Нескучные каникулы - Головачева Вера - Страница 13

– Кто ж ее знает, дедка Демьян, может, воры какие у нас в деревне завелись?

– А то, – подтвердил дед Архип, возвращаясь из своих воспоминаний, – одежа все добротная, крепкая, знать, кому и приглянулась. Одни штаны суконные чего стоят, – и для пущей убедительности дед потряс перед всеми суконным чудом. Поднялась, видимая даже в ночи, пыль, а из кармана вспорхнула белокрылая моль и скрылась в сумраке.

Вопросы у деда Демьяна закончились, поскольку доказательство в его глазах казалось неоспоримым. А, стало быть, ребята и в самом деле ходили по пустырю и искали туесок деда Архипа, его старого товарища и первого долгожителя села Дурникино.

– А пойдемте-ка я вас всех оладушками угощу, – предложил счастливый дед Архип. Да и почему б не радоваться: туесок у него в руках, внук жив-здоров, с душою в придачу, и одежа еще совсем хорошая нашлась. – У меня, знаете, такие оладушки получаются…

Уж Артемка знал, какие у деда оладьи, но это было лучше, чем грибы Параскевьи. И все дружно согласились на возникшее приглашение. Долго еще в эту ночь в избушке деда Архипа горел свет и слышались веселые разговоры. Однажды, даже, попробовала бренчать балалайка, да старик забыл, как на ней играть, и обошлись без дискотеки. А над домом до самого утра висели две звезды, яркие, большие и тоже радовались, Артемка чувствовал.

ЭПИЛОГ.

Пожухлая трава окаймляла дорогу. Природа устала от трех месяцев жаркого лета и потихоньку начала увядать. Приближалась пора ранцев, учителей и зубрежки. Мама давно уже засыпала письмами дом третий по улице Малиновой, а от пустыря второй по счету, славного села Дурникино. Ее удивляло долгое отсутствие сына, Артема Мукомольного, в не менее славном городе Москве. А сын писал, что немного надо бы задержаться, что не все сено они с дедом еще скосили, что ежевика в соседнем лесочке в самую пору вошла и надо бы ее собрать и с дедом на зиму заготовить. Читая такие ответы у себя в трехкомнатной благоустроенной квартире, мама хваталась за голову и пила валерианку. Она представляла своего Артема с наушниками на голове и с косой в руках. Получалось некоторое несоответствие, и мама снова пила валерианку.

Но вот оттягивать больше обратную поездку времени не оставалось, и Артем собрался. Провожали его дед Архип и Димка. Дед Демьян тоже сначала было решил пройтись до автобуса, но Зинка его, воспитанная в экологически чистых условиях, запах выхлопных газов переносила плохо, с головокружением и мигренью. А куда ж дед Демьян без козы. Несоответствие тоже получается.

Димка шел по дороге и боролся с двумя совершенно противоположными чувствами: с одной стороны, друг уезжал, и это досадно, а с другой – на Димкиной голове красовались даренные наушники, которые когда-то выглядели на сто баксов и за которые теперь никто и пятидесяти рублей не дал бы. Это куда как лучше «Хундая». А что? Мотоциклом в деревне кого удивишь? Никого, поскольку в каждом дворе их завались. А вот наушники – это вещь.

– Садись, мужики, подброшу, – предложил подъехавший на своем грузовике дядька Апанас.

И мужики набились в кабину, поскольку кузов весь был занят зерном. В таких тесных отношениях с Димкой и дедом Архипом Артемка еще никогда не был.

– Ничего, – подбодрил Апанас, – и поболе вашего набивалось. В тесноте, да не в обиде. И обувки меньше сотрется все ж.

После получаса подбрасываний они были уже на остановке. Затекшие ноги отказывались двигаться. Столб пыли на горизонте возвестил о приближении автобуса, отчего уезжать хотелось еще меньше. Нужно было сказать что-то важное, главное за все это лето. И Артемка нашел его в своей голове.

– Я обязательно вернусь, – выпалил он скорее, пока автобус не забрал его. – Следующим же летом и вернусь. Нет, лучше на зимние каникулы, или осенние. Я напишу.

Лицо Димки просветлело, а дед Архип украдкой смахнул слезу.

– Здорово, – обрадовался Димка, – мы с тобой тогда такое сделаем… – он мечтательно прикрыл глаза.

Тормоза скрипнули, и автобус остановился прямо напротив троицы. Водитель поторапливал: «Вы здесь катаетесь, а у меня работа».

– Что мы сделаем? – спросил Артемка, поднимаясь по ступенькам автобуса.

– Я тебе… такое покажу… – с удовольствием растягивал слова Димка.

– Да что же? – уже отодвигаемый новыми пассажирами вглубь салона, спросил через стекло Артем.

– Мы с тобой сходим к проклятой сосне. Она не далеко растет, на кладбище.

Автобус тронулся, а Димка и дед Архип остались ждать летних каникул, или зимних. Или осенних. Из письма поймут каких.