Зов ягуара - Гроф Станислав - Страница 62

— Переживание оказалось сильнее, чем ты ожидал? — спросила Лора, надеясь заглянуть в душу Роберта.

— Да, намного. Когда вы с Эдом рассказывали о том, что испытали, я не представлял, о чем идет речь. Я не мог даже отдаленно предположить, какая огромная сила заключена в этом предмете. Должен признаться, переживание было для меня очень поучительным. Вы пришли ко мне за советом как к специалисту, изучающему связь между сознанием и мозгом. Но я совершенно ясно понял, что о мистических переживаниях не узнаешь из специальных книг и лабораторных опытов. Ведь подросток вряд ли сможет представить, что такое оргазм, читая учебник по физиологии размножения

— Я уже слышала это от другого специалиста по измененным состояниям сознания, — лукаво сказала девушка, вспоминая беседу с Баламом Ахау. — Но что именно тебе пришлось пережить? Ты можешь мне об этом рассказать? — допытывалась Лора, чье любопытство росло с каждым словом Роберта.

— Это долгая история, и я предпочел бы поговорить об этом в другой раз и лично, — ответил Роберт, подозревая, что их головидеофонный разговор может прослушиваться. Учитывая природу его работы и интерес, который Пентагон и ЦРУ проявляли к исследованиям НИПИСа, это было вполне вероятно.

— Знаешь, Роберт, после нашей встречи в институте я несколько раз хотела тебе позвонить, — призналась Лора. — Мне очень неловко, потому что, рассказывая о своих переживаниях с черепом, я не была с тобой вполне откровенна. Я не рассказала тебе всей истории. Но мне бы хотелось когда-нибудь досказать ее до конца, если, конечно, тебе интересно.

Роберт тряхнул головой, не веря в реальность предложения Лоры. Теплая волна пробежала по спине, сердце забилось чаще. Фантазии, которые он лелеял со дня их первой встречи, начинали осуществляться.

— Я был бы счастлив встретиться с тобой и обменяться нашими историями, — сказал он радостно, больше не пытаясь скрывать свой восторг. — Можно пригласить тебя на ужин в следующую пятницу?

— Следующая пятница вполне подходит! — ответила Лора. — А где? Есть какие-нибудь идеи?

Роберт предложил «Каса Мадрона» в Сосалито, свой любимый ресторан, который находился не очень далеко от дома Лоры, — нужно только пересечь мост Золотые Ворота. Роберт сам не верил, что только что сделал. Ему так хотелось увидеть Лору, что он, не подумав как следует, предложил ей встретиться в следующую пятницу. А ведь как раз на пятницу у него назначены сложные лабораторные эксперименты, которые продлятся с раннего утра до позднего вечера и потребуют участия других людей. Будет нелегко перекроить график, договориться на другое время и, прежде всего, объяснить, почему его планы так внезапно изменились. Роберт не мог себе представить другие обстоятельства, которые заставили бы его выкинуть что-нибудь подобное.

Когда Лора появилась в ресторане, Роберт уже сидел за столиком у окна, потягивая полусухой херес. «Каса Мадрона» в Сосалито был особым заведением, где было приятно поужинать в теплой компании. Из окна открывалась живописная панорама. Ресторан располагался на холме, который спускался к бухте Сосалито и плавучей деревне. Большие окна зала выходили на залив, кишащий лодками и маленькими суденышками. Вдали виднелся Сан-Франциско, живописно освещенный закатом и сотнями городских огней, которых с каждой минутой становилось все больше.

Увидев входящую в зал Лору, Роберт просиял и пошел ей навстречу. Не дойдя несколько шагов, он остановился и стал молча смотреть на нее, потрясенный ее красотой. Лора провела перед зеркалом больше часа, выбирая подходящий наряд и доводя макияж до совершенства. Для встречи в Болинасе, которая не сулила ничего особенного, Лора оделась очень буднично и поспешно. Сегодня же, в маленьком платье цвета бордо, плотно облегающем ее стройное тело, с темно-красным гранатовым ожерельем на шее и с такими же клипсами в ушах, она выглядела просто неотразимо.

— Привет, Лора, ты выглядишь великолепно! Какое красивое платье! — комплиментом приветствовал ее Роберт. — Очень рад увидеть тебя снова, — добавил он, подходя ближе. Заглянув Лоре в глаза, он нежно обнял ее и расцеловал в обе щеки.

— Как хорошо, что ты смог прийти, Роберт. Представляю, какой у тебя напряженный рабочий день, — сказала Лора, непроизвольно добавляя третий поцелуй к двум поцелуям Роберта. — Три поцелуя — я научилась этой манере здороваться в Париже, и она мне нравится, — объяснила она, разжигая пыл Роберта очаровательной улыбкой.

Когда они сели за столик, Лора не стала терять времени даром и сразу перешла к делу:

— А теперь, Роберт, расскажи мне о своем эксперименте с черепом, мне не терпится услышать, что произошло.

— Может быть, сначала сделаем заказ? — предложил Роберт. — После того как я начну рассказывать, будет трудно переключаться на такие мелочи.

Лора неохотно согласилась, и они как можно быстрее завершили ритуал заказа.

— Переживание было ужасающее, — начал свое повествование Роберт. Он не случайно выбрал именно это прилагательное: в слово «ужасающее» Роберт вложил и величие переживания, и ужас, который оно внушало. — Даже в самых смелых своих фантазиях я не мог представить, что моя реакция окажется такой сильной! Я ожидал, что после долгого сосредоточения у меня, возможно, возникнут какие-нибудь оптические иллюзии или галлюцинации, — ничего подобного! Переживание пришло очень быстро и было таким ошеломляющим, что я не мог с ним совладать.

И Роберт подробно рассказал обо всем, что ему удалось запомнить: свою реакцию на череп, от первых изменений в восприятии и до бурного финала, в котором участвовали Левиафан и ядерная катастрофа. Мысль о возможности, пусть пока еще неподтвержденной, что его работа могла послужить орудием самого страшного бедствия в истории человечества, вызвала у Роберта взрыв сильного чувства, на глаза навернулись слезы. Он явно еще не освободился от своего переживания.

— Еще до вашего приезда в Болинас я чувствовал, что нахожусь на важном распутье. Я думал о своей жизни, сомневался, правильно ли я живу, правильный ли выбор сделал. Опыт с черепом поразил меня до глубины души, — продолжал Роберт. — Он стал решающим событием и дал мне толчок в совершенно новом направлении. Все мои убеждения, ценности, вся моя личность полностью изменились. То, что произошло со мной, можно назвать коренным внутренним преображением, полным переворотом! Нужно несколько дней, а то и недель, чтобы свести все воедино, а потом увязать с повседневной жизнью!

— Ты говоришь о глубоких изменениях, но это общие слова. Не мог бы ты рассказать более конкретно? — попросила Лора, очень благодарная Роберту за честность и готовность обнажить самые сокровенные глубины своей души.

— Когда во время первой нашей встречи вы говорили мне о воздействии черепа, я рассчитывал в лучшем случае обнаружить какой-то новый феномен, который вдохновит меня на будущие проекты, — признался Роберт. — Сейчас я не допускаю даже мысли о том, чтобы когда-нибудь продолжить работу над старыми проектами. Не думаю, что смогу и дальше заниматься исследованиями, и, уж конечно, речи быть не может о том методе, которым я пользовался до сих пор, — об имплантации электродов в мозг живых существ! Я чувствую глубокое сострадание ко всему живому и даже подумать не могу о том, чтобы причинить боль живому существу.

Слушая Роберта, Лора чувствовала, что он становится ей все ближе. Она не сомневалась, что Роберт хороший человек, чьим главным недостатком была безграничная научная любознательность. Страсть исследователя затуманила и усыпила его сознание. Сотрудничество с НИПИСом, несомненно, объясняется тем, что его увлекла перспектива получить идеальные условия для исследований. Лора почувствовала, что недавнее пробуждение Роберта разрушило последнюю разделявшую их преграду, и теперь можно быть с ним совершенно откровенной и рассказать обо всем: о Баламе Ахау, о своих «грибных» переживаниях, о встрече с инопланетянами и о послании великой Богини-Матери.