Путь к Эвенору - Розенберг Джоэл - Страница 48

— Ни за что не стану лишать всех женщин мира моего обаяния. Только для таких разговоров пока рано. Я все еще в норме.

Ахира кончил точить топор и тщательно, любовно обернул его промасленной тряпкой.

— Возможно, — сказал он. — Даже наверняка. Но когда-нибудь ты окажешься слишком медлителен. Этот момент можно оттягивать, но настанет время, когда ты не сумеешь действовать сам. — Он принялся грызть ноготь. — Следующее поколение на подходе — Джейсон обретает хватку. И надо сделать так, чтобы у него было на кого опереться.

— До каких пор?

Ахира пожал плечами.

— Пока что-нибудь не изменится. Как бы ни изменилось. Пока не вспыхнет революция, которую готовит Лу. Пока сборище холтских и бимских баронов не станет настоящим парламентом. Пока не вмешается Арта Мирддин и не перепохабит нам все, что мы делаем.

Свет звезд плясал на воде; брызги обдавали не бодростью, а холодом.

— А тем временем, — продолжал он, — ты должен делать две вещи.

Я знал, что будет первой.

— Тренироваться, тренироваться и тренироваться.

— Угу. Начнем утром. Мы с тобой... я читаю твои мысли почти так же хорошо, как ты — мои. Тэннети слишком увлекается, а Джейсон свои действия не координирует ни с кем.

Я пожал плечами:

— Я все время думаю о нем, как о его отце. Карл отпрыгнул бы назад и посбивал половину солдат с ног еще до того, как ввязаться в драку, а потом перебил бы всех остальных.

Ахира одарил меня долгим взглядом — он так смотрит всегда, если я ляпну какую-то глупость.

— Вот это — вторая. Не слишком верь в эту легенду, не то начнешь считать себя столь же легендарным. — Он смотрел на воду. — Ты должен помнить, что ты — хитроумный Уолтер Словотский, и оставь свои попытки быть Карлом. Шататься по площади разведки ради поступок.

— Ну, допустим, — не сказал я, так. Я это проделал по-своему.

Но Ахира застрял на теме «ты-становишься-слишком-стар-для-этого», и мне не хотелось усложнять вопрос.

И потом, он прав. У меня всегда лучше получалось прокрадываться и двигаться в обход, а не лезть напролом против шестерых мечников. Я должен был придумать обходной путь, а не устраивать «китайскую ничью» с Даэраном.

— Постараюсь, — сказал я.

— Вот и хорошо. — Он встал. — Тренироваться начнем с утра. А пока иди поспи. Эту ночь подежурю я. Отосплюсь завтра.

А, черт!

— О'кей, — сказал я. — О'кей, хрен с ним. Сдаюсь.

— А?

            — Сдаюсь. Ты победил. Если не скажешь — рухну на колени и спрошу.

Он улыбнулся и щелкнул ногтем по якорному канату.

— О чем спросишь?

— Как вышло, что ты жив?

Снова улыбка.

— Ты о том, что гномы тяжелее воды и не могут плавать?

— Именно. Так ты скажешь или мне предстоит умереть от любопытства?

Он пожал плечами, взвесил якорный канат на ладони.

— Надо бы попросить у Эрола Линеана кусок такого троса, как талисман. Кто-нибудь когда-нибудь тебе говорил, что гномы не умеют лазать по канату?

Глава 21,

в которой я даю отпор фанатику и провожу время со старым другом

Существуют истины не для всех людей и не для всех времен.

Да, я передумал. И что?

Хорошо, когда старые друзья рядом. На эту тему есть пара историй — но с ними придется чуток подождать.

Мы остановились в Артивене — поторговать. Бросили якорь на рейде, и шлюпка увезла на берег Эрола Линеана с кое-какими товарами — парой связок скифортского железного дерева, несколькими бочками невероятно вонючего фене-варского клея и пятьюдесятью с лишком фунтами приютского булата.

Удивляться тут нечему — Артивен славится своими клинками, а сталь лучше приютской найти трудно.

Думаю, однако, мы вполне могли бы и пройти мимо — если бы не две вещи. Первое: у экипажа кончались припасы. В Брэ их пополнить времени не хватило. Поспешное бегство всегда помешает чему-то важному, что неудивительно. Второе: Ахира хотел ссадить с корабля Баста и Кенду. Чтобы не путались под ногами.

Эрол Линеан выспрашивал у меня подробности изготовления пороха, и я их сообщал.

Баст куксился. У нас было мало бальзама, чтобы полностью поставить его и Кенду на ноги; а он от пережитых испытаний очень ослабел. Отдых и еда поправят дело, пусть и не сразу. Хотя отдыхать он не мог.

Он перехватил меня, когда я брал у Вертума Барра очередной урок по такелажу и парусному вооружению кеча — я не дилетант, но никогда не упускаю возможности приобрести новые умения и отточить прежние. Тэннети и Джейсон тренировались на корме.

Было приятно вновь ощутить себя моряком, ни о чем не беспокоиться, ходить в мешковатых штанах и больше ни в чем — ну, еще повязка на голове и нож, привязанный к правой икре под штаниной — и думать лишь о том, как растянуть парус, чтобы максимально его использовать, не пора ли откачивать из трюма воду или как управляться с кораблем под сложным набором парусов.

Рангоут у «Делениты» был необычным даже по меркам своеобразных парусников Киррика: использовалось лакированное клееное дерево вместо железа (нормально) и бронзы (еще лучше); шкаторины кливера заякорены, а не скользят, лапы рифов — как медвежьи когти. Непривычно, но неплохо.

Тэннети разделась до тонкой полотняной рубахи и шортов, а на Джейсоне были лишь поношенные приютские джинсы. Они кружили друг вокруг друга, выставив руки, чтобы ухватить противника за предплечья либо за пояс.

— Ну, так, — прожевывал Вертум Барр пополам с вяленым мясом, — ты небось слышал, что бизани кечу ходу не прибавляют. Кое-что в этом есть. Но когда лавируешь в узкости, чем быстрей сменишь галс, тем дальше будешь от препятствия, потому-то мы и так внимательно бизань настраиваем. — Он хмуро оглядел горизонт, кожа на лбу пошла морщинами. — Если ветер неустойчивый, можно бизань-трисель поставить.

Вдали собирался шторм. Всем штормам шторм.

Тэннети позволила Джейсону ухватить себя за пояс и, когда он попытался провести бросок, пнула его пяткой в икру опорной ноги, сбив на палубу. Они повалились оба — Тэннети сверху, пальцы замерли в паре дюймов от мальчишкиных глаз.

Она вскочила, хлопнув ладонью по палубе.

— Еще раз.

— Но почему кеч? — спросил я.

Вертум Барр улыбнулся.

— «Деленита» была рыбачьей посудиной, а рыбакам нужна не столько скорость, сколько маневренность. Если б решал я — я бы переоснастил ее в шлюп, но Эролу Линеану она нравится такой, а она ведь его, а не моя?

Тэннети и Джейсон сошлись снова. На сей раз их руки и ноги мелькали так быстро, что я толком не понял, что происходит, но когда схватка кончилась — он по-прежнему стоял на ногах, а Тэннети, тяжело дыша, лежала на палубе.

Если б решал я — корабль переждал бы шторм тут, стоя на якоре, но никто из экипажа, похоже, не считал его по-настоящему опасным. Можно много чему научиться, время от времени нанимаясь матросом на каботажные суда, но есть вещи, которые могут дать лишь долгие годы опыта.

— Ну а если мы хотим обогнать бурю — мы сможем бежать быстрее и ничего не бояться, коли тут сзади у нас будет немного тряпки. Так?

Я кивнул:

— Похоже, что так.

Я слышал, как ко мне со спины подходит Баст, но ничего не сделал. Пусть начинает сам. Разумеется, если он намерен воткнуть мне нож между ребрами, я пожалею об этом. Но так уж я устроен.

Вертум Барр потер лоб согнутым пальцем и отошел.

— Уолтер Словотский! — позвал Баст, и я обернулся. — Нам надо поговорить.

— Можно и поговорить. Если ты намерен поспорить на счет плавания в Скифорт — обратись к гному.

Ахира был на берегу, искал судно отправить Баста и Кенду, по поводу чего я, во-первых, не был настроен спорить и с чем, во-вторых, был совершенно согласен.

— Не об этом, — сказал он. — Кое о чем более важном.

Я помнил Баста голенастым пареньком с кадыком, что нервно подергивался на тонкой шее — мягкая редкая бороденка не могла его скрыть, как не могла и изменить невыразительного лица. В прежние дни он никогда не смотрел мне в глаза, вечно отводил взгляд.