Вопрос крови - Рэнкин Иэн - Страница 69

— У тебя все в порядке? — раздался голос Шивон. В руках она держала чашечку, до краев наполненную чаем.

Ребус поднялся на ноги:

— В полнейшем.

— Я звала тебя.

— А я не слышал. — Он взял из ее рук чашечку с чаем.

— Нечто сходное с Ли Хердманом? — сказала она.

— Возможно. — Он отхлебнул чай.

— Мы что, надеемся здесь что-то найти?

Он пожал плечами:

— Может быть, нам достаточно будет просто осмотреть это место.

— Думаешь, он что-то нашел здесь, а военные вознамерились вернуть это обратно? — Она заглянула ему в глаза. Это был уже не вопрос, а скорее утверждение. Ребус медленно кивнул.

— И каким же боком это касается нас? — спросила она.

— Возможно, тем, что мы им не симпатизируем, — отвечал Ребус. — Или же, что бы это там ни было, они этого пока что не нашли. А может быть, кто-то и нашел это на прошлой неделе.

— И когда Хердман все это понял, он спятил?

Ребус опять пожал плечами и отдал ей пустую чашечку.

— Тебе нравится Бримсон, да?

Глаз она не отвела, но выдерживать его взгляд ей было трудно.

— Ладно, — с улыбкой сказал он. Неверно истолковав его тон, она бросила на него злобный взгляд.

— Значит, все-таки разрешаешь мне, да?

Теперь настал его черед поднять руки вверх:

— Я просто имел в виду…

Но он понимал, что любые его слова будут бесполезны, и осекся, так и не закончив фразы.

— Между прочим, чай слишком крепкий, — заметил он, идя с ней обратно к скале.

— По крайней мере, я позаботилась о нем, — пробормотала Шивон, вытряхивая из чашечки чаинки.

На обратном пути Ребус молча сидел на заднем сиденье, хотя Шивон и предложила ему поменяться местами. Он не отрывал глаз от окна, словно зачарованный менявшимися пейзажами, тем самым давая Шивон и Бримсону возможность беспрепятственно болтать. Бримсон показывал ей приборы, объяснял их назначение и заставил ее дать слово поучиться у него вождению самолета. Казалось, они совсем забыли о Ли Хердмане и, может быть, как размышлял Ребус, в чем-то были и правы. Многим семьям в Саут-Квинсферри и даже родным погибших мальчиков хотелось продолжать жить. Что было, то было, этого не изменишь, ничего не повернешь вспять. Значит, пройдет время, и все улетучится из памяти.

Если улетучится.

Ребус жмурился от яркого солнечного сияния. Солнце заливало его лицо теплом и светом. Он понимал, что измучен и вот-вот погрузится в сон, и точно так же понимал, что это не имеет никакого значения. Сон был блаженством. Но через несколько минут он, вздрогнув, проснулся. Ему приснилось, что он в незнакомом городе один, одетый в старомодную полосатую пижаму. Он бос, и у него нет денег, и он ищет, кто бы мог оказать ему помощь; в то же время он старается не слишком выделяться в толпе. Вглядываясь в стеклянную витрину кафе, он видит внутри человека, держащего под столом на коленях пистолет. Ребус понимает, что войти в кафе, да еще без денег, он не может. И он остается снаружи, стоит, прижав руки к стеклу, и наблюдает, пытаясь не поднимать паники.

Вновь сфокусировав зрение, он видит, что они летят над Ферт-оф-Фортом и, значит, скоро Эдинбург. Бримсон все говорил:

— Я часто думаю, какие разрушения мог бы причинить террорист даже на такой крохе, как «Сессна». Ведь здесь и верфь, и паром, и авто- и железнодорожный мосты… и аэропорт совсем рядом.

— Есть из чего выбирать, — поддакнула Шивон.

— В городе есть кварталы, которые, на мой взгляд, сровнять с землей — самое милое дело, — заметил Ребус.

— Ах, вы опять с нами, инспектор. Мне остается только извиниться за то, что наше общество было для вас не столь искрометным. — И Бримсон с Шивон обменялись взглядами, говорившими о том, что в отсутствие Ребуса они не слишком по нему скучали.

Посадка была плавной. Бримсон подрулил туда, где их ожидала машина Шивон. Ребус вылез из самолета и пожал руку Бримсону.

— Спасибо, что позволили мне увязаться с вами, — сказал Бримсон.

— Нет, это я должен вас благодарить. Пришлите нам счет за горючее и потраченное время.

Бримсон лишь пожал плечами и, повернувшись к Шивон, сжал ее руку, задержав ее в своей чуть дольше, чем следовало бы, и погрозил ей пальцем свободной руки:

— Помните же: я вас буду ждать.

Она улыбнулась:

— Я же обещала. А пока, если вы простите мне мое нахальство…

— Выкладывайте.

— Я только подумала, нельзя ли мне одним глазком взглянуть на корпоративный самолет. Посмотреть, как живут те, кто не нам чета.

На секунду он задержал на ней взгляд, потом улыбнулся ответной улыбкой.

— Проще простого. Самолет в ангаре, — и Бримсон пошел впереди Шивон. — Вы с нами, инспектор?

— Я подожду здесь, — сказал Ребус.

После их ухода он ухитрился закурить, укрывшись за корпусом «Сессны». Через пять минут они вернулись, и все добродушие Бримсона моментально испарилось, когда он увидел недокуренную сигарету Ребуса.

— Это строго запрещено, — сказал он. — Противопожарная безопасность, как вы понимаете.

Ребус, смущенно дернув плечами, тут же выхватил изо рта сигарету и раздавил ее ботинком. Он последовал за Шивон к машине, в то время как Бримсон, сев в «лендровер», приготовился ехать открыть для них ворота.

— Приятный парень, — сказал Ребус.

— Да, — согласилась Шивон, — приятный.

— Ты и вправду так думаешь? Она взглянула на него:

— А ты как, не вправду?

Ребус пожал плечами.

— Я не могу отделаться от чувства, что он коллекционер.

— Коллекционер чего?

Ребус с минуту подумал:

— Интересных экземпляров… людей вроде Хердмана и Найлса.

— Он и Коттеров знает, не забывай об этом. — Раздражение Шивон все еще давало о себе знать.

— Послушай, я же не говорю…

— Ты предостерегаешь меня от него, да?

Ребус промолчал.

— Предостерегаешь? — повторила она.

— Просто не хочу, чтобы блеск этого корпоративного самолета вскружил тебе голову. — Он помолчал. — Ну, и какой он из себя, этот самолет?

Она злобно покосилась на него, но потом смилостивилась:

— Небольшой. Кожаные кресла. Во время рейса там подают шампанское и горячее.

— Не примеряй это на себя.

Скривившись, она спросила, куда ехать, и он сказал: в полицейский участок Крейгмиллара. Фамилия дежурного следователя в участке была Блейк. Он был констеблем, лишь год назад произведенным из рядовых.

Ребуса это не смущало: это значило, что он будет стараться, чтобы произвести хорошее впечатление. М Ребус рассказал ему все, что знал про Энди Каллиса и «Отпетых». Блейк сидел, сохраняя на всем протяжении рассказа выражение глубочайшего внимания, и, время от времени прерывая Ребуса вопросом, записывал что-то в большой, формата А-4, блокнот. Шивон сидела тут же, скрестив руки на груди и уставившись в стену напротив. Ребусу показалось, что мысли ее заняты предвкушением самолетных прогулок.

Под конец беседы Ребус спросил, удалось ли уже что-либо выяснить.

— Свидетелей нет как нет. Доктор Керт сегодня днем делает вскрытие. — Блейк взглянул на часы. — Мне пора спускаться туда. Вы тоже можете присутствовать.

Но Ребус покачал головой. У него не было желания видеть, как режут тело его друга.

— Вы допросите Рэба Фишера?

Блейк кивнул:

— Об этом не беспокойтесь. Я с ним переговорю.

— Не ждите от него слишком много в плане сотрудничества, — предупредил Ребус.

— Я побеседую с ним. — Тон, каким это было сказано, заставил Ребуса усомниться в том, правильно ли он вел разговор, не слишком ли давил на молодого детектива.

— Никто не любит, когда его учат, как надо работать, — сказал Ребус с извиняющейся улыбкой.

— Особенно когда никакой ошибки еще не сделано.

Блейк поднялся. За ним поднялся и Ребус. Они пожали друг другу руки.

— Хороший парень, — сказал Ребус Шивон, идя с ней обратно к машине.

— Слишком самонадеян, — отозвалась она. — Не допускает даже мысли, что может когда-нибудь ошибиться.