Зов ягуара - Гроф Станислав - Страница 87

— Его здесь нет, — обреченно сказал Роберт Мэту. В глубине души он по-прежнему чувствовал большую вину за потерю черепа и был бы счастлив вернуть его Лоре и Эду.

— А голограммы? — напомнил ему Мэт. — Ведь они действуют так же, как череп, а чтобы спрятать их, нужно гораздо меньше места. Смогут обезьяны их отыскать?

Роберт воспрянул духом и стал руководить Кали, которая принялась последовательно обыскивать все оставшиеся места, особенно ящики столов. На этот раз им повезло больше. Кали понадобилось не так уж много времени, чтобы найти в одном из ящиков коробку с надписью: «Голограмы хрустального черепа». Роберт приказал ей принести коробку к отверстию в потолке и отдать Йоде. Та помогла Кали забраться в вентиляционный канал и положить панель на место. Затем Роберт направил Йоду и Кали к ближайшей вертикальной шахте и вывел на крышу здания.

Дальше было достаточно простейших движений, которые за время пребывания в институте животные сумели отработать до автоматизма. Под руководством Роберта они спустились с крыши, легко соскользнув по водосточной трубе. Взбираясь вверх по шахте и спускаясь вниз по трубе, Йода пользовалась только правой рукой, а левой крепко прижимала к себе коробку с голограммами. Под покровом темноты Роберт провел обезьян мимо датчиков системы наблюдения и направил к дальнему концу территории. Он помнил, что там есть подходящее дерево с горизонтальной веткой, нависающей над забором на безопасном расстоянии от проводов, по которым пропущен ток высокого напряжения.

После короткой пробежки обе бонобо добрались до дерева и вскарабкались по стволу до нижней ветки. Раскинув длинные руки для равновесия, они друг за другом дошли по ней до конца. Движение Йоды затрудняла коробка с голограммами, но и ей удалось пройти этот путь, лишь слегка пошатнувшись. Спрыгнув вниз на безопасном расстоянии от забора, обезьяны спрятались в придорожных кустах, терпеливо ожидая появления Роберта. Операция успешно завершилась, не оставив никаких следов вторжения, за исключением, конечно, опустевших клеток в лаборатории и исчезнувшего содержимого ящика, в котором Генри Фабинг хранил голограммы хрустального черепа.

Роберт и Мэт без труда нашли обезьян и посадили их на заднее сидение машины, нахлобучив им на головы старые шапки и обмотав шеи шарфами. Среди ночи их легко можно было принять за людей. Задерживаться у здания НИПИСа дольше, чем диктовала абсолютная необходимость, было неразумно. В столь позднее время поток движения, как обычно, почти иссяк, и ничто не говорило о том, что побег китов и дельфинов обнаружен. Тем не менее дело было нешуточное, и Роберт с Мэтом, не желая рисковать, поспешно убрались.

В пути Роберт открыл коробку и обнаружил в ней две большие голограммы. Не было никаких причин сомневаться, что это голограммы хрустального черепа. Но, чтобы окончательно убедиться в этом, придется подождать, пока под рукой не будет лазерного светильника. Роберт терялся в догадках: почему им не удалось найти череп, что сделал с ним Генри? Он отдался полету фантазии, стараясь найти правдоподобный сюжет для следующей главы в истории черепа. Зная, что Генри и сам имел связанное с черепом переживание, Роберт чувствовал, что все должно закончиться благополучно. Он не сомневался: несмотря на некоторую неясность деталей, все идет по плану. Теперь Роберт, как и Лора, безоговорочно верил в то, что сказал Балам Ахау: череп сам найдет себе дорогу.

Мэтью вел машину через к Стинсон-Бич, мимо горы Тамалпэс, по направлению к Милл-Вэлли. Роберт вспомнил, что захватил для обезьян несколько бананов, чтобы вознаградить их за отлично выполненную работу. Кормя животных, он похлопывал и поглаживал их, чувствуя, как виноват перед ними. Он уже далеко ушел от своего прежнего «я», которое было способно проводить опыты на живых существах и превращать их в автоматы. Казалось, эта часть его работы осталась в другой жизни. К счастью, имплантированные детали настолько миниатюрны, что не будут беспокоить животных после уничтожения программ, навязавших им чужую волю.

Роберт еще острее ощущал свою вину оттого, что бонобо совершенно неагрессивны и на редкость добродушны, не то что их родственники шимпанзе, которые часто устраивают жестокие схватки, убивая и поедая своих же собратьев. Даже в поединке «генов эгоизма», которые, по теории Дарвина, являются движущими силами эволюции, эти обезьяны никогда не прибегают к насилию и используют для победы над соперниками сексуальную доблесть и способность вырабатывать большое количество спермы. Половая жизнь бонобо порой напоминает человеческую и не ограничивается периодом течки у женских особей. В отличие от других животных, эти обезьяны нередко спариваются в положении лицом к лицу, а во время акта заглядывают друг другу в глаза и сливаются в долгих поцелуях. Некоторые ученые даже высказывали глубокое сожаление, что генетически хомо сапиенс ближе к шимпанзе, чем к миролюбивым бонобо.

Через компьютер Роберт вызвал муниципальную службу такси.

«Говорят из Института для глухонемых в Сан-Рафаэле, бывшего Доминиканского колледжа, — сказал он. — Будьте добры, пришлите в два часа ночи машину для двух наших пациентов к главному административному корпусу. Они поедут по бульвару Слоут и сорок пятой улице к Зоопарку Флейшакер и воспользуются карточкой предоплаты.

Ехать через мост Золотые Ворота на своей машине было слишком рискованно, потому что проезд будет зафиксирован и чек пришлют на личный счет Роберта. Нельзя оставлять никаких следов операции, которые потом смогут использовать как улики. При подобных обстоятельствах вполне разумно воспользоваться институтом в Сан-Рафаэле как прикрытием. Время было рассчитано точно — едва они подъехали к административному корпусу и остановились у обочины, как прибыло такси.

Роберт открыл дверцу машины, вставив в прорезь карточку предоплаты, посадил Йоду и Кали на заднее сидение, и такси тронулось. Пока Мэт вел «мерседес» обратно в Стинсон-Бич, Роберт надел очки и наблюдал за такси, используя зрительные системы Йоды и Кали. Такси добралось до места назначения, когда «мерседес» был еще на Панорамном шоссе. Осмотревшись через очки и убедившись, что улицы пустынны, Роберт приказал Йоде и Кали выйти из машины.

За несколько секунд бонобо добрались до ограды зоопарка и быстро перелезли на другую сторону. Роберт побывал здесь несколько дней назад, и планировка была ему хорошо знакома. Как только животные оказались на земле, он направил их в большой открытый вольер, где обитала большая группа шимпанзе. Он рассчитывал, что бонобо и шимпанзе — достаточно близкие родственники, чтобы ужиться в зоопарке, где не нужно бороться за жизнь.

Чтобы перемахнуть через ограду вольера, Кали и Йода воспользовались длинной гибкой веткой росшего поблизости дерева. Как только они оказались внутри, Роберт отключил цифровое управление и вернул обезьян к естественному поведению. Еще несколько минут он следил за ситуацией через очки, желая убедиться, что их примут не слишком враждебно. Обо всем остальном им придется позаботиться самим.

Благополучно поставив «мерседес» в гараж, Роберт принес лазерную лампу и осветил голограмму. Увидев развернувшийся в воздухе трехмерный мираж хрустального черепа, он пришел в восторг, но сразу выключил свет, поскольку ни он, ни Мэт не были готовы к очередному странствию по внутреннему миру. Потом оба сели за компьютер.

— Я все думаю о компьютере НИПИСа, — сказал Роберт. — Пароль «Кальвария», который дал мне Генри, позволил нам проникнуть только в ту его часть, куда у меня был доступ. Но должна быть и другая, которой пользуются военные. Если, конечно, у них нет своей, отдельной системы.

— И что ты предлагаешь? — спросил Мэт.

— Генри дал мне еще одно слово, — сказал Роберт. — Может быть, это как раз то, что мы ищем. Попробуй-ка пароль Немезида!

В следующее мгновение все самые худшие предположения и опасения Роберта подтвердились. Открылась мерзкая клоака, где таились проекты военных и ЦРУ, во многих из которых использовались результаты исследований Роберта. Подчиняясь командам Мэта, ее содержимое хлынуло на экран. Перед глазами, один за другим, замелькали самые чудовищные