги. Мой отец был королем в Митгартре, но моя мать – дракон из Муспеля. Меня воспитывали эльфы. Вы мне верите?

– Да, ваше высочество. Я знаю, что это правда.

– Я хороший друг, но страшный враг. Вы еще убедитесь, что и здесь я говорю истинную правду. Я наблюдала за вами всякий раз, когда находила время. А что, те женщины действительно такие огромные, какими кажутся?

– Они еще больше, ваше высочество. Когда я узнал, что женщины у них живут отдельно, я долго недоумевал, почему инеистые великаны допускают такое. Но когда я увидел дочерей Ангр, мне все стало ясно.

– И вы ни разу не испытали страха перед ними.

Я пожал плечами.

– Вы величайший рыцарь во всем Митгартре. Я не могла наблюдать за вами, покуда вы находились в Скае, но я знала, что вы поднялись туда. Теперь вы вернулись обратно. Вам понадобится друг там, в Тортауэре. Так вы сказали, и именно поэтому я пришла. Вы и сами не представляете, насколько вы правы в своем предположении.

– После разговора с обитателем Тортауэра, то есть с вами, я готов согласиться с каждым вашим словом, ваше высочество.

– Вы думаете, я предлагаю себя каждому встречному-поперечному? Коли так, вы глубоко заблуждаетесь.

Я попытался объяснить, что не думаю ничего подобного, но просто хочу сохранить верность Дизири.

– А она хранит верность вам? Вам не обязательно отвечать – ответ написан на вашем лице. – Моркана на мгновение умолкла, прикусив белыми зубами полную нижнюю губу. – Мне очень жаль. Я никогда не предполагала, что когда-нибудь скажу такое человеку, но мне действительно очень жаль.

– Благодарю вас, ваше высочество. Вы очень добры.

– Меня обвиняли во многих проступках, но в таком – еще ни разу. Думаю, подобное впредь не повторится.

Почувствовав, что она собирается уходить, Орг пошевелился.

– Вы уверены, сэр Эйбел? Это не обязательно делать на столе, просто я подумала, что для нас он может сойти за тот алтарь. Но мы можем лечь и в вашу постель.

– Искушение слишком велико, но я не вправе поддаться ему. И не поддамся.

Она рассмеялась – наверное, уже в двадцатый раз за все время нашего общения – и отступила назад, в темноту, поглотившую подол ее платья. Золотая корона плавно поднялась над головой Морканы, словно кусок раскрашенного дерева в воде, а потом столь же плавно опустилась обратно.

– Вижу, это произвело на вас впечатление. – Она рассмеялась. – В награду за ваше удивление… к вам гости. Вам лучше разбудить слугу, коли вы не желаете сами отворять дверь.

В дверь яростно забарабанили, а когда стук на мгновение прекратился, я сказал:

– Шум разбудит Хальверда, коли в этом есть необходимость.

Продолжая улыбаться, она отступила еще на шаг назад; огонь в камине полыхнул с прежней силой, и у меня возникло такое ощущение, будто стук в дверь прервал мой сон. Мгновение спустя дверь заходила ходуном на петлях. Услышав за ней голоса и топот сапог, я велел Оргу не убивать ни людей, ни домашних животных без моего позволения, но поохотиться на дичь в окрестном лесу и отослал его прочь.

Гильф подбежал ко мне и сел на задние лапы. Я погладил пса по голове.

– Ты видел ее, Гильф? Ты видел ее глаза? В глазах Дизири пылает желтое пламя, как у всех эльфов. А у нее глаза черные – но почему они так горят?

– Ухо востро.

– О, конечно. Она опасна. Я это понимаю.

Я услышал голос Хальверда в коридоре:

– Сэр Эйбел спит, я уверен. Мы найдем вам место для ночлега и…

– Я здесь! – крикнул я, и все они ввалились в мою комнату: Хальверд, Кат, Вистан, Поук и Анс.

Хальверд спросил:

– Это ваш оруженосец, сэр Эйбел?

Он так говорит.

– Я счел нужным впустить их, сэр, – добавил Кат, – но пришел вместе с ними убедиться, что все в порядке. Мы выдворим их, коли вы прикажете.

– Мы люди сэра Эйбела, – заявил Анс, а Поук начал:

– Я первый поступил к нему на службу, и негоже…

Я знаком заставил обоих замолчать, подтвердил, что Вистан – мой оруженосец, и велел последнему говорить.

– Мы поехали за вами, сэр Эйбел. Вот и все. – Он прочистил горло. – Я знаю, вы никак не могли взять нас с собой, и вам пришлось оставить нас. Ну, я и предложил тоже поехать вперед: вдруг мы вас догоним. Лорд Бил не хотел отпускать нас, но королева Идн, то есть ее величество, сказали, что нам следует ехать, и его милость сказали то же самое, и тогда его светлость согласились. Я сказал им оставаться, но они не захотели, и потому я взял их с собой.

Поук постучал костяшками пальцев себе по лбу:

– У нас есть свои обязанности, сэр, сказал я. Только сэр Эйбел…

– Прикажите им слушаться меня, – закончил Вистан.

Я объяснил, что сначала ему придется заслужить их уважение.

– В следующий раз я заслужу уважение своим мечом. – Вистан мрачно насупился. – Они увязались за мной и взяли двух мулов.

Я видел, что обоим не терпится высказаться, но покачал головой.

– Поэтому мы двигались медленно, но я постоянно подгонял их. Я хотел поехать вперед. И вчера уже совсем было собрался. Только на них могли напасть разбойники – и кто бы тогда защитил их?

Поук презрительно фыркнул.

– Поэтому я остался, сэр Эйбел. Из-за мулов.

– У меня очень мало вещей. Мулы нагружены твоими вещами?

– Нет, сэр. Вернее, моих там мало. Я…

– Там добыча, сэр, – перебил Вистана Анс. – Трофеи.

– Собранные на поле боя с йотунлендским войском, сэр. – В голосе Вистана звучали извиняющиеся нотки. – Когда вы уезжали, к дележу добычи еще не приступали, но на следующее утро все поделили в соответствии с правилом.

Не зная упомянутого правила, я попросил Вистана просветить меня.

– Думаю, я смогу, сэр. Четвертая часть отходит к короне. Из всего остального одна доля достается каждому присутствующему плюс одна доля каждому человеку благородного происхождения, не носящему рыцарского звания. – Он дотронулся пальцем до своей груди. – По пять долей приходится на каждого рыцаря плюс по одной доле на каждого меченосца и лучника, находящегося под его началом, только они все хранятся у рыцаря. Десять долей достается каждому дворянину плюс по пять долей каждому рыцарю, который ему служит. Таким образом, его милость должны были получить пятнадцать долей, сэр, но остальные не пожелали о таком и слушать, поскольку в действительности вы тоже рыцарь его милости, а не один только сэр Воддет, и вы сделали больше любого другого, поэтому они заставили его милость взять двадцать долей. А потом…

– Довольно, – сказал я. – Насколько я понимаю, я получил пять долей, ты – две, а Поук и Анс – по одной.

– Вам досталось больше, сэр, – с гордостью сообщил мне Поук. – Когда всю добычу поделили, сэр Воддет сказал, что вам следует добавить еще…

– И сэр Леорт, сэр, – вставил Анс. – Он и королева. И многие другие.