Ответный удар - Гир Уильям Майкл - Страница 107

— Мэг Комм, ты поможешь нам в это чрезвычайно трудное и сложное для человечества время? Сможешь ли ты координировать действия новых управленческих структур, которые мы начали создавать в Свободном пространстве? Если ты не согласишься сделать это, очень много людей погибнет в хаосе, который уже стоит у нашего порога. Как и прежде, мигни один раз, если ты отказываешься помочь нам и два раза, если ты согласен.

— Две красные вспышки, — объявил Синклер.

Стаффа снял с головы антистрессовый колпак. В его душе боролись два чувства — облегчение и недоверие.

— Он говорит, что поможет нам. — Синклер скрестил руки на груди и бросил на Машину тяжелый пристальный взгляд. Красный свет индикатора вызова опять стал требовательно мигать. — Чего мы достигли, Главнокомандующий? Удалось ли нам заключить сделку во имя спасения человечества, или же мы сами вот-вот затянем петлю на своей шее?

— Хотел бы я знать, Синклер!

Долгий подъем оставил Синклера задыхаться, ноги у него подкашивались, но, несмотря ни на что, он стремился вперед, к верхним уровням Макарты. Как только вдали исчез ровный белый свет нижних уровней горы, автоматически зажглись фонари на его костюме, выхватывая из тьмы неровные участки пола галереи.

Синклер хотел как можно быстрее миновать еще не убранные тела погибших. Ему становилось не по себе, когда приходилось переступать через изуродованный труп.

В ярких слепящих лучах фонарей смотревшие на него лица покойников, искаженные гримасами нечеловеческих страданий, становились еще страшнее. Покрытая пылью, обгоревшая броня издавала при случайном прикосновении жуткий, холодящий душу дребезг.

Это посещение катакомб принесло Синклеру не меньше боли и страданий, чем первое. Иногда он невольно останавливался и дотрагивался до покрытого оплавленной броней плеча трупа или смотрел в тусклые, безмолвно вопрошающие глазницы высохшего черепа.

— Простите меня, — шептал он снова и снова.

Наконец, когда уже начала кружиться голова, Синклер выбрался из туннеля, давившего его психику мрачными глыбами воспоминаний. Вокруг сияли разноцветные прожекторы, освещая темную тарганскую ночь. Техники и рабочие громко переговаривались. Стуча молотками, они сооружали временные помещения. Издалека донесся рев поднимающегося на орбиту челнока. Где-то в темноте урчала передвижная электростанция.

Синклер вздохнул и набрал полные легкие свежего прохладного воздуха. Он все еще находился под впечатлением кошмара, увиденного в пещерах. Прищурившись, вгляделся в освещенный круг полевого лагеря и повернул направо. Скоро он оказался в темноте за пределами их временного пристанища.

По расположению звезд Синклер определил, что через час начнет светать.

Миновав часового, он поднялся на высоту, господствовавшую над долиной, где уселся на камень, прислонившись спиной к дереву, от которого исходил запах ванили. Слушая, как негромко шуршат под порывами ветерка палые сосновые иголки, Фист погрузился в невеселые воспоминания. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как они сидели здесь вдвоем с Маком Рудером, пытаясь осознать потерю, которую понесли. Боль утраты была невыносимой. Гретта…

Это случилось днем, еще до того, как Макарта вытряхнула из него последние остатки уверенности в себе. Тогда Мак стоял перед ним и пытался предупредить, что Или Такка попытается соблазнить его.

Я НЕ ПОВЕРИЛ ТЕБЕ, МАК. Я НЕ СЛУШАЛ ТЕБЯ.

Синклер фыркнул от злости на самого себя. Если бы я отнесся к твоим словам, Мак, серьезно, то все равно не поверил бы.

ТЫ ДУРАК, СИНКЛЕР. ИДИОТ ДО МОЗГА КОСТЕЙ.

Он откинул голову назад, слушая звуки ночи. По реке его памяти продолжали медленно плыть мертвецы. Их высохшие пергаментные лица вонзались в его воспаленный мозг, загораясь там сияющими факелами. Этот пещерный запах смерти навсегда останется с ним.

МОГ ЛИ Я СДЕЛАТЬ ЧТО-НИБУДЬ, ЧТОБЫ ИЗБЕЖАТЬ ЭТОГО?

До его слуха донеслась легкая поступь чьих-то ног, обутых в армейские ботинки. Синклер устало усмехнулся.

— Эдна? Это вы? Или на мое несчастье еще уцелел один из мятежников Седди?

— Это всего лишь я, сэр. Прошу прощения за беспокойство. Я присяду поодаль.

Синклер с досадой закусил губу, затем, сдавшись, хлопнул себя руками по коленям.

— Ладно, Эдна. Идите сюда и присаживайтесь. Если уж мне неизбежно суждено иметь вас при себе в качестве телохранителя, то неплохо было бы познакомиться поближе.

Эдна вышла из-за дерева и принялась тщательно осматривать окружающую местность через прибор ночного видения. Удовлетворенная, она уселась наконец напротив Синклера, подняв прозрачное забрало своего шлема, напичканного электроникой. Верхняя часть шлема, изготовленная из брони, была вся испещрена маленькими точками отражавшихся в зеркальной поверхности звезд. При тусклом свете Синклер с трудом мог различить лицо девушки. У Эдны были карие глаза и широкие скулы, которые сочетались с прямым носом и полным чувственным ртом. Это придавало ее загорелому лицу гордое и несколько высокомерное выражение.

Воображение Синклера дополнило образ пышной гривой великолепных, черных как смоль волос, упрятанным сейчас под шлем.

— Что бы вы хотели узнать, лорд Фист?

— Откуда вы родом?

Эдна устремила взгляд куда-то на юг, поверх долины, заросшей кустарником.

— Моя семья родом из Малберна, но большую часть жизни я провела на Итреате. Еще мой отец вступил в ряды Компаньонов, а я последовала по его стопам. К счастью, я усердно занималась и, выдержав испытания, была зачислена сразу в тактическое спецподразделение.

— И долго вы служите у Стаффы?

— Четыре имперских года прошло с тех пор, как я вступила в ряды Компаньонов. — Эдна улыбнулась, сверкнув белыми зубами. — На Миклене я впервые побывала в бою. Там я отличилась при проведении диверсионных акций в тылу врага.

Синклер устроился поудобнее, почувствовав, что выступы валуна начинают больно врезаться в его тело.

— А я попал на войну случайно. Тайное влияние агентов Седди не позволило мне доучиться в университете. Вместо этого я был призван в армию и почти сразу же меня, зеленого новичка, салагу-рядового бросили с первым десантом на Таргу.

Вы можете себе представить это? Я даже не умел толком стрелять из бластера… он презрительно покачал головой. — И они думали, что из меня получиться хороший вояка!

Эдна нахмурилась.

— Я думала, вы служили в Первой дивизии. И разве вы не командовали всеми Вооруженными Силами риганцев?

— Да, командовал, — Синклер машинально поднял камешек и бросил его в темноту. — Но это случилось уже значительно позже. А здесь, на Тарге, я чуть было не стал жертвой политических интриг. Тибальту нужна была грандиозная катастрофа, чтобы убедить Стаффу заключить союз с Империей Рига. А это было на руку Седди. На следующий день после того, как нас сбросили на Таргу, наши войска взяли ее столицу Каспу. В первой же контратаке погибло девяносто процентов Первой Тарганской дивизии. Нам прислали пополнение из только что призванных юнцов, а меня назначили Командиром Первого подразделения. Моей части была поставлена задача — удержать горный проход. Мне удалось выполнить ее только благодаря тому, что я действовал не по уставу, который явно устарел. И потому, что всецело доверял своим солдатам.

Синклера вновь обступили призраки, наблюдающие за ним из темноты, кивающие страшными черепами, словно подтверждая справедливость его слов. Несколько минут он молчал, погруженный в себя, снова и снова переживая этапы того жестокого боя за истерзанную взрывами горную седловину. Перед ним вновь замелькали вспышки бластеров и разрывы сонических снарядов, выворачивающие наизнанку спокойствие лунной ночи. Только огромным усилием воли ему удалось прогнать от себя наваждение.

— Тибальт нуждался в жертве. В противоречие с существовавшей практикой передвижения кадров по служебной лестнице, меня снова повысили в должности и назначили Командиром Первой дивизии. Мое радостное недоумение очень скоро рассеялось, когда стали ясны причины, толкнувшие командование на столь неожиданное нарушение традиций. — Синклер показал рукой на восток. — Нас высадили вон там. Мы остались без транспорта, без огневой поддержки боевых орбитальных станций, без снабжения боеприпасами и продовольствием. И вдобавок ко всему, нам были даны ложные разведданные. Казалось, все эти факторы должны были способствовать полной победе тарганских мятежников.