Полное собрание стихотворений - Бальмонт Константин Дмитриевич - Страница 168

168

2

Прошли года. Я в прошлом вновь. Живу.Я в память заглянул, как в круг зеркальный.Изломанный и спящий наяву,Я в пропасти какой-то, изначальной.Недосягаем свод Небес хрустальный.Заклятый замок жизни весь во рву.В разъятости двух душ, я, сон печальный,Проклятым никого не назову.Спасенный странной помощью Незримых,Я все свои изломы исцелил.Я встал с земли в сияньи свежих сил.Но с этих дней, сквозь смех, меж двух любимых,Два строя звуков дух мой различил:Двойной напев – врагов непобедимых.

В морях ночей

«Прощай, мой милый!» – «Милая, прощай!»Замкнулись двери. Два ключа пропели.Дверь шепчет двери: «Что же, кончен Май?»«Как Май? Уж дни октябрьские приспели».Стук, стук. – «Кто там?» – «Я, это я, Мечта.Открой!» – Стук, стук. – «Открой! Луна так светит».Молчание. Недвижность. Темнота.На зов души как пустота ответит!«Прощай, мой милый. Милый! Ха! Ну, ну.Еще в ней остроумия довольно».«Он милой назвал? Вспомнил он весну?Пойти к нему? Как бьется сердце больно!»Стук, стук. – «Кто там?» Молчание. Темно.Стук, стук. – «Опять! Закрыты плохо ставни».В морях ночей недостижимо дно.Нет в мире власти – миг вернуть недавний!

Змеиные валы

Окопы древние, Змеиные валы,Извивно-тяжкие мечты подземной мглы,Кругосоздания из марева бесов,Как перебраться к вам? – Через бездонный ров.Созвездья слитные, вы, гроздья высоты,Змеиноликости, и ты, Луна, и ты,Звезда Вечерняя, венец свершенных дней,Где путь к вам? – Чрез эфир, в котором нет путей.О, души женские, плененные мечтой,Вы, сочетавшие змеиность с красотой,Вы, вы, желанные, скажите, как к вам путь? —Через бездонность глаз. Дрожишь? Оставь.Забудь.

Омут

Над омутом, жутко-немым, глянцевитым,Ущербная светит Луна,С лицом опрокинутым, странно неслитымС покоем полночного сна.Но слитная страшно с той пропастью властной,С тем круглым застывшим жерлом,Где прошлою осенью, ночью ненастной,Они утопились вдвоем.Они, эти странные бледные люди,Которых встречал я весной,Когда расцветали на влаге, как в чуде,Кувшинки под новой Луной.

Призраки

Птичка серая летаетКаждый вечер под окно.Голосок в кустах рыдает,Что-то кончилось давно.Звуки бьются так воздушно,Плачут тоньше, чем струна.Но внимают равнодушноМир, и Небо, и Луна.Над усадьбою стариннойБудто вовсе умер день.Под окошком тополь длинныйДо забора бросил тень.Стало призраком свиданье,Было сном, и стало сном.Лишь воздушное рыданьеСловно память под окном.Эти звуки тонко лилисьЗдесь и в дедовские дни.Ничему не научилисьНи потомки, ни они.Вечно будет тополь длинныйХолить траурную тень.В сказке счастья паутиннойРаз был день, и умер день.

Северное взморье

Небо свинцовое, солнце неверное,Ветер порывистый, воды холодные,Словно приливная, грусть равномерная,Мысли бесплодные, век безысходные.Здесь даже чайками даль не осветится,Даже и тучкою только туманится,Раковин взору на взморье не встретится,Камешком ярким мечта не обманется.Зимами долгими, скудными веснамиДумы подавлены, жизнь не взлелеянаМоре пустынное, с темными соснами,Кем ты задумано, кем ты осмеяно?

Над морем

По взморью иду я, не этому взморью, что зримо,Хоть каждый я день и по этому взморью хожу.Над Морем тоскую, что странно-воздушнее дыма,Где помыслы сердца свою отмечают межу.Пустыня бурунов Приливно-отливная сказка.Извивность морей, пожелавших воздушными стать.Их белая смерть. И опять И другая завязка.Раскаты громов. И затишье. И мертвая гладь.О, люди! Как жалко мне вас! Если б только вы Знали!Какой бы не принял я жертвы во имя людей?Но нет разрешенья для нашей всемирной печали,Как нет окончанья для пенья бездонных морей.