Звёздный Меч - Вольнов Сергей - Страница 36

Первый чек-пойнт мы – пара «узников» и пара «надзирателей», – проходим без задержки. На втором – ба, знакомые всё рожи! – встречаемся с жертвой моего хулиганства.

Стражница с энтузиазмом комментирует моё появление: – А-а, шпион! Ну счас из тебя дерьмо вышибут, чел! – и тем самым нарывается. Если бы промолчала, то я бы оказался клятвопреступником, не выполнившим собственное обещание. Добреньким таким, простившим унижение и клаустрофобическое удушье…

Но напряжённо натянутая струна ненависти лопнула, и я срываюсь.

Прыжок. Прямой удар в живот. Пока она сгибается пополам, я уже выпускаю ножом сержанта кишки из её напарницы, одномоментно доставая ногой третьего ревмагстражника и вгоняя ему в пасть его собственные зубы. Бордовая кровища брызжет знатно, и я хочу утопить в ней четвёртого контролёра, но опаздываю – горло ему уже перерезал Жжихло. Теперь мафиозо с довольной ухмылочкой потрошит амуницию трупов.

Я выпрямляюсь, игнорируя неодобрительное покачивание капитановой головы, и поворачиваюсь к скорчившейся под стенкой длинноязыкой дуре. Секунду смотрю, потом угрюмо прошу товарищей: – Вы идите вперёд, я догоню. – Поднимаю глаза, сузившиеся от ненависти и боли, и говорю облачку: – Ты тоже. Не пытайся меня остановить.

– Когда Боя понесёт нелёгкая, остановить его не под силу никому, – мрачно произносит Кэп Йо, – даже мне. Наследие бурного прошлого. Если вообще остановится, только сам. Уходим, други и подруга, уходим.

– Я б тебе рад пособить, кореш, – говорит вор, уходя последним, – но слово братана – закон. Я ж не беспредельщик.

…Настигаю их три минуты спустя. На всё про всё мне хватило пары минут. Сгорая со стыда, но уже разряженный. Выполнил обещанное по укороченной программе, но от души. Биг Босс прав – я изверг. Бываю. Наследие прошлой жизни. Слава Вырубцу, Номи не видела, что я сотворил. Даст Вырубец, и не узнает…

Грузимся в лифт. Принц тычет сенсор с двумя циферками «0»… Подымемся вгору, и тихой сапой дальше – так и выползем на фиг из застенка, больше никого по пути не укокошив… Не тут-то было! Если всё хорошо – значит, жди гадости ужасной.

Дождались.

Створки размыкаются, и количество стволов, уставившихся в нас, можно смело исчислять сотнями. Облачко шелестит: «Засекли… не успела нейтрализовать… враг оказался быстрее…», – и первым устремляется в атаку.

С этого мгновения превращается наше медленное «пританцовывание» в огненный Танец Смерти.

…они бы нас изрешетили без вариантов, если бы не полученный ими приказ брать по-возможности живыми, и если бы не боевая наша подруга Фея. Антимагической и антитехногенной обороной занялась она, на нашу же долю выпала привычная работа.

Капитан орудовал двумя мечами, используя приёмы фехтования на новисадских остроганах, и весьма эффективно. Первый же красногвардеец, попытавшийся с ним скрестить клинки, вмиг лишился своего и рухнул, разрубленный наискось от правого плеча и почти до левого бока… Второго постигла схожая участь, с тою лишь разницей, что он умер, разрубленный слева направо… За Кэпа Йо можно было не волноваться.

Жжихло, родившийся и выросший в трущобных секторах Артурвилля, орудовал ножом, как нанятый. Ни единого лишнего движения. Выпад – вспоротый живот, разворот – полуотрезанная рука, поднырок – вспоротый пах, падение и перекат – рассечённые

поджилки, отскок и боковой выпад – ещё один схватившийся за перерезанное горло враг…

Джонни удивил. Скрестив мечи сразу с тремя красногвардейками (везёт же мне на баб, дхорр их затопчи!!!), я успевал краешком глаза следить за ним, чтобы успеть на помощь, если что. Но наследный принц владел своим телом и орудовал мечом и кинжалом не хуже вора, меня и капитана, будто каждый день тренировался часов по шесть. Как потом выяснилось, так оно и было. Цесаревич-зэк в своей камере уделял большое внимание

физической подготовке. Будто предчувствовал – когда-нибудь непременно наступит его звёздный час!..

Мерцающий смерч носится в гуще сраженья, и как только кому-нибудь из красных взбредало в голову применить против нас магический приём, или попытаться направить трубчатую бааджжику-зужжу, или, наплевав на приказ, вознамериться влепить в лоб скорчерный импульс, на него обрушивался удар ветра, от которого умник/умница летел/а вверх тормашками.

Славная, в общем, получается рубка.

Окровавленный воздух кипит не хуже боржча в кастрюле. И хотя не раздалось ни единого

выстрела, накал страстей поистине Огненный. А тут ещё подоспевают какие-то уроды со штуковинами типа древних как мир детских брызгалок, только заместо водички при сжимании вылетает зверски едучая кислота, и приходится-таки попотеть, чтобы сохранить шкуры в целости. Но очень скоро мы добиваемся полной и окончательной победы, и широченный холл похож на это историческое, как его… ах да, Бородинское поле. Переглядываемся – свои все живы? Все.

Вперёд!

Ещё один коридор проходим в хорошем темпе, танцуючи, так сказать. Попытки атаковать нас из дверей боковых помещений мы пресекаем на корню, в буквальном смысле устилая свой путь трупами и оставляя шикарный кровавый след. Всё это уже начинает напоминать какую-то кошмарную компьютерную игрушку из разряда бродилок-мочилок, и поднадоедать. Это только игрокам, управляющим виртуальными бойцами, может нравиться; будучи сам «в игре», придерживаешься диаметрально противоположного мнения.

И когда мы наконец вырываемся под открытое небо, и ни единая вражеская сволочь в поле зрения не просматривается, вздыхаем с облегчением. В крейсерском темпе минуем внутренний двор, ныряем в туннель, ведущим к выходу из… И останавливаемся разом, как об невидимую стенку ударенные. Дальше нас вновь поджидает толпа жаждущих помериться силами. И похоже, увы, Фея на этот раз нам не поможет…

Белёсоглазый тип, стоящий шагах в трёх впереди толпы, спокойно смотрит на мерцающий смерч и говорит:

– Если ты вернулась, чтобы забрать у меня этих челов, то попробуй прямо сейчас. Прямо из рук Носителя. Увидишь, в каком неприглядном виде их получишь. Ты их заберёшь, конечно. Но могу тебе поклясться, годны они будут разве для того, чтобы составить тебе компанию там, откуда ты вернулась.

И он поднимает руку, и простирает её вверх и вперёд, и между указательным и большим пальцами его…

Ну конечно же, Луч Клинок. Собственной персоной Носитель Света Лезвия, роальд грёбаный, чтоб ему…

На мгновение сквозь мерцание проглядывает лицо Феи в его старческой ипостаси. Черты лица искажены мучительной болью.

И Фея пропадёт опять… Вот она была, и вот её уже нет.

– Ах ты ж-ж, гной подкож-ж-жный, – шипит вор и надвигается на ревмага, – гадаеш-шь, вс-сех трахнул в ж-жопу, крас-снопузый педрила?! А мне не западло, а я вот щас-с погляж-жу, крас-сная у тя кровиш-ша или уж-же голубая!..

– Чего-о? – ревмаг, похоже, сильно удивлён. Будто ожил вдруг и заговорил с ним предмет интерьера. Жжихло останавливается и стоИт перед соплеменником, полупригнувшись, с ножом в опущенной руке, готовый в любую секунду вогнать тому «перо» под рёбра. Я напрягаю мышцы ног, готовясь к прыжку. Наверняка не я один…

Два роальда пристально смотрят друг на друга. Баррикада, разделяющая их, незрима, но мы её явственно видим. Ревмаг спрашивает:

– А ты ещё кто такой, собственно?

– Я твоё возмездие, сучара, – убеждённо произносит Жжихло и бросается на соплеменника, стоящего по ту сторону баррикады. Мы, все трое, слаженно прыгаем на подмогу. Но, едва оторвавшись от пола, вместо того, чтобы прыгнуть вперёд, вдруг взлетаем под потолок и приклеиваемся к нему спинами, широко раскинув руки… И висим там, распятые и обездвиженные.

Самое ужасное, что мы не можем даже рты раскрыть, чтобы закричать… Потому что не кричать, видя, что творит прямо под нами с нашим боевым товарищем враг, невозможно. Он изгаляется над Жжихло, а у нас нет ртов, чтобы кричать… За товарища кричать, потому что сам Жжихло не издаёт ни звука, что бы ни творил с ним ревмаг.

Извлекая прямо из воздуха всяческие иглы и лезвия, мановениями рук белёсоглазый изуверски втыкает их в грудь, бёдра, щёки, уши, глаза, бока, шею, живот, пах, суставы жертвы, но не позволяя при этом терять сознание, и с интересом смотрит, ждёт: закричит или нет?.. А Вор не кричит… Глаза его полыхают ненавистью, ноздри раздуваются кузнечными мехами, но губы – сжаты. Ревмаг продолжает с наслаждением мучить жертву. Сила есть, ума не надо… Но и ему надоедает. Жжихло победил. Сам он – не закричит, это уже ясно. Можно заставить его кричать, применив магию, но краснозвёздный из принципа не желает её применять, и потому прекращает терзать нашего беззащитного, но непобедимого друга.