Полное собрание стихотворений - Бальмонт Константин Дмитриевич - Страница 58

58

К Гермесу Трисмегисту

О Гермес Трисмегист, троекратно великий учитель,Бог наук и искусств и души роковой искуситель!Ты мне передал власть возрождать то, что сердцезабыло,Как Египет весной возрожден от разлития Нила.От разлитья реки, чьи истоки окутаны тайной,И случайно зажглись, но приносят расцветне случайный.Недостойный металл в благородный могупревращать я,От тебя восприняв драгоценные чары заклятья.От тебя получил я ту влагу целебную жизни,Что меня навсегда приобщает к небесной отчизне.И во имя тебя я бессмертие всем обещаю,И умерших людей я к загробным мирам приобщаю.Ты со мною везде и безгласно твердишь о святыне,Как глубокий покой задремавшей Либийской пустыни.Ты в венце из огня предо мною, о, богмноголикий,О, Гермес Трисмегист, о, мудрец, троекратновеликий!

К Бодлеру

Как страшно-радостный и близкий мне пример,Ты все мне чудишься, о, царственный Бодлер,Любовник ужасов, обрывов, и химер!Ты, павший в пропасти, но жаждавший вершин,Ты, видевший лазурь сквозь тяжкий желтый сплин,Ты, между варваров заложник-властелин!Ты, знавший Женщину, как демона мечты,Ты, знавший Демона, как духа красоты,Сам с женскою душой, сам властный демон ты!Познавший таинства мистических ядов,Понявший образность гигантских городов,Поток бурлящийся, рожденный царством льдов!Ты, в чей богатый дух навек перелитаВ одну симфонию трикратная мечта:Благоухания, и звуки, и цвета!Ты, дух блуждающий в разрушенных мирах,Где привидения Друг в друге будят страх,Ты, черный, призрачный, отверженный монах!Пребудь же призраком навек в душе моей,С тобой дай слиться мне, о, маг и чародей,Чтоб я без ужаса мог быть среди людей!

К Лермонтову

Нет, ни за то тебя я полюбил,Что ты поэт и полновластный гений,Но за тоску, за этот страстный пылНи с кем неразделяемых мучений,За то, что ты нечеловеком был.О, Лермонтов, презрением могучимК бездушным людям, к мелким их страстям,Ты был подобен молниям и тучам,Бегущим по нетронутым путям,Где только гром гремит псалмом певучим.И вижу я, как ты в последний разБеседовал с ничтожными сердцами,И жестким блеском этих темных глазТы говорил: «Нет, я уже не с вами!»Ты говорил: «Как душно мне средь вас!»

Гипербореи

За горами Рифейскими, где-то на север от Понта,В странах мирных и ясных, где нет ни ветров,ни страстей,От нескромных укрытые светлою мглой горизонта,Существуют издревле селенья блаженных людей.Не бессмертны они, эти люди с блистающимвзглядом,Но они непохожи на нас, утомленных грозой,Эти люди всегда отдаются невинным усладам,И питаются только цветами и свежей росой.Почему им одним предоставлена яркая слава,Безмятежность залива, в котором не пенится вал,Почему неизвестна им наших мучений отрава,Этой тайны святой самый мудрый из нас не узнал.Нс бессмертны они, эти люди, меж нами – другие,Но помногу веков предаются они бытию,И, насытившись жизнью, бросаются в воды морские,Унося в глубину сокровенную тайну свою.

Страна Исседонов

Сие приятное баснословие.

КарамзинНа восток от аргиппеев,Там, в Татарии Великой,Змей живет, краса всех змеев,Многочудный, многоликий.Там, без тягостных законов,В заколдованной долине,Жило племя исседонов,Говорят, живет доныне.Судьбы их – гиероглифы,Край их – золотом богатый,И таинственные грифыСтерегут тот край заклятый.Восемь месяцев – целебныйХолод дышит над страною,И летает змей волшебный,И мерцает чешуею.Кто туда неосторожноИз другой страны заглянет,Тот, – предание неложно, —В изумленьи камнем станет.Все пути туда закляты,Возле самого преддверьяЛьды восходят, как палаты,Снег и град, как пух и перья.Камни, золото и холод,Закаленная природа,И никто ни стар, ни молод,Неизменно в год из года.Только змей в игре извивов,Золотисто-изумрудный,Изменяет цвет отливов,Многоликий, многочудный.