Полное собрание стихотворений - Бальмонт Константин Дмитриевич - Страница 80

80

«Я заснул на распутьи глухом...»

Я заснул на распутьи глухом.В высоте, на небесные кручи,Поднимались тяжелые тучи.Это было не ночью, а днем.Я лежал на избитом пути,На краю много знавшей дороги.Здесь и люди и звери и богиПроходили, чтоб что-то найти.Я дремал как живой, но мертвец,Как умерший, но чающий жизни.И, отдавшись душой укоризне,Задремал я как труп наконец.И тогда мне явилась она,Та, кого я и прежде, неясно,Так любил, безнадежно, безгласно,Как любить нам велела – Луна.Надо мною бесплотная тень,Наклоняя воздушное тело,Ближе быть, дальше быть, не хотела.И погас утомительный день.Все смешалось в сомкнувшейся мгле.Я мечтал – да, как все – о святыне.И как труп я покоюсь донынеНа избитой шагами земле.

«Мы прячем, душим тонкой сетью лжи...»

Мы прячем, душим тонкой сетью лжиСвою любовь.Мы шепчем: «Да? Ты мой? – Моя? – Скажи! —– «Скорей! Одежды брачные готовь!»Но я люблю, как любит петь ручей,Как светит луч.Последний я, иль первый, меж лучей,Навек, на миг, – мне все равно, – я жгучНо я люблю, как любит льнуть к волнеВоздушность ив.Мне все равно, что скрыто там на дне, —Я в зеркале поверхности красив.Поверхность отражает выси гор,Измены дня.Мой милый друг, лелей в себе мой взор,Как тень, как сон, люби, люби меня!

Тончайшие краски

Тончайшие краскиНе в ярких созвучьях,А в еле заметныхДрожаниях струн, —В них зримы сияньяПланет запредельных,Непознанных светов,Невидимых лун.И если в минутыГлубокого чувства,Мы смотрим безгласноИ любим без слов,Мы видим, мы слышим,Как светят нам солнца,Как дышат нам блескиНездешних миров.

На разных языках

Мы говорим на разных языках.Я свет весны, а ты усталый холод.Я златоцвет, который вечно молод,А ты песок на мертвых берегах.Прекрасна даль вскипающего моря,Его простор играющий широк.Но берег мертв. Измыт волной песок.Свистит, хрустит, с гремучей влагой споря.А я живу. Как в сказочных веках,Воздушный сад исполнен аромата.Поет пчела. Моя душа богата.Мы говорим на разных языках.

Поздно

Было поздно в наших думах.Пела полночь с дальних башен.Темный сон домов угрюмыхБыл таинственен и страшен.Было тягостно-обидно.Даль небес была беззвездна.Было слишком очевидно,Что любить, любить нам – поздно.Мы не поняли началаНаших снов и песнопений.И созвучье отзвучалоБез блаженных исступлении.И на улицах угрюмыхБыло скучно и морозно.Било полночь в наших думах.Было поздно, поздно, поздно.

Млечный путь

Сонет

В те дни, когда везде был Млечный Путь,Я полюбил несдержанность мечтанья,И верю, звездный хаос мирозданьяВ моих словах блеснет когда-нибудь.Теперь! Сейчас! Вольнее дышит грудь.Я полон сладкой дрожью ожиданья,Они встают, забытые преданья,Погасшие, хотят опять блеснуть.Я вижу первозданную планету,Воздушную, как остров голубой,Там в первый раз я счастлив был с тобой.В начальной тьме оставил я примету,Сказав тебе: «Прощай, когда-нибудьМы вновь с тобой полюбим – Млечный Путь».

Обыкновенная история

Она так шумно-весела,И так светла, —Как между скал певучий ключ,Как яркий луч.В ней все любовь, в ней все мечта,И красота,Как все в лесу, в лучах весны,Любовь и сны.Зачем же радостный расцветВеселых лет, —Как летний блеск сменен зимой, —Окончен тьмой?Теперь навек с одним она,Прошла весна.Как дым вкруг пурпура огней,Он всюду с ней.Цветок роскошный отблистал,И мертвый стал.И как в гербарии он сжат,Бесцветен взгляд.В ней ключ застывший усыплен,В ней смутный сон,Как тусклый мертвенный налетСтоячих вод.