Избранник Пентакля - Вильгоцкий Антон Викторович - Страница 15

— Мы преследуем вампира, — с места в карьер выпалил Борланд. — А он скрывается в храме.

— Вампир? Здесь? — Губы жреца тронула улыбка. — Такого не может быть. Это святое место, и оно недоступно для всякой нечисти.

— Все не совсем так, — кашлянув, сказал Заффа. — Вы, должно быть, мало знаете о вампирах, святой отец. Им, конечно, неприятно находиться в стенах храма, но это совсем не смертельно для них. А свой дискомфорт вампиры в таких случаях тщательно скрывают. К тому же, — Заффа указал взглядом на серебряную коробочку, которую держал в руках, — сей артефакт подтверждает, что вампир действительно находится в храме. Ошибки быть не может.

— Слушай, — взявшись за подбородок и склонив голову, Борланд внимательно посмотрел на жреца, — а может, это и есть вампир? Убил священника, принял его облик, а теперь морочит нам головы. Вылей-ка на него зелье — посмотрим, как он себя поведет.

— Да как вы смеете?! — возмущенно воскликнул жрец. — Подозревать меня… меня в… — От ярости он запутался в словах и только таращил глаза да разевал рот.

— Не волнуйтесь, святой отец, — поспешил успокоить его Заффа. — Мой друг обладает весьма специфическим чувством юмора. Даже я не всегда понимаю, когда он шутит, а когда говорит всерьез.

— Мы напрасно теряем время, — раздраженно сказал Борланд. — Надо добраться до упыря, пока он не удрал. Впустите нас.

— А вот и не впущу, — злорадно произнес жрец. — Нечего было меня оскорблять. Кто вы вообще такие?

— Придворный маг герцога Фирена! — закончил Борланд. — Вот и печать имеется, — вытянул он вперед руку с перстнем. — И от имени герцога я приказываю тебе — впусти нас в святилище.

Со священника мигом слетела вся спесь.

— Тогда входите, конечно, — пробормотал он. — Я не мог знать… Простите.

— На первый раз прощаю, — снисходительно промолвил Весельчак.

Жрец посторонился, пропуская их в просторный молитвенный зал, в дальнем конце которого стояло золотое изваяние богини. Поклонившись Занзаре, как того требовал обычай, преследователи упыря остановились, глядя по сторонам. Жрец остался стоять у входной двери.

В зале вампира, само собой, не было.

— Ну и что дальше? — спросил Борланд, глядя на стрелку, которая больше не двигалась. — Он точно спрятался здесь? А то перед святошей как-то неловко…

Стрелка вдруг ожила и завертелась как ветряная мельница.

— Я же говорил, ошибка невозможна! — радостно воскликнул Заффа. — Компас показывает только передвижения объекта на плоскости. Стрелка не может указать вверх или вниз. В одном из этих направлений нам и надлежит двигаться дальше.

— Понятно. Уважаемый, — сказал Борланд, обращаясь к жрецу, — в этом здании есть подвал?

— Подвал? Нет. Это же не монастырь, где полно бочек с вином и соленьями. — Судя по интонации, с которой были произнесены эти слова, жрец не отказался бы сменить место службы.

— А чердак есть? — Весельчак начинал терять терпение.

— Чердака тоже нет. Но есть выход на крышу, чтобы мастеровые могли время от времени ее подлатать.

— Отлично. Значит, наш приятель решил забраться повыше. Нахейросы умеют перекидываться в летучих мышей? — спросил Весельчак у Заффы, Тихо, так, чтобы служитель Занзары остался в неведении относительно скудных познаний «господина придворного мага».

— Этого не может никто из вампиров. Байки. Домыслы простонародья, — сказал толстяк. — Что ж, нам надо идти наверх. Покажите дорогу! — окликнул он застывшего у дверей священника.

— Выпотрошить гнусного эльфа!

Окружив Индалинэ Итрандила, тролли пытались достать его своим оружием. Копьеносцы теперь использовали свои копья как оружие ближнего боя — а как же еще, на таком-то расстоянии? Эльф с трудом успевал отражать сыпавшиеся со всех сторон удары. Но ему до сих пор не удалось отправить в небытие никого из противников.

А вот и первый успех! Самый здоровый и наглый тролль рухнул на землю с рассеченной наискосок грудью. Еще удар — и еще один зеленомордый урод перестал осквернять своим присутствием священный лес. Вокруг стало посвободнее, что позволило Индалинэ занять более выгодную позицию. Прижавшись спиной к стволу высокого вяза, эльф виртуозно отбивал выпады оставшихся семи троллей. Нападавшие теперь мешали друг другу и не могли атаковать всем скопом. Но все же один из них сумел оцарапать своим мечом левый бок Итрандила. «Надеюсь, их клинки не отравлены», — подумал Индалинэ и отрубил обидчику сначала лапу, а затем, изловчившись, и голову. «Шесть — это тебе не десять», — с удовлетворением подумал младший Итрандил.

Противостоящие ему создания были не ахти какими бойцами. Впрочем, тролли всегда воевали не умением, а числом. Они были враждебны по отношению ко всем обитателям Схарны, но особенную ненависть питали к эльфам. И если уж эльфы и тролли сходились в бою, пленных не брала ни одна из сторон.

Это незыблемое правило действовало и сейчас. Тролли изо всех сил старались убить Итрандила, но он играючи парировал их атаки. Один за другим противные зеленые карлики расставались со своими жалкими жизнями и падали на траву у ног Индалинэ.

«Ну вот и все, — подумал Итрандил, вытаскивая меч из развороченного живота последнего тролля. — Ну и намусорил же я. Впрочем, это поправимо».

Выйдя на середину поляны, Индалинэ подобрал колчан и лук. Потом, широко раскинув руки, произнес слова извинения перед лесом…

— Ну а что дальше делать, вы сами знаете, — сказал Итрандил.

Почва в том месте, где лежали трупы убитых им троллей, задрожала и вспучилась. Длинные змеевидные корни обхватили мертвых монстров и потащили за собой, под землю. Теперь троллям предстояло послужить удобрением для деревьев Кандара.

Индалинэ призадумался. Появление в лесу троллей никак нельзя было назвать добрым знаком. «Надо же, как неприятные события стремятся совпасть одно с другим», — подумал семидесятилетний юноша.

Как оказалось, битва со взводом троллей была не последней неприятностью на сегодня. Лес вокруг внезапно взорвался гортанными выкриками и бряцанием оружия. Итрандилу не обязательно было дожидаться появления врагов, чтобы понять, что произойдет в следующий миг.

— Ломай! Круши! Калечь! Жги! Убивай! — вопили сотни мерзких голосов. Сотни.

Справиться с таким количеством врагов одновременно — даже если это были тщедушные низкорослые тролли — смог бы только могучий маг. Но и у Итрандила было в запасе кое-что, способное охладить пыл воинственных тварей. Точнее сказать, наоборот — распалить их до предела.

«Настало время сделать финт ушами», — подумал эльф.

Когда на поляну высыпали из-за деревьев первые тролли числом около пятидесяти, Индалинэ припал на одно колено, простер вперед правую руку и выкрикнул слова заклинания. С кончика каждого из пяти пальцев по направлению к троллям устремился поток ярчайшего света. Лучи разветвлялись, и, когда они достигли цели, их было уже пятнадцать. Те тролли, которых коснулся волшебный свет, мгновенно вспыхнули как факелы и попадали на землю, вопя и корчась от боли. А Индалинэ, разбежавшись, легко вскарабкался на вершину высоченной корабельной сосны. Вослед ему полетело несколько копий, но дерево, защищая эльфа, отбило их своими ветвями. Индалинэ воспользовался способностью, за которую эльфов и прозвали Верхними лесничими. Гигантскими шагами он несся по вершинам деревьев, лишь слегка касаясь ступнями верхних ветвей. Путь младшего Итрандила лежал в сторону Биланы.

Вампир стоял на краю крыши, спиной к охотникам. Борланд осторожно шагнул вперед, и кровосос тотчас развернулся.

— Добрались все-таки, — констатировал он.

Если бы не спускавшиеся до плеч седые волосы, вампиру можно было дать на вид двадцать лет. Но Весельчак знал, что реальный возраст стоявшей перед ним твари мог составлять и несколько веков.

Борланд обнажил меч. Вампир ощерился. Казавшееся прежде человеческим лицо чудовищно исказилось. По щекам пролегли глубокие складки. Губы разошлись, обнажив два ряда длинных игольчатых зубов, а волосы разлетелись по краям головы спутанными клочьями болотного цвета. Глаза полыхнули красным.