100 великих загадок истории - Непомнящий Николай Николаевич - Страница 153

3 июня 1902 г. Толль передал капитану пакет, на котором была такая надпись: «Открыть в случае гибели экспедиционного судна и возвращения без меня экипажа на материк или в случае моей смерти».

Толль покинул «Зарю» вечером 5 июня. Его спутниками были астроном экспедиции Зееберг и промышленники-якуты Николай Дьяконов и Василий Горохов.

…К горизонту протянулась по снегу тонкая ниточка следа: собачьи упряжки уносили на нартах четырёх отважных путешественников, имевших при себе, кроме снаряжения и инструментов, запас продовольствия на два месяца.

Дневник, который вёл Толль, остался на «Заре». Позже он был доставлен в Петербург и передан в Академию наук. Благодаря этому документу, сегодня мы почти во всех подробностях знаем о том, как проходило последнее путешествие Толля. Правда, о том, что происходило после 5 июня 1902 г., известно гораздо меньше. И совсем ничего мы не знаем о том, какими были последние дни четырёх отважных людей, решивших во что бы то ни стало достичь Земли Санникова.

«Заря» не смогла подойти к острову Беннета в назначенное время из-за ледовых условий, хотя капитан шхуны делал героические усилия, совершая одну попытку за другой. Скрепя сердце капитан был вынужден отказаться от дальнейших попыток снять Толля и других исследователей с острова Беннета. К тому же истёк назначенный самим Толлем срок — «Заря» должна была подойти к острову до 3 сентября. Наконец, капитан вскрыл пакет, вручённый ему Толлем, с надписью: «Открыть в случае гибели экспедиционного судна и возвращения без меня экипажа на материк или в случае моей смерти». Предписание, оставленное Толлем, оказалось следующим: «Поручая вам вести весь личный состав Русской полярной экспедиции, учёный персонал и команду судна экспедиции на яхте „Заря“ или другим, указанным мною в инструкции от 19 мая, путём до сибирского берега и дальше на родину, я передаю Вам в целях единодушного исполнения этой задачи, на тот случай, если Вам не удастся снять меня с острова Беннета, или на случай моей смерти, все права начальника экспедиции…»

«Заря» повернула на юг. День спустя она встала на якорь возле одного из островов в бухте Тикси. А ещё через несколько дней к острову подошёл пароход «Лена» и немедленно началась перегрузка на него научного материала, собранного за два года экспедицией Толля. Потом, поднявшись на пароходе по Лене, участники экспедиции добрались до Якутска. В декабре 1902 г. они вернулись в Петербург, откуда два года назад началось их путешествие на поиски Земли Санникова.

Теперь некоторым из них предстояла новая экспедиция в те же места. На этот раз — спасательная. Она должна была добраться до острова Беннета на вельботе с яхты «Заря», которая всё ещё оставалась в бухте Тикси. Как считали в ту пору, Толль и его спутники вынуждены были зазимовать на острове Беннета и спасти их будет не так уж трудно… 15 августа 1903 г. вельбот вышел в открытое море и взял курс на мыс Эмма острова Беннета.

…Следы экспедиции Толля найдены были почти сразу же, едва только вельбот подошёл к берегу: на прибрежной отмели лежал блестящий предмет, который оказался крышкой от алюминиевого котелка. Однако, согласно условию, Толль должен был оставить сведения о себе на мысе Эмма. И на следующий день, после первой ночёвки на острове, несколько человек отправились к этому условленному месту…

Ещё не дойдя до мыса, участники спасательной экспедиции нашли две стоянки Толля. На них были обнаружены следы костров, рубленые брёвна плавника, служившего топливом. А на мысе Эмма сразу же были найдены документы: в груде камней, сложенных рукой человека, лежала бутылка с тремя записками.

«21 июля благополучно доплыли на байдарах. Отправимся сегодня по восточному берегу к северу. Одна партия из нас постарается к 7 августа быть на этом месте. 25 июля 1902 г., остров Беннета, мыс Эмма. Толль».

Вторая записка оказалась более пространной. Она была озаглавлена — «Для ищущих нас» — и содержала подробный план острова Беннета. Наконец, третья записка, которая была подписана Зеебергом, содержала такой текст: «Нам оказалось более удобным выстроить дом на месте, указанном на этом листе. Там находятся документы. 23 октября 1902 года».

Разгадка судьбы Толля и его спутников была совсем рядом, близко. Люди, искавшие следы отважного исследователя, поспешили к месту, указанному в третьей записке.

Здесь, на низком, отлогом берегу, они нашли два песцовых капкана и четыре ящика, в которых лежали собранные Толлем геологические коллекции. Неподалёку находился небольшой домик; до половины он был заполнен снегом, который смёрзся, превратившись в твёрдую ледяную глыбу. На грубых дощатых полках найдены были анемометр, ящик с мелкими геологическими образцами, жестянка с патронами, морской альманах, незаполненные записные книжки, банки из-под пороха и консервов, отвёртка, несколько пустых склянок. Когда же раскололи лёд, заполнивший избушку, нашли сломанный фотоаппарат, нетронутые кассеты для него и инструменты. Из-под груды камней появился на свет обшитый парусиной ящик, в котором лежал ещё один документ. Это был краткий отчёт Толля, составленный на двух языках и адресованный на имя президента Российской Академии наук. С волнением участники экспедиции прочитали:

«В сопровождении астронома Ф.Г. Зееберга и двух промышленников… Николая Дьяконова и Василия Горохова я отправился 5 июня из зимней гавани „Заря“ (губы Нерпичьей острова Котельного). Мы шли по северным берегам острова Котельного и Фаддеевского к мысу Высокого острова Новой Сибири. 13 июля взяли курс на остров Беннета. Лёд был в довольно разрушенном состоянии. 25 июля в расстоянии 3 миль от мыса Высокого лёд был окончательно разломан ветром. Приготовляясь к плаванию на байдарах, мы убили здесь последних собак… Вследствие туманов земли, откуда прилетали птицы, так же не было видно, как и во время прошлой навигации, — Земли Санникова.

Провизии имеем на 14–20 дней. Все здоровы. Э. Толль. Губа Павла Кеппена острова Беннета, 26 X — 8 XI 1902 г.».

Ничего больше обнаружить не удалось, и, захватив документы и собранные Толлем геологические образцы, спасательная партия вернулась к тому месту, где стоял вельбот.

Экспедиции пришлось быстро покинуть остров Беннета: ухудшающаяся погода не позволила бы благополучно проделать обратный путь на хрупком вельботе и к тому же начал иссякать запас провизии и патронов. И, установив на острове памятный столб с датами пребывания здесь Толля, люди, нашедшие его след, вернулись на остров Новая Сибирь.

Что могло заставить Толля решиться на столь рискованный шаг, как переход по морскому льду в полярную ночь? Ведь сам он, как это видно из инструкций, отданных капитану «Зари», из последней телеграммы жене, намеревался, если «Заря» не придёт в назначенный срок, остаться здесь на зимовку. На острове Беннета нетрудно было заготовить запас продовольствия на зиму: здесь были и птицы, и олени. Но, очевидно, Толль был уверен, что яхта обязательно придёт на остров, а потом, когда выяснилось, что надежды на это больше нет, заниматься промыслом было уже поздно: птицы улетели, олени ушли от преследования на лёд.

По сути, судьба Толля и трёх его спутников была ясна. Отчаянный поход во мгле чёрной полярной ночи, с самыми скудными запасами еды, почти наверняка должен был привести путешественников не к обжитым людьми местам, где можно было ждать помощи, а к трагической гибели…

Комиссия назначила премию за «отыскание всей партии или части её» и другую премию, меньших размеров, «за первое указание несомненных следов её».

…Эти премии так никогда и никому не были присуждены.

Нет, онкилоны никогда не существовали. Да и самой Земли Санникова, как это совершенно точно известно теперь, никогда не было. Её напрасно искали впоследствии, уже в советское время, и ледокольные, и воздушные экспедиции. Как считают теперь учёные, скорее всего она была лишь огромной ледяной горой, просуществовавшей века и наконец исчезнувшей в Северном Ледовитом океане. Так что же, напрасными оказались поиски Э.В. Толля, напрасной была сама цель, к которой он так стремился многие годы?