Полное собрание стихотворений - Блок Александр Александрович - Страница 40

40

Июнь 1902 (1913)

«Хоронил я тебя, и, тоскуя…»

Хоронил я тебя, и, тоскуя,Я растил на могиле цветы,Но в лазури, звеня и ликуя,Трепетала, блаженная, ты.И к родимой земле я клонился,И уйти за тобою хотел,Но, когда я рыдал и молился,Звонкий смех твой ко мне долетел.Похоронные слезы напрасны —Ты трепещешь, смеешься, жива!И растут на могиле прекраснойНе цветы – огневые слова!

Июнь 1902 (18 ноября 1920)

«На ржавых петлях открываю ставни…»

На ржавых петлях открываю ставни,Вдыхаю сладко первые струи.С горы спустился весь туман недавнийИ, белый, обнял пажити мои.Там рассвело, но солнце не всходило.Я ожиданье чувствую вокруг.Спи без тревог. Тебя не разбудилаМоя мечта, мой безмятежный друг.Я бодрствую, задумчивый мечтатель:У изголовья, в тайной ворожбе,Твои черты, философ и ваятель,Изображу и передам тебе.Когда-нибудь в минуту восхищеньяС ним заодно и на закате дня,Даря ему свое изображенье,Ты скажешь вскользь: «Как он любил меня!..»

Июнь 1902

«Золотокудрый ангел дня…»

Золотокудрый ангел дняВ ночную фею обратится,Но и она уйдет, звеня,Как мимолетный сон приснится.Предел наш – синяя лазурьИ лоно матери земное.В них тишина – предвестье бурь,И бури – вестницы покоя.Пока ты жив, – один законМладенцу, мудрецу и деве.Зачем же, смертный, ты смущенПреступным сном о божьем гневе?

Лето 1902 (1910)

«Пробивалась певучим потоком…»

Пробивалась певучим потоком,Уходила в немую лазурь,Исчезала в просторе глубокомОтдаленным мечтанием бурь.Мы, забыты в стране одичалой,Жили бедные, чуждые слез,Трепетали, молились на скалы,Не видали сгарающих роз.Вдруг примчалась на север угрюмый,В небывалой предстала красе,Назвала себя смертною думой,Солнце, месяц и звезды в косе.Отошли облака и тревоги,Всё житейское – в сладостной мгле,Побежали святые дороги,Словно небо вернулось к земле.И на нашей земле одичалойМы постигли сгарания роз.Злые думы и гордые скалы —Всё растаяло в пламени слез.

1 июля 1902

На смерть деда

(1 июля 1902 г.)

Мы вместе ждали смерти или сна.Томительные проходили миги.Вдруг ветерком пахнуло от окна,Зашевелился лист Священной Книги.Там старец шел – уже, как лунь, седой —Походкой бодрою, с веселыми глазами,Смеялся нам, и всё манил рукой,И уходил знакомыми шагами.И вдруг мы все, кто был, – и стар и младУзнали в нем того, кто перед нами,И, обернувшись с трепетом назад,Застали прах с закрытыми глазами...Но было сладко душу уследитьИ в отходящей увидать веселье.Пришел наш час – запомнить и любить,И праздновать иное новоселье.

2 июля 1902

«Не бойся умереть в пути…»

Не бойся умереть в пути.Не бойся ни вражды, ни дружбы.Внимай словам церковной службы,Чтоб грани страха перейти.Она сама к тебе сойдет.Уже не будешь в рабстве тленномМанить смеющийся восходВ обличьи бедном и смиренном.Она и ты – один закон,Одно веленье Высшей Воли.Ты не навеки обреченОтчаянной и смертной боли.

5 июля 1902 (1915)

«Я, отрок, зажигаю свечи…»

Имеющий невесту есть жених,

а друг жениха, стоящий и внимающий ему,

радостью радуется, слыша голос жениха.

От Иоанна III, 21Я, отрок, зажигаю свечи,Огонь кадильный берегу.Она без мысли и без речиНа том смеется берегу.Люблю вечернее моленьеУ белой церкви над рекой,Передзакатное селеньеИ сумрак мутно-голубой.Покорный ласковому взгляду,Любуюсь тайной красоты,И за церковную оградуБросаю белые цветы.Падет туманная завеса.Жених сойдет из алтаря.И от вершин зубчатых лесаЗабрезжит брачная заря.

7 июля 1902

«Говорили короткие речи…»

Говорили короткие речи,К ночи ждали странных вестей.Никто не вышел навстречу.Я стоял один у дверей.Подходили многие к дому,Крича и плача навзрыд.Все были мне незнакомы,И меня не трогал их вид.Все ждали какой-то вести.Из отрывков слов я узналСумасшедший бред о невесте,О том, что кто-то бежал.И, всходя на холмик за садом,Все смотрели в синюю даль.И каждый притворным взглядомПоказать старался печаль.Я один не ушел от двериИ не смел войти и спросить.Было сладко знать о потере,Но смешно о ней говорить.Так стоял один – без тревоги.Смотрел на горы вдали.А там – на крутой дороге —Уж клубилось в красной пыли.