Охотники на мутантов - Левицкий Андрей Юрьевич - Страница 82

В этот момент поток падающей из трубы воды стал больше. Он не просто усилился - клокоча, вода стала затапливать пещеру.

* * *

– Но ты ведь можешь прожить еще долго, - сказала она. Стекло запотело от ее дыхания, Настя потерла его рукавом. - Я буду спускаться. Буду навещать тебя.

– Не будешь. Это сейчас ты так говоришь, но потом… Это - центр Могильника, сюда трудно попасть. Ведь не поселишься же ты в Бобловке. Я включу конвертер. По крайней мере, все контролеры погибнут. Ведь ты хочешь этого?

– Да, - прошептала она.

Он кивнул. Качнулся свернутый спиралью провод, протянувшийся от устройства, которое скрывало левый глаз Борга.

– Тогда в Зоне станет лучше? - неуверенно спросила она.

– Не знаю.

– Но ты умрешь, если включишь эту штуку. Нет, не надо! Живи, пожалуйста, живи!

– Я существую - не живу. Я не должен был привязываться к тебе. Ты стала моим последним человеческим чувством. Когда ты уйдешь, я превращусь в машину. Окончательно. Механическое давно побеждало, оно лишало меня эмоций. Я становился все более расчетливым, как вычислитель, никаких чувств, только математика. Ты, воспоминания о тебе, надежда, что ты снова появишься, удерживали во мне человеческое. Но теперь… Что мне делать? Целую вечность лежать здесь, одному, обслуживая мертвый комплекс, убивая заходящих сюда сталкеров, подчиняясь прошитым в меня программам? Я не хочу этого. Никакой боли, я уйду спокойно, если буду знать, что ты счастлива. Ведь ты будешь счастлива?

– Я постараюсь… - едва слышно прошептала она. - Но Рамир может вытащить тебя, поднять наверх. Борг, послушай! Он сможет…

– Тогда скажи им. Если отключить вспомогательный сброс и задвинуть заслонки, вода затопит все…

– Не надо, перестань! Не включай конвертер, я не хочу этого. Лесник говорит, что контролеры должны жить, что нельзя нарушать систему…

– Значит, ты передумала?

– Я не знаю! Наверное, не надо уничтожать их? Они ужасные, но… нельзя убивать их всех.

– Хорошо, я просто затоплю комплекс. Эту систему придумали на случай, если понадобится уничтожить его. Скажи им - сейчас я затоплю Крепость.

* * *

Подхватив валявшуюся возле прожектора двустволку, Лесник вынул из мешочка на поясе два патрона и стал заряжать. Ожог заскрипел зубами, спиной приподнимая будку. Сталкер вскинул ружье, прижал приклад к плечу. Из-за железного основания и приборов поднять кабинку было трудно. Ожог выставил одну ногу, уперся в пол, просунул пальцы под края и тогда наконец смог распрямиться.

Лесник выстрелил из обоих стволов. Ожог упал.

Пластиковая стенка разлетелась вдребезги, осколки по сыпались вокруг. Поджарое тело выкатилось из дыры, дол-говец змеей метнулся к Леснику. Тот врезал прикладом по раненому плечу, Ожог с хриплым стоном упал на колени. Провода от прожектора тянулись по настилу, образуя кольца и петли, Лесник стоял в одной такой петле. Схватив пучок тонких черных кабелей, Ожог дернул, затянул петлю вокруг ног Лесника и рванул изо всех сил. Сталкер повалился на него, капитан пригнулся, обматывая провод вокруг лодыжек. Прожектор над ними тихо гудел, в широком луче света по полу протянулись длинные тени.

– Я обещал тебе, что задушу голыми руками? - крикнул Ожог.

Кабели крепко стянули ноги Лесника. Он махнул ружьем, отползая, словно удав, к краю настила. Ожог выдрал двустволку из его рук, ударил стволами по голове, крутанул и сильно ткнул прикладом в лоб. Зрачки Лесника поползли вверх, он судорожно вздохнул. Отбросив ружье, капитан приподнялся над сталкером и сжал его шею. Лесник моргнул, взгляд стал осмысленнее, он уставился в искаженное, изуродованное ожогом лицо над собой. Долговец душил его. Лесник задергался, пытаясь вдохнуть, но противник держал крепко, пальцы его были как железные крючья, теперь уже ничто не могло оторвать их от горла.

– Другой смерти ты не достоин, - сказал Ожог, наблюдая, как дергается в приоткрытом рту язык, как вылезают из орбит глаза.

Грудь горела огнем, пальцы скребли пол. Лесник умирал. Мир уходил от него, сознание гасло. Луч прожектора стал багровым. Сталкер дергал ногами, пытаясь сбросить Ожога, но сил на это уже не было. Он попробовал выгнуться, но не мог сделать и этого.

Ожог тихо засмеялся. Пальцы Лесника наткнулись на провод. Сжали его. Фигура долговца подернулась рябью, смазалась. Красные сумерки окутали Лесника. Уже ничего не видя, он дернул. Тренога прожектора пошатнулась, заваливаясь набок, световой столб качнулся. На миг тренога замерла - и рухнула на них. Огромная лампа накрыла го лову Ожога. Громкий треск, вспышка, сноп искр… Капитан привстал, поднимая прожектор, - и упал на бок.

Лесник откатился, и воздух хлынул в его грудь обжигающим, кислотным потоком. Он закашлялся, забился, корчась, ударяя ладонями по настилу. С хрипом выдохнул, вдохнул опять, одной рукой ухватил себя за горло и приподнялся. Оглядевшись, встал на колени. Долговец лежал неподвижно, чаша прожектора накрывала голову. Лесник уперся в нее ногами, толкнул, перевернув, увидел лицо капитана - волосы обгорели, все лицо превратилось в сплошную спекшуюся корку.

– Ожогу ожогово, - Лесник сплюнул кровью и встал.

* * *

Рамир, прижатый спиной к перилам, увидел над собой падающую воду. Что-то случилось? Почему поток стал таким сильным? Почему…

Он извернулся, упирающийся в ограждение хребет хрустнул. Взмахнув ногами, Цыган перевернулся в скважину.

Кабан перелетел через него, пальцы проскребли по плечам и спине, вцепились в поясницу. Цыган с размаху ударился грудью о бетонный край дыры. От боли сердце пропустило удар, потом зачастило, под ребрами что-то будто сдвинулось. Постанывая, сталкер держался за бетонный край, Кабан висел на нем, обхватив за пояс. Вода била сверху, норовила сбросить их в скважину.

Цыган пнул великана каблуком в живот. Воды стало еще больше, она нагрелась. Пальцы скользили.

Стряхнуть долговца не удавалось, а держать двойную тяжесть не хватало сил. Рамир медленно соскальзывал в бездну геотермальной скважины. Снизу начал подниматься горячий пар. Да что это происходит? Нагнув голову, он глянул вниз. Под ногами уже кипяток! Удерживаясь за край согнутой в локте рукой, Рамир с резким выдохом выбросил над головой другую и вцепился в прут. Повернулся - Кабана ударило затылком о стену. Цыган выгнул спину, придавливая его руки, чувствуя, что вот-вот упадет, поерзал по бетону, всмятку давя пальцы Кабана. Тот взвыл и наконец от цепился. Пальцы скользнули по ногам - и пулеметчик полетел вниз. Рокот воды заглушил его крик. Рамир попытался подтянуться, но не смог, сил не осталось совсем. Он застыл, не дыша, прижимаясь лопатками к краю дыры. Как теперь выбраться отсюда?

Задрав над головой другую руку, нащупал второй прут. Вода уже обжигала, из-за бьющего снизу пара было трудно дышать. Уперев подошвы в бетон, он стал приподниматься, спиной елозя по стенке. Ботинки скользили, но потом один каблук попал в выемку, и Цыган сумел распрямить ногу, приподняв себя сразу на полметра. Вот лопатки легли на пол, потом и поясница оказалась на бетоне… Он схватился за горизонтальную трубу - и сел на краю, прислонившись к ней мокрым лбом. Передохнув пару секунд, повернулся, начал вставать, упал, разбрызгивая горячую воду, кое-как поднялся, подобрал выломанный Кабаном прут и похромал к проходу в центральную пещеру. По дороге еще дважды падал, но потом сердце перестало бешено колотиться в груди, чуть успокоилось, Рамир пошел быстрее. Рокот воды за спиной нарастал, в пещере становилось жарко, затылок обдавало горячим паром. Рамир сделал еще несколько шагов и криво улыбнулся, увидев Лесника.