100 великих казней - Авадяева Елена Николаевна - Страница 137

Вскоре после назначения Берии руководителем Тбилисского горкома начались так называемые открытые судебные процессы, которые Берия устраивал в Грузии по московским образцам.

Однако настоящая слава к нему пришла позже, после того как в 1938 году он возглавил всемогущий НКВД: в августе грузинский лидер был назначен первым заместителем Ежова, а в конце ноября — наркомом внутренних дел СССР. И как-то сразу всем стало ясно, что Берия — это второй человек в стране после Сталина. Первым делом на посту наркома НКВД он остановил геноцид «чисток», обрушив его на самих безумных «чистильщиков». Только в Москве при Берии репрессиям подверглись более 20 тысяч бывших чекистов, в то время как в ноябре 1938 года в штате НКВД числилось 26,5 тысячи кадровых сотрудников. Ставя Берию на ключевой пост своей системы, Сталин тщательно обдумал этот ответственный шаг.

Теперь на Лубянку пришел «профессионал». Началась переналадка механизма репрессий, разведки и контрразведки. Летом 1938 года Сталин поручил Берии заняться весьма необычным делом — выявить и ликвидировать группу врагов народа, пробравшихся в аппарат ЦК. Жертвы, как обычно, Сталин наметил заранее. Арестованным А.И Стецкому, А.С. Якубову, А.Б. Халатову при помощи обычных аргументов объяснили, что они еще в 1932 году вошли в преступный контакт с вождями оппозиции Рыковым, Бухариным, Каменевым и Зиновьевым и организовали в недрах самого ЦК «Контрреволюционный правотроцкисткий центр». Сам факт отстранения от этого дела Ежова, тогда еще остававшегося наркомом, достаточно красноречив. Берия вел это дело с осторожностью: предстояло выбить признания из бывших соратников генсека так, чтобы не переборщить, но и не угодить было опасно…

Не обошел своим вниманием Берия и командный состав армии.

И здесь на его кровавом пути попался маршал Блюхер. Блюхер знал, что его ждет, еще летом тридцать седьмого, когда казнили полководцев, соратников по гражданской войне. Блюхер был убит в тюрьме…

Год тридцать восьмой принял кровавую эстафету у тридцать седьмого. Многих деятелей — военных, партийных, государственных, — взятых тогда, казнили теперь, уже при Лаврентии Берии. Правда, Сталин отдавал в руки Берии не всех старых большевиков. Он оставил жизнь Григорию Петровскому, Максиму Литвинову, Елене Стасовой, Глебу Кржижановскому. Не следует, однако, представлять массовый террор, как внезапный выброс звериной жестокости самозваных вождей. Террор имел свой внутренний смысл: сковать страхом весь народ, привести его, вместе с партией, к абсолютному послушанию и заодно сменить полностью руководство в столице и на местах.

После отстранения Ежова Берия провел тотальную чистку руководящего состава органов. Подошло время устранять свидетелей и исполнителей кровавых злодеяний. Ежовский аппарат был обречен, Берия уничтожил его без колебаний. Плотный, чрезвычайно энергичный, небольшого роста, с пронзительным взглядом за золотым пенсне, безукоризненно элегантный человек, гостеприимный и радушный хозяин, любитель женщин и ценитель высокого искусства, правая рука Сталина — Лаврентий Берия многими воспринимался как существо из иного мира. За глаза его со страхом и трепетом, но без тени иронии, величали Кремлевским Магом. Мощь и могущество Берии далеко выходили за рамки обыденного. Актрисы того поколения рассказывали, как их преследовал шеф НКВД. Это являлось для женщин знаком высочайшего внимания, считалось модным ходить в содержанках у Кремлевского Мага.

Говоря об успехах советской разведки в годы второй мировой войны, нельзя забывать, что во главе этого ведомства стоял Л.П. Берия, он же организовал штрафные батальоны из уголовников и репрессированных. Эти люди, которым нечего было терять, сыграли свою роль в победе над врагом. С 1941 по 1953 год как заместитель председателя правительства Берия курировал все силовые министерства. В 1945 году он стал Маршалом Советского Союза.

Благодаря Л.П. Берии Советский Союз уже в 1949 году провел испытания ядерного оружия (сделанного по образцу американского), а как советской разведке удалось уговорить сотрудничать супругов Розенберг — это до сих пор тайна за семью печатями. Скорее всего, их удалось «подставить» американскому правосудию вместо истинного источника информации, так и оставшегося неизвестным. Однако объективно эта операция сыграла на руку Советскому Союзу. Руководя аппаратом госбезопасности, а затем МВД, Берия в последние годы жизни обладал колоссальной властью. После смерти Сталина он продолжал наращивать свое влияние, очевидно, намереваясь стать первым лицом в стране. Опасаясь этого, Хрущев возглавил тайную компанию по смещению Берии и вовлек в нее всех членов высшего советского руководства. 26 июня Берию пригласили на заседание Президиума ЦК КПСС и там арестовали.

10 июля 1953 года газеты опубликовали сообщение: «На днях состоялся Пленум ЦК КПСС, который, заслушав и обсудив доклад Президиума ЦК — тов. Маленкова Г М. о преступных антипартийных действиях Л.П. Берии, направленных на подрыв Советского государства в интересах иностранного капитала и выразившихся в вероломных попытках поставить Министерство внутренних дел СССР над Правительством и Коммунистической партией Советского Союза, принял решение — вывести Л.П. Берию из состава ЦК КПСС и исключить его иа рядов Коммунистической партии Советского Союза как врага Коммунистической партии и советского народа». Следствие по делу бывшего наркома и министра растянулось на полгода. Вместе с Берией судили шестерых его подчиненных. В тюрьме Берия нервничал, писал записки Маленкову с упреками и просьбой о личной встрече. Когда, наконец, Берию доставили к генеральному прокурору Руденко для ознакомления с обвинительным заключением, бывший нарком заткнул уши.

«Меня арестовали какие-то случайные люди, — заявил он — Я хочу, чтобы меня выслушали члены правительства».

В ответ на это Берию перестали кормить. Через день бывший нарком согласился слушать обвинительное заключение и попросил принести обед. История непредсказуема. Сын расстрелянного органами госбезопасности В.А. Антонова-Овсеенко, Антон Антонов-Овсеенко, проведший много лет в сталинско-бериевских лагерях, впоследствии написал книгу о Берии, в которой описал и его бесславный конец.

«Суд занял 6 дней — с 18 по 23 декабря. Из Грузии пригласили председателя совета профессиональных союзов республики М.И. Кучава. Когда он ознакомился с материалами дела, ему на глаза попался пространный список женщин, изнасилованных Берией.

„Ради Бога, не оглашайте имен! — взмолился Кучава. — Три четверти в этом списке — жены членов нашего правительства“.

В приговоре судьи не нашли ничего лучше, как объявить Берию иностранным шпионом (правда, упомянув и другие преступления), действовавшим в пользу Англии и (почему-то) Югославии.

После вынесения приговора (смертная казнь) Берия некоторое время находился в возбужденном состоянии. Но затем успокоился и в день расстрела вел себя достаточно хладнокровно. Очевидно, он понял, наконец, что игра проиграна, и примирился с поражением.

Казнили его 23 декабря 1953 года в том же бункере штаба МВО, где он находился после ареста. При казни присутствовали маршал Конев, командующий Московским военным округом генерал Москаленко, первый заместитель командующего войсками ПВО Батицкий, подполковник Юферев, начальник политуправления Московского военного округа полковник Зуб и ряд других военных, причастных к аресту и охране бывшего наркома.

Сначала с Берии сняли гимнастерку, оставив белую нательную рубаху, затем скрутили веревкой сзади руки и привязали к крюку, вбитому в деревянный щит. Щит был необходим для предотвращения рикошета пули.

После того, как Руденко зачитал приговор, Берия вдруг попросил:

„Разрешите мне сказать…“

„Ты уже все сказал, — оборвал его прокурор и повернулся к военным. — Заткните ему рот полотенцем“.

Военные переглянулись. Нужно было решить, кто именно будет стрелять в Берию, Москаленко обратился к Юферову:

„Ты у нас самый молодой, хорошо стреляешь. Давай“.