Смерти нет - Глуховцев Всеволод Олегович - Страница 72

— Оружие?.. — Сергей механически пожал плечами.

О-о удивился.

— Э, Серега! — воскликнул он. — Что с тобой?

— Что?.. Ах да. Оружие? Да нет, конечно. Оставим ребятам все. Им нужно.

Разоружились. Но тут Костю огрела новая идея:

— Это... Серега, как ты думаешь, а жрать мы там что будем?

— Посмотрим. — Сергею уже не терпелось. — То есть скорее всего такой нужды у нас просто не будет. Там ведь другое все. Другой мир. Свет!.. — Он едва было не ударился в пафос, но вовремя спохватился. — Ну, все. Ребята! Мы не прощаемся. Думаю, поразведаем, что там, как, да будет возможность, вернемся. Поможем вам добить этих гадов, и тогда уж все вместе — в новую Землю...

— И новое небо, — закончил Даня. Где-то он слышал эти слова. Или читал. Попытался вспомнить где — и не смог.

— Все попрощались? — спросил Сергей. Оказалось, что все. — Ну, идем.

Четверо парней начали спускаться по склону холма. Оставшиеся смотрели им вслед.

— Не забывайте! — крикнула вдруг Гулька.

Сергей обернулся на ходу, помахал рукой.

— Если управитесь раньше, — крикнул он, — сами приходите сюда! Это — жизнь, помните! Здесь смерти нет! Вот главное!.. Смерти больше нет!..

Они уже отошли далеко. Расстояние гасило слова. Сергей вроде бы еще что-то голосил, но разобрать нельзя было. Он махнул рукой в последний раз и зашагал, взяв курс к церкви.

Тогда обернулись разом все его спутники — веселые, смеющиеся лица. Три правых руки взметнулись в прощальном салюте. Кажется, О-о воскликнул чтото... но что — этого, конечно, никто не услышал.

Все четверо пошли, больше не оглядываясь. Они шли быстрым, чуть притормаживающим шагом, как всегда бывает, когда люди идут под уклон. Солнце светило им в спины. Какое-то время трава за ними стелилась примято, а затем распрямлялась, и было уже совсем ничего не заметно.

— Ну, — нарушил молчание Даня, — пойдем и мы. Тэйки! Ты теперь наш главный поводырь. Дорогу найдешь?

— Без проблем, — был краткий ответ.

Глава 22

ПУТЬ ДОМОЙ

Обратный путь оказался заметно короче — всего одна ночевка. К переходу второго дня Тэйки привела команду к родимому юго-западу Москвы.

— Может, к нам зайдете? — предложил Бабай Дане и его ребятам. — Чаю попьем, отдохнете с дороги?..

Даня поколебался и отказался все же.

— Нет, спасибо. Расслабимся, еще хуже будет. Лучше уж сразу до дому.

Бабай не стал настаивать:

— Ну, как хотите. Тогда завтра свяжемся?

— Конечно.

На том распростились. Своим Даня приказал рассредоточиться: правила безопасности он соблюдал свято.

— Расходимся. Связь — как обычно. Пока!

— Пока, — ответил Гвоздь. Тэйки лишь кивнула.

Знакомыми тропами Даня двинулся домой. Иногда чуть-чуть менял маршрут, проверялся. Все было спокойно. Однако вплоть до самого дома генерал бдительности не сбавлял, ибо тем и живы.

Это совершенная правда. Осторожность и внимательность Дани обратились в чутье — вот и теперь на подходе к базе он без всяких вроде бы внешних признаков уловил то, что здесь кто-то есть.

Кто-то — либо человек, либо гоблин.

Повадка Дани изменилась. Если прежде он пусть не спеша, но продвигался вперед, то теперь остановился совсем. Более того, он бесшумно сманеврировал влево, в ближайший дом, и пристроился в угловой квартире. Позиция для наблюдения отличная.

Впрочем, долго наблюдать не пришлось. Чутье Даню не подвело: близ его дома вправду находился человек. И человек совсем не прятался. Он показался в Данином поле зрения спокойный и уверенный, зная, что он в безопасности...

Потому что это был Немо.

Даня облегченно поднялся во весь рост. Свистнул негромко.

Немо услыхал, обернулся. Даня махнул ему рукой и прямо из окна выскочил на улицу.

— Привет, — сказал он, подойдя.

— Привет. Обменялись рукопожатием.

— Как поход? — спросил Немо.

— Ох, — Даня вздохнул. — В двух словах не расскажешь... Пойдем-ка лучше ко мне.

Пошли. Даня соорудил чай, стали пить — горячий, замечательно.

— Ну, что поход, — начал Даня, — поход с событиями, слов нет... — И рассказал как можно обстоятельнее обо всех этих событиях.

Немо выслушал, кивнул:

— Понятно. Знаешь, а я чего-то похожего ожидал.

Даня усмехнулся:

— Догадываюсь... Ну и как твое мнение? Немо сделал маленькую паузу.

— Правильно все, — решил он. — Ты прав. Да и они правы. Те, кто ушел. Не бывает так: или — или.

— Бывает, — сказал Даня.

Что такое «закон исключенного третьего», он не знал, но своим умом до него добрался. Немо подумал.

— Да, — согласился он. — Бывает. Но это не тот случай. Я понимаю.

— Я тоже.

Даня вспомнил, как ребята уходили вниз по залитому солнцем склону. Он подержал эту картину в памяти, чтоб она запомнилась навсегда, — и хотел отпустить, да она не ушла. Так перед мысленным Даниным взором уходили от него друзья, уходили, уходили и все не могли уйти...

Немо взглянул искоса на генерала, все понял и счел, что вечер воспоминаний — слишком большая роскошь. Потому произнес:

— Подземным сообщать будешь?

Слова эти как-то не сразу дошли к Дане. Но дошли, конечно, куда же им деться... И не очень удивили его.

— Можно, пожалуй. Союзники!

Он связался с Гвоздем:

— Слушай, Гвоздь. Соедини-ка меня с Михеем.

— Зачем?!

— Надо. Что?.. Нет, давай-ка без вопросов. Действуй!

Даня взглянул в окно. Сумерки сгущались. Ветвь липы из ярко-зеленой стала цвета хаки.

— Выйдет, — утвердительно произнес Гвоздь, имея в виду Михея.

— Выйдет, — сказал Даня.

Обоим им нетрудно было быть пророками. И десяти минут не прошло, как завибрировала Данина рация.

— Слушаю! — Даня подмигнул Немо.

— Это я, — голос Михея.

— Знаю, — сказал Даня.

— Знаешь уже? Отлично. Тогда скоро я у тебя.

— Жду. — Даня отключился. — Сейчас будет, — сообщил он Немо.

— Ясно, — молвил тот. — Я пойду.

Михей прибыл минут через двадцать. Как всегда, элегантный, даже прифранченный — ни дать ни взять щеголь на придворном рауте.

— Привет, привет, — заговорил радушно. — Жив, здоров?.. Вижу. Отлично выглядишь! Возмужал... Угостишь гостя?

— Прошу. — Даня был официален.

По некоторым признакам он безошибочно определил, что Михей, несмотря на все свои слова, в некоторой... ну, если не обиде, то на дистанции. Что ж, можно понять: нелегко отказываться от роли покровителей, снисходительных, но вездесущих, державших ребят в мягких, ласковых руках.

И вдруг из этих рук сквозь пальцы протекло что-то важное. Может быть, самое важное... Вот те на!

Впрочем, Даня вовсе не хотел злорадствовать. Как бы там ни было, Подземные пока союзники, пусть и своеобразные. И слово свое сдержали: больше не мешали, не лезли с советами, пусть это и было им огорчительно... А это надо ценить.

— Хотите знать, как все было? — просто спросил он.

— Да, — и Михей не стал кочевряжиться. — Ну, то, что вы двинули туда, где этот ваш Сергей жил, я догадываюсь. Пожалуй, даже знаю. Но неожиданно вы сорвались, признаю. Я этот момент прошляпил. С чего вдруг такая спешка?

— Ну, это целая история... — загадочно молвил Даня и по Михеевой реакции угадал, что попал в цель. Тогда он решил не испытывать терпение союзника и вторично за вечер пустился в один и тот же рассказ.

К некоторому удивлению своему, он нашел в этом повествовании какие-то новые краски и ноты, аж самому стало интересно. И Михей слушал с интересом — видно было, с настоящим интересом. Да и немудрено: то, что рассказывал Даня, могло стать для Подземных откровением, с которым дальше жить, действовать и развиваться будет куда вольготнее и бодрее.

Кода Даня. закончил, на несколько секунд воцарилось молчание. Михей пальцем взъерошил свои усики и тут же пригладил их.