Вкус вина и любви - Босуэлл Барбара - Страница 61

– Не сомневайся, детка, – заверил ее Ади. И повернулся к Нику: – Можешь себе представить, что это было за зрелище? Дебби выставил нам два «Камикадзе», когда Ванесса свойственным ей командным тоном отдала приказ: «Ади, мне нужно немедленно переговорить с тобой!» Барри и Шерил, по-моему, испугались, что она вспомнила про свои обязанности и сейчас арестует всех прямо на месте преступления. Я отвел Ванессу в сторону, и она сказала…

– И я сказала: «Нам лучше пройти к тебе домой, Динен», – закончила Ванесса, снова зардевшись oт смущения.

– Я сразу все понял. Взял ее на руки и отнес к себе, – продолжил Ади, глядя на Ванессу, и в его взгляде читались гордость собственника и мужское тщеславие.

– Где вы и оставались до самого утра, – снова подвел черту Ник. Это означало, что Ванесса никоим образом не причастна к таинственному происшествию в доме. Она не могла запереть дверь Изабеллы. Он был рад. И за Ади, и за Сьерру.

– И мы останемся здесь на весь день, – продолжал Ади, – и на всю ночь. С сегодняшнего дня Ванесса будет проводить большую часть своего свободного времени со мной. Ты согласна?

– Согласна ли я? – Ванесса закусила нижнюю губу. Внезапно она поняла, что ее беспокоит: она не знала, сможет ли сейчас принять решение. – Я еще не уверена – не подействовало ли вчера на меня виски. До сих пор я не позволяла себе ничего подобного. И к тому же Шерил так нагло кокетничала с тобой… что мне захотелось прекратить этот флирт. Она такая привлекательная, такая женственная, такая милая… – Она бросила на Ади пытливый взгляд. – Ты сам в этом признался.

Отрицать очевидное было бесполезно, поэтому, признавая ее правоту, Ади кивнул, но тут же продолжил.

– Но разве я не повторил тебе уже тысячу раз, насколько ты привлекательнее? – пробормотал он, явно намереваясь подтвердить слова доказательствами, закрепив каждое слово поцелуем.

Ник отвернулся. Ему стало не по себе: настолько странно было слышать все эти нежности из уст Ади, который вместе с Ником неизменно посмеивался над влюбленными – и вдруг сам превратился в воркующего голубка.

– Ты страстная и темпераментная, – продолжал Ади, склоняясь над Ванессой. – Ты воспламеняешь меня, как молния, малышка…

– Чувствую, что я тут лишний. – Ник уже направился к двери, но в самый последний момент вспомнил, что не задал главного вопроса: – Да, совсем забыл. А что потом делал Барри?

Это его и в самом деле занимало. Озлобленный адвокат, отвергнутый обеими сестрами Эверли, мог вернутся в дом, запереть Изабеллу и…

«Что «и»? – задумался Ник. – Что ему там могло понадобиться? Сьерра уверяла, что ничего не пропало. Может быть, потому, что они приехали вовремя и он не успел забрать то, что собирался? Неужели вчерашний неудачный грабитель и человек, сдвинувший терморегулятор в винном погребе, – одна и та же фигура? Барри Векслер?»

– Когда мы его оставили, он сидел с Шерил и двумя бокалами «Камикадзе», – ответил Ади, которою явно не интересовала дальнейшая судьба адвоката. ─ Что произошло потом – можно только гадать.

– Проще это выяснить, чем тыкать пальцем в небо, – отозвался Ник. – В этом городе не так прости утаить секреты.

Рано или поздно преступник будет схвачен за руку, а благодаря новейшей сигнализации, которую с сего дня начнут устанавливать, его схватят очень скоро. А пока…

– Справочное бюро – гостиница «Салли» – всегда к нашим услугам, – сказал он скорее себе, чем влюбленной парочке, которая была всецело поглощена друг другом. – Если свидание Векслера с Шерил и двумя «Камикадзе» имело продолжение, то Салли уже должна быть в курсе.

Он решил не посвящать Ванессу и Ади в то, что произошло вчера в доме: зачем портить эти минуты радости. Вскоре действительность сама заставит их вернуться из райских кущ на грешную землю.

Попрощавшись, он вышел и направился к машине. Небо все еще затягивали облака, но кое-где солнечные лучи пробивали себе дорогу. И Ник вдруг поймал себя на том, что с надеждой ждет, когда же наконец установится сухая погода, чтобы виноград успел созреть.

Первый раз в жизни он по-настоящему беспокоился из-за погоды, а это означало, что в нем начинает просыпаться настоящий винодел, хотя Сьерра и обвиняет его в том, что он бездушный технократ.

Он уже собирался сесть в машину, когда увидел Джерико. Парнишка выглядел еще более потерянным, чем обычно. И выражение его лица было унылым.

– Ты только что от Ади? – спросил Джерико. Ник кивнул:

– И сегодня Ади не один. У него… э-э-э, гостья, – добавил он.

Джерико скривился:

– Он выставил тебя?

– Нет, я сам решил, что мне лучше оставить их наедине. Все равно завтрак был бы испорчен. Я в состоянии переварить даже камни, но есть и слушать, как они воркуют, – это действует на нервы и может испортить аппетит.

– Меня тоже тошнит от этого сюсюканья, – мрачно кивнул Джерико. – Ади держался молодцом со всеми сучками, что вились вокруг него. Но эта все же сумела подцепить его на крючок.

Ник с любопытством оглядел парнишку:

– А ты знаешь, с кем он сейчас?

– Еще бы не знать! Но это не имеет значения. Все женщины стервы и суки. Либо то, либо другое.

Ник не хотел подыгрывать парнишке, и ему не очень нравилось, что тот с такой беспощадностью отзывается о слабом поле.

– Вообще-то не все. Ты говоришь так, словно у тебя уже есть опыт.

– Можно сказать и так. – Плечи Джерико поникли. – Ладно, все равно я сегодня уезжаю в Нью-Йорк. Ты обещал дать билеты на бейсбольный матч, еще не передумал?

– Нет, конечно. Возьми мою визитку и позвони в контору. – Ник вынул сумку из машины и достал карточку. – Попроси к телефону Юнис. – Он написал имя своей секретарши на обратной стороне. – Скажи ей, кто ты. И пометил в записной книжке, что должен предупредить Юнис об этом парнишке.

– Послушай, мне не хочется, чтобы вы с братом автостопом добирались до Нью-Йорка. Это рискованно. Я дам тебе деньги на автобус. И твоему брату тоже.

– Хорошо, – согласился Джерико. Похоже, он несколько приободрился, когда Ник протянул ему несколько купюр.

– Это вам на дорогу и на еду. Хватит на несколько дней. В Нью-Йорке есть много мест, где помогают таким, как ты. Есть специальные организации, – посоветовал Ник. – Зайди туда, Джерико. Жить на улице, ночевать под открытым небом – это очень опасно для таких молодых людей, как ты и твой брат…

– Ладно, ладно, – нетерпеливо перебил его Джерико. – Думаешь, я не слышал про опасности Нью-Йоркских улиц? Все социальные работники, с кем мне приходилось иметь дело, пели одну и ту же песню. И я не хочу выслушивать то же самое от тебя.

– Знаю, но должен предупредить тебя об этом, вздохнул Ник.

Скольких парнишек перевидал он в доме Канселласов. Им пришлось пережить столько всяких ужасов, прежде чем их прибило в этот дом.

– Считай, что я для вас страховочная сетка. Если тебе или твоему брату понадобится помощь в Нью-Йорке, звони. Я постараюсь помочь, чем смогу. В самом деле. Можешь звонить в любое время дня и ночи.

Ник считал себя в долгу перед Канселласами. И если Джерико и его брат обратятся к нему, он не оставит их в беде.

Хотя это, в общем-то, маловероятно. Джерико, сунув деньги в карман, уже повернулся, чтобы уйти.

– Удачи! – крикнул ему вслед Ник. Парнишка продолжал идти.

Но когда Джерико отошел на изрядное расстояние, он вдруг обернулся:

– Послушай, Ник! Мой брат мне вовсе не брат. И у меня никогда не было брата. Никогда.

Это ничуть не удивило Ника. Одинокие дети пытаются создать свою собственную семью и установить подобие родственных отношений. И он сам, и Ади, и Юнис тому пример. И их родственные связи, установленные в детстве, длятся и по сей день.

Джерико отошел еще дальше, стараясь сохранить дистанцию.

– И знаешь, что еще? Джошуа вообще не мальчик! – Он горько рассмеялся. – Мой младший брат самая настоящая сука! Предательница, врунья, которой нельзя верить. Ни единому ее слову!