Правила флирта - Энок Сюзанна - Страница 56

Он и сам мог прекрасно открыть письменный стол. Верхний ящик был на замке, и пока Ричард возился с ним, он услышал, как открылась дверца архивного шкафа. Профессиональная работа. Он, конечно, и раньше это понимал, но видеть Саманту в действии было приятно вдвойне. Он снова потряс ящик, приподнял его и резко дернул на себя. Раздался треск дерева, и он открылся.

— Тонкая работа, — бросила Саманта не оборачиваясь.

— Да ладно тебе, получилось ведь.

Ричард снял крючок, и, открыв таким образом все остальные ящики, начал поиски. Чеки, квитанции из видеопроката, письма из налоговых органов — все было разложено по алфавиту. Даже ручки лежали по цветам.

— Ищи странные депозитные чеки, все, что не соответствует его заработной плате.

— Саманта, нас интересуют исключительно папки. Остальным пусть занимается полиция.

— Ты играешь в благородство или просто боишься что-нибудь обнаружить?

— Если он в самом деле замешан, я не буду усугублять положение. Данте могут посадить в тюрьму очень надолго. — Рик остановился, обнаружив аккуратную папку с фотографиями Кэтрин Зета-Джонс. Странно, потому что сам Рик дал себе зарок не интересоваться замужними женщинами. Правда, не все следовали его примеру. — Точно так же я действовал в отношении Патриции с Питером — предоставил им возможность самим выкопать себе яму.

— Напомни мне не злить тебя, — отозвалась Саманта, покончив с первым ящиком и переходя ко второму. — И кто же из них разозлил тебя сильнее?

— Тебе больше нечем заняться?

Саманта фыркнула.

— Я не говорил, что вылазки меня очень возбуждают?

— Боже!

— Питер.

— Но Патриция была твоей женой.

— Она была несчастлива и сказала об этом Питеру. Вместо того чтобы рассказать обо всем мне, он решил, что трахать ее самому — это лучший выход из положения. А я считаю, что друзья, которые трахают мою жену, перестают быть моими друзьями.

— Но ты ведь тоже ей изменял.

Рик втянул в себя воздух.

— Моя жена не должна спать с другими мужчинами.

Последовавшее за этим изумленное молчание не удивило Рика. Несмотря на то что прошло три года, он отчетливо помнил звуки, запахи и ощущение того, что его обвели вокруг пальца. Ну, она сама завела этот разговор.

— Эврика, — пробормотала Саманта через минуту. Он закрыл ящик стола.

— Что ты нашла?

— Твои папки. Во всяком случае, папки с той же системой нумерации, что и у тебя в поместье. — Она выложила на стол подряд три стопки. — Их тут примерно штук тридцать.

— Давай посмотрим.

— Можно, конечно, — отозвалась Саманта, — но уже почти рассвело. — Поджав губы, она перевела взгляд с Рика на папки. — Поправь меня, если я ошибаюсь, но разве эти папки не твоя собственность?

— Да, но что будет, если Данте станут судить на основании данных, содержащихся в папках, которые мы нашли у него дома?

Эти слова на миг озадачили Саманту. Видимо, она не задумывалась над тем, что результаты их поисков смогут быть потом использованы в суде.

— Давай сделаем вот как: если мы что-нибудь обнаружим, то расскажем об этом Кастильо и попросим его взять ордер на обыск. Если надо, я в любой момент положу папки на место.

Ричард отрицательно покачал головой:

— Давай сначала отвезем папки в поместье и просмотрим их. А потом решим, насколько они нам важны.

Она улыбнулась в ответ.

— А знаешь, мне даже нравится иметь напарника. Немного практики, и ты станешь неплохим вором.

— Нет уж, увольте. — Собрав со стола папки, Рик жестом пригласил девушку следовать вперед. — Пошли.

Отцепив проводки от сигнализации, Саманта вышла из дома и закрыла замок, не переставая при этом считать про себя.

— Чистая работа, — сказала она, закончив все махинации. Они спустились вниз по улице и сели в машину. Пока Рик заводил мотор, Саманта наклонилась, взяла его за подбородок и крепко поцеловала в губы. Он ответил на поцелуй, жалея, что они не взяли машину с задним сиденьем и что стояли они в тридцати ярдах от обворованного ими же дома.

— У тебя всегда все проходит так гладко? — поинтересовался он, выруливая на дорогу и стараясь не думать о стеснении в паху.

— Нет, тебе повезло. — Поцеловав его еще раз, она откинулась на спинку сиденья, сняла перчатки и кепку. — Кстати, спасибо тебе.

Как только они завернули за угол, Ричард включил фары.

— За что?

— За то, что доверился мне настолько, чтобы пойти на такую авантюру. Я знаю, что тебе это не по душе.

Ричарду не нравилось воровать, но сам процесс, надо признаться, действовал весьма возбуждающе. Правда, говорить об этом Саманте не следовало.

— Посмотрим, стоит ли это приложенных усилий.

Не прошло и часа, как Ричард с Самантой сидели на полу в кабинете Данте, просматривая разложенные вокруг картонные папки. Они были очень похожи на те, что хранились в Солано-Дорадо, и Саманта невольно нахмурилась.

— Черт возьми, я уверена, что здесь что-то должно быть.

— Надо посмотреть сами экспонаты, на которые заведены папки, — сказал Рик, взяв с пола одну папку и снова пролистав ее. Саманта последовала его примеру, просматривая сначала папку из поместья, а потом — соответствующую ей из дома Партино. Все было одинаково до тех пор, пока девушка не открыла страницу сравнительной рыночной стоимости. В папке, которая хранилась в доме у менеджера, велись тщательнейшие записи на протяжении трех лет, что предмет искусства находился во владении Рика, но полгода назад все записи прекратились.

Нахмурившись, Сэм снова открыла предыдущую папку. Как и во всех остальных, здесь содержались данные вплоть до последнего месяца. Отлично, на это стоит взглянуть повнимательнее. Отложив папку, Саманта принялась за следующую.

В ней записи обрывались так же загадочно, только не семь месяцев назад, а одиннадцать. До этого момента рыночная стоимость неуклонно шла вверх, что исключало возможность того, что Данте списал вещь как убыточную.

— Рик? Взгляни-ка вот на это.

Она показала ему оба комплекта папок, и по мере того, как Рик изучал данные, его лицо становилось все более замкнутым.

— Ты была права, — наконец пробормотал он.

— Возможно. Но прежде, чем делать выводы, мы должны взглянуть на сами предметы. И надо изучить каждую папку, чтобы удостовериться, что это не ошибка в расчетах.

— Так давай приступим.

Усталость Ричарда переросла в сдержанный гнев. Саманта повторяла, что может и ошибаться, но он уже научился доверять ее интуиции.

— И сколько их? — спросил он, потягиваясь.

— Не знаю. Около восьмисот, — сказала Саманта, положив очередную папку в стопку «нормальных». — Тридцать неправильных папок из тысячи — это не так уж много. Может, он почему-то вытащил их, а потом просто забыл. Ты же понимаешь, как трудно каждый месяц регистрировать цифры в тысяче папок.

— Не понимаю, зачем ты его защищаешь. Он пытался тебя убить. Кроме того, цифры отсутствуют только в тех папках, которые мы нашли у него дома. И записи в них заканчиваются не одновременно. Ничего он не забыл.

Она поморщилась, в очередной раз завязывая волосы в хвост, который не держался больше пяти минут.

— Это… это вроде кодекса чести. Я регулярно преступаю закон, Рик. И я не могу выдать человека, занимающегося тем же самым.

Рик наклонился и провел ладонью по ее щеке.

— Ты не такая, как он, Саманта. Я вообще не встречал таких, как ты.

— Давай без телячьих нежностей, — пробормотала она и отклонилась, чтобы он мог встать. — Пойду за колой. Хочешь чаю или кофе?

Ричард со стоном сел на корточки, а потом, ухватившись за стол, поднялся на ноги.

— Я пойду с тобой. — Наклонившись, он собрал с пола «подозрительные» папки. — И их мы тоже захватим.

— Никто не знает, что папки здесь, — заметила Саманта, открыв ему дверь. — Не думаю, что сегодня утром их стоит куда-то перетаскивать.

Ричард взял ее за руку.

— Больше я ничего не упущу, — сказал он. Интересно, поняла ли Саманта, что именно он хотел этим сказать?