Разлом - Грацкий Вячеслав Вениаминович - Страница 85

Роланд с трудом перевернулся на другой бок. Едва шевеля распухшими губами, выплюнул кровь, перемешанную во рту с пеплом. Скрежеща зубами от боли, вскинул все-таки руку и вытер глаза.

Ингельд стоял в нескольких шагах от него. И на его лице по-прежнему играла омерзительная усмешка.

– Ты еще живой, Роланд? Это хорошо, а то я готов был уже разочароваться в тебе. Давай, подымайся и подбери меч, он в двух шагах от тебя, сам понимаешь, без меча карнелийцу никак нельзя.

Рыча от боли и ярости, Роланд вновь уперся в стену, и стал подниматься.

– Да, ты настоящий герой, Роланд, – заметил Ингельд. – О твоей смерти будут слагать песни.

Роланд медленно оторвался от стены. Его посеревшее от пепла лицо расчертили струйки пота и крови, но вытираться он даже не пытался – берег силы. С трудом переставляя дрожащие и подгибающиеся ноги, двинулся на Ингельда.

– Меч, Роланд, ты забыл про меч, – напомнил Ингельд. – Без меча нельзя, какой же ты герой, если без меча?

Закусив губу, Роланд рухнул возле меча на колени, подхватил его и, застонав от боли, встал.

– Мне пригодились бы такие воины как ты, Роланд. Но предлагать тебе это бессмысленно, не так ли? Как впрочем и всем карнелийцам. Полагаю, что Карнелию придется уничтожить, от таких упрямцев только хлопоты.

До Ингельда оставалось каких-то два шага, когда очередной приступ боли скрутил Роланда и швырнул лицом в пепел.

– Хм, какая незадача, – Ингельд склонился над ним и рывком перевернул на спину. – Человеческая плоть так хрупка, братец.

– Ты больше... не брат мне... – едва слышно прохрипел Роланд.

– Я знаю, – с улыбкой кивнул Ингельд. – У бога не может быть братьев, у бога бывают только рабы.

Из руки Ингельда вырос полупризрачный клинок, сотканный из струящегося света.

– Ты умрешь как карнелиец, Роланд, от меча, хотя и не стального.

Светящееся лезвие ударило точно в сердце.

В истошном крике зашлась Кира и, прижимаясь к куполу, медленно опустилась на землю, оставляя на магической стене слезы. Селена, с помертвевшим лицом, бормотала что-то неясное, глаза блестели. Рядом скрежетал зубами Ральф, с бессильной ненавистью буравя Ингельда глазами.

– Тварь! – рычал он. – Я еще доберусь до тебя!

Его плеча легонько коснулась Мара. Обернувшись, он разглядел на ее лице страх.

– Прости, Ральфи, – прошептала она. – Я не могу. Этот человек... Он очень...

– Все в порядке, Мара, – инур крепко обнял ее. – Все хорошо. Мы разберемся с ним.

– Ральф?

К инуру подошел Зарель. Сидевший на его плече Тирри плакал и по-человечески вытирал глаза лапками.

– Он не сможет всю жизнь отсиживаться за этим чертовым куполом! – прорычал Ральф. – Когда он уберет его, я его убью! Ты со мной?

– Да, Ральф, – кивнул Зарель. – Мы убьем его.

Он покосился на Инелию и Ирию – по дороге сюда Тирри успел рассказать, что значил для них Ингельд. Сестры жадно всматривались сквозь магическую стену и, хотя глаза их подозрительно поблескивали, Зарель был уверен, что вряд ли их расстроила смерть Роланда.

– Вы двое, – Зарель нахмурился. – Мне кажется, вам лучше уйти. Я бы не хотел оглядываться слишком часто.

Сестры смерили его обжигающими взглядами.

– Это больше не Ингельд, – прикусив губу, сказала Инелия. – Этот человек... Это существо убило Ингельда.

– Я не доверяю вам.

– Мы никуда не уйдем, – твердо ответила Инелия.

– И будете сражаться с ним? – усмехнулся он.

– Не знаю, – тихо сказала Инелия. – Я не знаю.

– Мы будем сражаться! – неожиданно вмешалась Ирия. – Это существо, похожее на Ингельда, убило того, кто был дорог нашей Кире. Сестра, разве ты забыла, кто мы теперь? Ты забыла, что мы рыцари? И если Кира будет сражаться с ним, мы будем защищать ее! А значит мы будем сражаться тоже! Это тебе понятно?

Встретившись с ее горящим взором, Зарель пожал плечами. Похоже, Ирия была настроена всерьез. Хотя, конечно, будь это в его власти, Зарель убрал бы их отсюда как можно дальше. Уж кто-кто, а он хорошо знал, что от своих соплеменниц, тем более влюбленных, можно ожидать чего угодно.

Ингельд с улыбкой окинул полные ненависти лица друзей Роланда и мановением руки убрал купол.

– Селена, ты мне нужна, – усмехнулся он. – Никуда не уходи, я быстро.

В атаку с рычанием бросился Ральф, устремились вперед неко, кольцом охватывая Ингельда. Взяла себя в руки и стала поспешно плести заклинание Кира.

Ингельд расхохотался.

– Вы так забавны, – уронил он и щелкнул пальцами.

И мир как будто остановился вокруг него. На бегу застыли неко и Ральф, окаменели Кира и Мара. Магия не затронула только троих – Селену и сестер.

– Как я и обещал, много времени это не заняло, – заметил Ингельд. – Подождешь еще чуточку?

Селена не ответила. Потрясенная гибелью Роланда, она была настолько растеряна и подавлена, что с трудом осознавала где она и что происходит вокруг.

Взгляд Ингельда зацепился за Мару. Преодолевая действие заклинания, девушка медленно разворачивалась к нему. В глазах ее разгорался огонь ненависти.

– Вот оно как, – задумчиво заметил Ингельд. – Я недооценил тебя в тот раз... Но, так или иначе, пока ты в этой тушке, ты мне не противник. Когда же твоя ярость разрушит это жалкое тельце, а я чувствую – это случится уже скоро, вот тогда... Думаю, тогда мы найдем общий язык.

Подарив ей улыбку, он двинулся к сестрам. Выставив мечи, Инелия и Ирия не сводили с него настороженных глаз. Ингельд обогнул неподвижные фигуры воинов и застыл напротив сестер, едва не касаясь грудью клинков.

– Я ведь говорил вам, девочки, не попадайтесь мне больше на глаза, – почти доброжелательно сказал Ингельд. – Почему вы не послушались?

– Ты не Ингельд! – прошипела Ирия. – И ты не смеешь говорить с нами как Ингельд!

– Странно. Сегодня все только и твердят – не смеешь это, не смеешь то. Как это глупо.

Он чуть шевельнул пальцами, и мечи неко по самую рукоять вонзились в землю. Девушки бросились за мечами, попытались выдернуть, но Ингельд вновь щелкнул пальцами и неко застыли, не в силах ни разогнуться, ни выпустить оружие из рук.

– Вот так и подобает стоять перед богом, – насмешливо сказал Ингельд. – Вы всего лишь игрушки в моих руках. И всегда были игрушками.

Он запустил пятерню в волосы Инелии и подтянул ее к себе. В глазах девушки застыл страх. Она все слышала, видела и чувствовала, но тело больше ей не принадлежало, она и впрямь ощутила себя игрушкой, куклой в руках опытного кукловода.

– Зачем ты пришла сюда, Инель? Ты ведь умная девочка, почему ты меня не послушала?

Инелия пыталась что-то сказать, но язык как будто приклеился, неко могла только мычать.

– Не нужно слов, девочка, их время прошло.

Он отпустил ее и Инелия вновь склонилась над мечом. Взгляд Ингельда упал на Селену.

– А теперь ты, моя милая. Ты знаешь, что мне нужно. Прошлый раз ты ловко одурачила меня своей Эльвирой, но теперь я знаю – ты и она одно целое. Или ты отдаешь мне Осколки, или...

– Но я...

Селены все еще с трудом осознавала происходящее. Это казалось каким-то дурным сном. Смерть Роланда, Ингельд...

– Я не знаю... – прошептала она. – Я не умею...

– Ну, это не проблема. Я что-нибудь придумаю. Главное – ты должна дать свое согласие.

– Я не знаю...

– Посмотри на своих друзей, Селена, – Ингельд обвел вокруг себя рукой. – Посмотри внимательно. Все они ждут твоего решения. Потому что их жизнь зависит только от тебя. Понимаешь меня?

Селена испуганно распахнула глаза. Капельки пота проступили на ее лице и поползли вниз, оставляя за собой блестящие полосы, словно Селена плакала. Но она не плакала. Она все еще не верила происходящему.

– Я знаю, ты не боишься смерти, ты уверена, что Господь защитит тебя, хотя сейчас тебя скорее защищает сам Сатана, – Ингельд рассмеялся. – Но как насчет твоих друзей? Готова ли ты пожертвовать ими?