Полное собрание стихотворений - Бальмонт Константин Дмитриевич - Страница 208

208

Болотняник

Страх детей и старых нянек,Ведьмам кажущий язык,Дух смешливый, болотняник,А иначе водовик.Если он кого встречает,Он как кочка предстает,Схватит за ногу, качает,Чуть замедлишь, кончен счет.Он. лягушку не утопит,Любит кваканье трясин,Но под землю поторопитТех, чье имя – Божий сын.Так тихонько, так без злобыЗаберет и засосет: —Все – из матерней утробы,Каждый в Землю-мать пойдет.Что же медлить? Поскорее: —Меньше путь – короче грех.Встала кочка, зеленея,Чу, под кочкой сжатый смех.Чу, под кочкой чьи-то стоны,Стерся в топи чей-то лик.Болотняник, весь зеленый,Утешает: «Есть двойник!»

Домовой

Неуловимым виденьем, неотрицаемым взором,Он таится на плоскости стен,Ночью в хозяйских строениях бродит дозором,Тайностью веет и волю свевает,Умы забираетВ домовитый свой плен,Сердцу внушает, что дома уютно,Что вот эти часы так приятно стучат,Что вне дома быть дурно, и прямо беспутно,Что отраден очаг, хоть и связан с ним чад.Расцвечает на старых обоях узоры,Еле слышно на них пошептав.За окном – там болота, там темные горы,Не ходи. И колдуют бесстрастные взоры,Так прозрачно глядят, как на птицу удав.Задержал уходящего. Томно так стало.Что отсюда идти? Всюду то же, одно.Да и с вешалки шапка куда-то упала.И в сенях так темно. И враждебностью смотритокно.Посиди на печи. Полежи. Или в сердце все порох?Спи. Усни. Дышит жарко. Мерцает. И хочется спать.В мире брошены мы. Кто-то спит.Что-то есть. Чу, шуршит.Наползающий шорох.И невидимый кто-то к кому-то, кто зрим,подобрался, налег на кровать.Между стен развивается дымное зрелище духа.Что-то давит, – как будто мертвец, на минутуживой,Ухватился за горло живого, и шепчет так глухоО тяготах земных. Отойди, отойди, Домовой!

Солнце, Ветер, и Мороз

Вот и мне узнать пришлосьСолнце, Ветер, и Мороз.Шел дорогой я один,Вижу: Солнце, Божий сын.Вижу: Ветер, Божий брат,И Мороз, идущий в Ад.На дороге на однойТрое все передо мной.В пояс кланяюсь я им,Трем могучим мировым.Всем им поровну поклон,Ветру вдвое, люб мне он.Солнце в гневе на меня:«Ну, узнаешь власть огня.Не захочешь и врагу.Я сожгу тебя, я жгу».Ветер молвил: – «Ничего.Солнце жжет, смирим его.В свежем духе жизнь моя.Вею, вею, вею я».«Солнце что!» – сказал Мороз,В белизне своих волос.Солнце слабо, силен лед.Пострашней со мною счет».Ветер молвил: «Ничего.Жесток лед, смягчим его.В вешнем духе жизнь моя.Вею, вею, вею я».Ветер Солнце укротил,Пламень – только осветил.Озарил, не сжег меняТок блестящего огня.В Ветре кротким стал Мороз,Маем быть ему пришлось.Поворчал он, был он зол,И как яблоня расцвел.Ветер, Ветер, ты ведун,С юным стар ты, с старым юн.Колдовская – власть твоя,Веешь ты – и светел я.Ветер, Ветер, весь я твоя,Вешний я теперь с тобой.Распознать мне довелосьСолнце, Ветер, и Мороз.

Сказка рек

Говорит нам старина,Раньше, в радостях игры,Днепр, Волга, и ДвинаБыли брат и две сестры.Беден был отец у них,Чуть родив, скончалась мать,Дом был пуст, и дом был тих,Вот, отправились гулять.Побродила их мечта,Походила далеко,Все хотят найти места,Чтоб разлиться широко.Как-то раз среди болотНочевать они легли,Брат уснул, во сне поет,Сестры встали, потекли.Сестры были похитрей,И как длилась темнота,Взяли в хитрости своейВсе отлогие места.Брат проснулся поутру,Серебрится ранний свет,Кликнул старшую сестру,Кликнул младшую, их нет.Рассердился, дрогнул брат,Шумный ток – как бег врага,Струи пенные кипят,Рвут крутые берега.В буераки мечут гулСилой гневностей своих,Вот и Море, он вздохнул,Он ровней пошел, утих.В это время две сестрыРазбежались от него,Были вместе до поры,Будет розно торжество.Оттого-то у ДнепраРукавов, порогов рой,И быстра его играПеред Волгой и Двиной!