Последний Страж - Грабб Джефф - Страница 45

«Если только сама Гарона не привела их сюда», – внезапно подумал он.

Юноша на мгновение заколебался, и этого было достаточно. Он услышал позади какой-то звук, но не успел обернуться» как что-то большое и тяжелое обрушилось ему на затылок.

Кхадгар потерял сознание на пару секунд, но этого хватило, чтобы в комнату ввалилось полдюжины орков, тут же принявшихся тыкать в валявшийся на полу мусор своими секирами. На руках у них были зеленые повязки – клан Кровавой Глазницы, подсказала ему память. Он пошевелился, и первый орк – тот, у которого была секира с двумя лезвиями, – вновь повернулся к нему.

– Гдедвойвещ'? – произнес он. – Кудад'их-засун'?

– Что? – переспросил Кхадгар, который не мог понять, то ли у него шумит в ушах, то ли орк просто так говорит.

– Твои вещи, – повторил орк, стараясь говорить медленнее. – Твое шмотье. На тебе ничего нет. Куда ты их засунул?

Кхадгар, не подумав, ответил:

– У меня нет вещей. Я все потерял. Вещей нет.

Орк фыркнул.

– Тогда умри! – взревел он, поднимая секиру.

– Нет! – закричала Гарона, появляясь в пустом дверном проеме. Судя до ее виду, она совсем не отдохнула, на ее поясе болталась связка зайцев на кожаном ремешке. Она уже успела поохотиться!

Кхадгар почувствовал легкое замешательство, вспомнив о своих подозрениях.

– Отвали, полукровка! – рявкнул орк. – Это не твое дело.

– Ты хочешь убить мою собственность, и это мое дело, – отрезала Гарона.

«Собственность?» – подумал Кхадгар, но придержал язык.

– Сос'сть? – промычал орк. – А кто т' такая, чтобы иметь сос'сть?

– Я Гарона Полуорк, – огрызнулась та, изображая на лице гнев. – Я служу Гул'дану, колдуну из клана Грабителей Бурь. Только попробуй причинить вред моей собственности, и ты будешь иметь дело с ним!

Орк снова фыркнул:

– Грабители Бурь? Ба! Я слышал, это слабаки, которыми их колдун помыкает как хочет!

Гарона отвечала ему жестким яростным взглядом.

– А я слышала, что клан Кровавая Глазница отказался поддержать Молот Сумерек в недавней атаке на Штормбург, из-за чего оба клана были отброшены от стен крепости. Я слышала, что люди побили вас в честной схватке. Это верно?

– Эт' здесь ни при чем, – пробормотал орк. – У них были лошади.

– Может быть, я мог бы… – начал Кхадгар, пытаясь подняться на ноги.

– Лежать, раб! – взвизгнула Гарона, шмякнув его по голове кулаком, так что он рухнул обратно на пол. – Ты будешь говорить, когда тебя спросят, и не раньше!

Главарь орков воспользовался возможностью, чтобы сделать шаг вперед, но Гарона тотчас же развернулась к нему, и в ее руке блеснул кинжал с длинным клинком, направленный ему в живот. Остальные орки отступили, освобождая место для назревавшей драки.

– Ты, что, оспариваешь мое право собственности? – прорычала Гарона; в ее глазах полыхало пламя, мускулы напряглись, готовясь вогнать кинжал в кожаные доспехи орка.

На мгновение воцарилось молчание. Орк из клана Кровавой Глазницы посмотрел на Гарону, потом на распростертого на полу Кхадгара, потом вновь на Гарону. Фыркнув, он проговорил:

– Найди сначала что-нибудь, из-за чего стоило бы драться, полукровка!

И с этими словами главарь орков отступил назад. Остальные расслабились и цепочкой потянулись прочь из разгромленной гостиной.

Один из его приспешников спросил, выходя из здания:

– И вообще, зачем ей раб-человек?

Кхадгар не расслышал, что ответил главарь. Снаружи донесся возглас подчиненного:

– Тьфу ты, мерзость!

Кхадгар хотел подняться, но Гарона махнула ему, чтобы он оставался на полу.

Гарона подошла к выбитому окну, некоторое время смотрела наружу, а затем вернулась к Кхадгару.

– Кажется, ушли, – сказала она, наконец. – Я боялась, что они вернутся, чтобы свести счеты. Скорее всего, их главаря сегодня ночью вызовут на поединок.

Кхадгар дотронулся до саднящей щеки:

– Я в порядке, спасибо, что спросила.

Гарона покачала головой:

– Ты просто бледнокожий идиот! Если бы я не вмешалась, их главарь убил бы тебя на месте, а потом набросился на меня, увидев, что я не могу тебя приструнить.

Кхадгар глубоко вздохнул:

– Прости. Ты права.

– Конечно, права! – ответила Гарона. – Они не убили тебя до моего возвращения только потому, что думали, что ты что-нибудь спрятал в здании. Они не могли поверить, что ты настолько глуп, чтобы находиться в зоне военных действий, не имея при себе никакого снаряжения.

– Но разве обязательно было бить так сильно? – поморщился Кхадгар.

– Чтобы это выглядело убедительно – да не сказала бы, что это мне понравилось. – Она швырнула ему зайцев. – Вот, сними с них шкуры и вскипяти воду. В кухне еще осталось несколько горшков и пара картофелин.

– Я не твой раб, что бы ты там ни говорила своим друзьям! – вскинулся Кхадгар.

Гарона засмеялась:

– Конечно. Но я поймала нам завтрак. Твоя очередь – готовить его!

Они позавтракали сытной похлебкой из зайцев и картошкой, приправив ее травами, которые Кхадгар нашел в разоренном огороде, и грибами, собранными Гароной, пока она охотилась. Кхадгар проверил, не ядовитые ли грибы, – все они оказались съедобными.

– Орки пробуют незнакомую пищу на молодых, – пояснила Гарона. – Если те выживают, становится ясно, что пища пригодна и для них.

Они снова пустились в путь. И вновь леса были пугающе тихими. Что бы они ни видели по пути, все напоминало о войне.

Около полудня они вновь наткнулись на орков из клана Кровавой Глазницы. Орки лежали лицами вниз на широкой поляне, посреди которой возвышались руины сторожевой вышки. Что-то большое, тяжелое и острое разорвало кожаные панцири на их спинах; у нескольких воинов не было голов.

Гарона быстро двигалась от тела к телу, подбирая все, что могло пригодиться. Кхадгар обшаривал взглядом окрестности.

– Ты собираешься мне помочь? – крикнула ему Гарона.

– Минуточку, – отозвался молодой мат. – Я просто хочу убедиться, что тот, кто прикончил наших друзей, не бродит где-нибудь поблизости.

Гарона обвела взглядом поляну, затем подняла глаза вверх. Наверху ничего не было, кроме низких, словно забрызганных тушью облаков.

– Ну и что? – спросила она. – Я ничего не слышу.

– Орки тоже ничего не слышали до тех пор, пока не стало слишком поздно, – воз]разил Кхадгар, подходя к телу главаря, возле которого она стояла. – Они убегали, и их убили ударами в спину; и напавший был гораздо выше них ростом… – Тут он заметил в пыли глубоко вдавившиеся в землю отпечатки тяжелых подков. – Всадники! Это были люди!

Гарона кивнула:

– Значит, мы уже близко – и то хорошо. Забирай все, что сможешь. Их пайки нам пригодятся – на вкус они мерзкие, зато питательные. И найди себе какое-нибудь оружие, хотя бы кинжал.

Кхадгар посмотрел на нее:

– Я тут подумал…

Гарона рассмеялась:

– Хотела бы я знать, сколько человеческих бедствий начинается с этой фразы!

– Мы уже в зоне штормбургских патрулей, – продолжал Кхадгар. – Я не думаю, что Медивх преследует нас, по крайней мере, он не гонится за нами по пятам. Как ты думаешь, может быть, нам стоит разделиться?

– Мне приходила эта мысль, – отозвалась Гарона, роясь в сумке одного из орков. Сперва она вытащила оттуда плащ, затем маленький, обернутый в ткань пакет. Развернув пакет, она обнаружила в нем кремень, стальную пластину и флакончик с маслянистой жидкостью. – Это чтобы разжигать огонь, – пояснила она. – Орки любят огонь, а с помощью этих приспособлений его можно развести очень быстро.

– Так ты тоже думаешь, что нам стоит разделиться? – настаивал Кхадгар.

– Нет, – ответила Гарона. – Я сказала лишь, что мне приходила такая мысль. Проблема в том, что эту зону никто не контролирует, ни люди, ни орки. Ты можешь отойти на пятьдесят ярдов и натолкнуться еще на один патруль Кровавой Глазницы, а я в то же время могу попасть в засаду твоих приятелей-кавалеристов. Если мы будем держаться вместе, у нас больше шансов остаться в живых. Один может сойти за раба другого.