Разлом - Грацкий Вячеслав Вениаминович - Страница 88

– Кто бы и где бы он ни был, скоро мы с ним встретимся, – сказал Роланд. – Уверен, что Осколки притягиваются друг к другу.

– Не знаю насчет Осколков, но, как маг с большим опытом, – с улыбкой заметила Кира, – могу сказать, что этот последний сам будет искать нас.

После ужина, расставив посты из своих воинов, Зарель огляделся. Положив голову на руку Ральфа мирно посапывала Мара. Озабоченно хмурил брови инур, похоже, даже во сне он продолжал охранять девушку. Ворочалась Кира, прикрытая с двух сторон сестрами-неко. Возле костра, прямо с куском мяса в зубах дремал Тирри.

Зарель обнаружил Роланда невдалеке от лагеря. Привалившись к дереву, карнелиец разглядывал звезды.

– Не спится? – Зарель присел рядом.

– Мне больше не нужно спать, – спокойно отозвался Роланд.

– Как это? – опешил Зарель. – Откуда ты знаешь?

– Просто знаю.

– Меч?

– Возможно. А может и Рог.

– Ты как-нибудь ощущаешь их?

Роланд отрицательно покачал головой.

– Никак не ощущаю. Просто вдруг понял, что спать не обязательно.

Они немного помолчали. Пока Зарель раздумывал как задать волновавший его вопрос, Роланд его опередил:

– Хочешь остаться с нами?

Неко вскинул брови.

– Опять просто знаешь?

– Нет, – улыбнулся карнелиец. – Это у тебя на лице написано. Да и куда тебе податься? Я ведь знаю каково неко приходится в чужих племенах, тем более вожаку.

– Да, это правда, – помрачнел Зарель. – У нас не любят проигравших. А потерявший племя – всегда проигравший, даже если он отомстил обидчикам.

– Можешь идти с нами. Если, конечно, знаешь, зачем это тебе?

Зарель пожал плечами.

– Понятно, зачем... У таких как я остается только одно.

– Месть?

– Пока есть кому мстить, моя жизнь имеет хоть какой-то смысл.

– И кому ты собираешься мстить?

– Когда Кира сказала, что нас будут искать, я кое-что понял. Твой брат – тоже жертва. Жертва того, кто затеял всю эту игру.

– Игру? О чем ты?

– Как это о чем? – удивился Зарель. – Тирри мне рассказал про сломанные печати и я...

– Тирри? Ох, когда-нибудь я все-таки отрежу ему язык!

Зарель миролюбиво вскинул руки.

– Да ладно, брось, Роланд, он отличный парень! Так вот, выслушав его рассказ, я сразу понял – кто-то задумал собрать все Осколки...

Роланд вспомнил слова Отшельника из воспоминаний Ингельда. Тот тоже говорил о человеке, сломавшем первую Святую Печать. И если это правда, а Роланд чувствовал, что это правда, значит догадка Киры верна – последний оставшийся владелец Осколка, или, если точнее, самый первый, будет их искать.

– Звено в цепи, – пробормотал Роланд. – Почему ты не прислушался к Отшельнику, Ингельд?

– Роланд?

Зарель пристально вгляделся в него, но лицо Роланда было подобно камню.

– Роланд, я понимаю твои чувства, но Ингельд сделал свой выбор.

– Да, я знаю, но... Но ведь он хотел мира, – с горечью сказал карнелиец. – Он хотел прекратить войну.

– Роланд, – Зарель нахмурился. – Знаешь, как на свет появились «белоголовые»?.. Двадцать лет назад, когда мне было пятнадцать, нашу деревню сожгли люди. Уцелел я и еще несколько подростков. И мы создали отряд «белоголовых». Отряд возмездия. И мы тоже хотели прекратить войну. Знаешь как?

– Как?

– Уничтожив всех людей и инуров. Сначала мы хотели истребить вас, карнелийцев, затем инуров, а после взяться за всех остальных. Понимаешь меня, Роланд? Мы тоже хотели мира, но в нашем мире не было места ни для кого, кроме неко.

– Это было наивно и глупо, Зарель.

– Для нас, пятнадцатилетних, это было реальностью... Очень скоро нам стали подражать, появились другие отряды «белоголовых». Через несколько лет из первого отряда в живых остался лишь я. Но недостатка в бойцах я не испытывал. Мы воевали десять лет. Это были кровавые десять лет. Но потом я устал. И не только я. Мы подняли наши племена и ушли на юг, подальше от Карнелии, инуров и крестоносцев. Мы не хотели больше войны. Конечно, недалеко оставалась граница Армании, но там, на юге Сумеречного леса крестоносцы вели себя не столь бесцеремонно. И без поддержки инуров или карнелийцев они не очень-то совались в лес. Мы прожили эти десять лет почти в мире. Я вырастил детей и на душе у меня было спокойно. Я забыл о мести. Как я думал, навсегда. Но... Эти твари уничтожили все. Всех, кто был мне дорог. Все, что я создавал годами. И я снова вспомнил «белоголовых». Конечно, эти воины не могут называться настоящими «белоголовыми», они совсем молодые, они почти не воевали, но я хорошо их учил.

– Поэтому ты не стал нападать в нашу первую встречу?

– Да. Наверное, я смог бы прикончить тебя, но я наверняка остался бы один.

– Тех, первых «белоголовых» такие мысли не остановили бы.

– Да. Поэтому мы не носим повязок.

– Значит, снова месть?

Зарель ответил не сразу.

– Иногда я думаю, что смерть моих близких – это расплата за «белоголовых», – наконец тихо сказал он. – Как говорят ваши попы – наказание за грехи, – Зарель брезгливо скривился. – Но, так или иначе, мне не остается ничего другого. Так я жил и так мне предстоит умереть. И еще я знаю – тот, кто затеял все это, должен умереть. Не только потому что, в конечном счете, именно он обрек на смерть мой род и семью. Он должен умереть еще и потому, что... Думаю, в мире есть еще такие как я, уставшие от войны. Так вот я хочу убить его ради них. Понимаешь меня, командир?

Карнелиец молча кивнул и Зарель ушел, провожаемый взглядом Роланда. Он знал, чего стоит вожаку неко назвать кого-то «командиром».

Карнелиец вздохнул. Каких-то пару месяцев назад они с Тирри были обычными путешественниками, можно даже сказать, бродягами, а теперь... Святые Печати, Ингельд, Меч Господа, весь этот водоворот событий так стремительно затянул Роланда, что он и опомниться не успел. И, конечно же, Селена. В особенности Селена...

Последнее время Роланд искренне завидовал инуру. Несмотря на шутки и намеки Зареля, отношения Ральфа и Мары не были похожи на отношения любовников. Да и откуда взяться таким отношениям, если девушка по-прежнему оставалась большим ребенком? Но если даже и так, Роланд все равно завидовал инуру...

Слуха Роланда коснулись звуки чьих-то шагов. Эта была Кира и шла она к нему. Роланд знал это абсолютно точно, и для этого ему больше не нужно было внимательно вслушиваться.

Кира села рядом, старательно глядя куда-то в сторону.

– Можно я посижу тут? – спросила она, избегая встречаться с Роландом глазами. – Я понимаю, ты предпочел бы чтобы здесь была Селена, но... В конце концов у нее есть ее Бог, а у меня...

Ее голос дрогнул. Роланд улыбнулся, обнял Киру и девушка немедленно прильнула к нему.

– Сиди уж, – вздохнул Роланд. – Не могу же я прогнать королеву?

– Вот именно. Так что повежливей.

Они улыбнулись друг другу, а затем Кира положила голову ему на плечо и вскоре задремала. А Роланд долго еще сидел, вглядываясь в ночное небо.

Глава тридцать вторая

Дорога к Арку петляла меж холмов. Разведчики-неко ушли далеко вперед, иногда взбираясь на холмы и оглядывая окрестности. Особой нужды в этом не было – орда чудовищ и крестоносцы уничтожены, и угрожать путникам было просто некому. А обнаружить загодя хозяина последнего Осколка, как уверяла Кира – могущественного мага, неко вряд ли были способны.

Зарель, впрочем, считал, что расслабляться перед решающей битвой не стоит, и потому гонял своих неко в хвост и гриву. Роланд не возражал.

Карнелиец знал, чувствовал, что должен что-то делать, как-то готовиться ко встрече с неведомым чародеем. В первую очередь – научиться использовать Меч Господа, который наверняка все еще в нем, во вторую – как-нибудь нейтрализовать Рог. Но карнелиец даже не пытался что-то делать. Навалившаяся вчера апатия все еще властвовала над ним.