Подари мне счастье - Анелло Джанмария - Страница 63

Глава 31

Ли смутно сознавала, что время движется вперед, что вокруг происходит какое-то движение, почувствовала руку Ричарда на своем локте, когда она упала на колени. Она слышала, как произносились какие-то слова, но не понимала ничего из сказанного. Она как будто стояла на краю скалы, и порывистый ветер заглушал все звуки, кроме оглушительного грохота волн, разбивающихся о камни внизу.

Она не видела ничего, кроме этого ребенка. Ребенка своей сестры, глядящего на нее глазами Кэтрин, с запыленными волосиками, закрывающими бледный лобик. Мэтью спрятал личико в юбках незнакомки, но через несколько мгновений выглянул из-за складок:

– Почему ты плачешь?

– Плачу? – Она провела ладонями по щекам и удивилась, обнаружив, что они мокрые. Можно себе представить, каким пугалом она, должно быть, выглядит. В конце концов, она для него чужая.

Ли сделала глубокий вдох, чтобы немного успокоиться.

– Просто я очень рада познакомиться с тобой. Я так давно хотела этого.

Она стискивала ткань своего платья в кулаках, чтобы не схватить Мэтью в охапку и не прижать к своей груди. Ей хотелось пробежать руками по его плечам, убрать влажные волосики со лба. Что угодно, лишь бы убедиться, что он на самом деле существует, что это не сон.

– Ты похожа на мою маму.

Ли кивнула:

– Я сестра твоей мамы. Твоя тетя.

– Моя мама умерла, – сказал он, сжимая в кулачках нянины юбки. Няня погладила его по спине.

Ли закрыла глаза. Она давно это подозревала, но услышать, что худшие опасения подтвердились, было мучительно больно, словно кинжал воткнулся в грудь. Покалывающее онемение растеклось по пальцам рук и ног. Ли почувствовала, как Ричард присел с ней рядом, его руку, поглаживающую ее по спине.

– Я этого не знала, – сказала Ли, протягивая руки. Ей необходимо обнять этого ребенка. Ребенка ее сестры. – Ты не мог бы обнять меня?

Она затаила дыхание, пока он смотрел на нее серьезным, угрюмым взглядом. Затем сделал к ней шаг, и Ли схватила его в объятия. Она целовала его в щечку, гладила лобик, запоминая его запах: непоседливого мальчишки, коврижки, которую он, по-видимому, ел на завтрак, морозного зимнего воздуха, приставшего к одежде. Ли слышала, что Ричард что-то говорит ей, но боялась, что это сон, и если она откроет глаза, ребенок исчезнет.

– Ли, – проговорил Ричард возле ее уха: – Пожалуйста, позволь Харрису проводить наших гостей в их комнаты. Дорога была длинной, и, думаю, юный Мэтью захочет перекусить, а потом поспать. Что скажете, молодой человек? Хотите есть?

Ли почувствовала, как головка кивнула у нее на плече. Она последний раз прижала Мэтью к себе, потом отпустила.

– Ну беги, Мэтью.

Элисон подбежала к ним:

– Не волнуйся, тетя Ли. Я поделюсь с ним своими игрушками. Дядя Ричард сказал, что он мой кузен. У меня еще никогда не было кузена. – Она взяла Мэтью за руку, и, не переставая болтать, они стали подниматься по лестнице следом за Харрисом и няней.

Рейчел открыла рот, словно собиралась что-то сказать, но потом развернулась на каблуках и демонстративно удалилась.

В своем потрясении Ли даже забыла про Рейчел. Ли повернулась к Ричарду и прижалась щекой к его груди, пальцами царапая его жилет. Ричард привлек жену в свои объятия. Плечи ее затряслись, безмолвные слезы покатились по щекам, промочив шейный платок, а Ричард все обнимал ее, пока она плакала.

В доме было тихо, детей давно уложили спать. Ричард слушал, как потрескивает огонь в камине, наслаждаясь простым удовольствием обнимать любимую женщину. Ее голова лежала у него на плече, волосы соблазнительно рассыпались по груди. Округлость живота прижималась к его боку, но ребенок лежал тихо.

Свет от единственной свечи на прикроватной тумбочке поймал янтарные крапинки у него в глазах, когда Ли приподняла голову и поцеловала Ричарда.

– Ты такой чудесный, Ричард. Ты подарил мне самый замечательный подарок. Как ты нашел его?

Он поднес ее руку к своим губам. Пальцы подрагивали в его ладони.

– После того как ты рассказала мне о своей сестре, я нанял сыщиков с Боу-стрит, чтобы найти ее.

– Но ты ни разу и словом не обмолвился.

– Не хотел понапрасну обнадеживать. – Он провел кончиками пальцев вдоль изгиба ее руки. – Я же понятия не имел, удастся ли им отыскать ее спустя столько лет.

Ее вздох легкой бабочкой вспорхнул с его груди.

– Ты знаешь, что с ней случилось? Как она… умерла?

Если б только существовали какие-то средства избавить Ли от этой боли, но она заслуживает правды.

– Некоторое время она скиталась с места на место. Наконец осела в Холдхэне, где работала на прядильной фабрике.

– Холдхэн? – Ли приподнялась на локте, и глаза ее, похожие на осколки зеленого стекла, отразили смятение чувств. – Это одна из фабрик моего отца, да? Не пытайся отрицать это, я вижу ответ по твоим глазам. Он все время знал, где она, и не сделал ничего, чтобы помочь ей. Не знаю, почему меня это так удивляет.

Ричард легонько провел костяшками пальцев по ее щеке, стирая слезы. Если б он мог вот так же легко успокоить ее сердечную боль.

– Похоже, у нее там было много друзей. Если это тебя хоть немного утешит, она часто говорила о тебе.

Ли прижалась лицом к его ладони.

– Ты можешь сказать мне… когда она умерла? Как?

– Год назад, – тихо ответил Ричард, почувствовав, как сдавило горло. – От инфлюэнцы. Мне сказали, это довольно распространенная болезнь среди фабричных работниц.

Ли упала в его объятия, спрятала лицо у него на шее. Ее слезы обожгли Ричарду кожу, сердце сжалось. Он слишком хорошо знал, как тяжело потерять близкого, родного человека. Если б он мог избавить любимую от этой боли, если б мог взять ее на себя.

– Мне бы хотелось поехать к ней на могилу – о Боже, у нее ведь есть могила, да?

– Она была похоронена как полагается, – поспешил заверить Ричард. – Ее упокоили на церковном дворе. Я отвезу тебя туда после того, как ты оправишься после родов.

Ли так долго молчала, что Ричард подумал, она уснула.

– А кто заботился о Мэтью после ее смерти? – с мукой в голосе прошептала она наконец.

Он вздохнул. Нелегко это сказать, но придется.

– Он был в приходском работном доме.

– О Господи! – воскликнула она. – Ему повезло, что он жив.

– Ему там не было плохо, – твердо сказал Ричард. – Это чистое, приличное заведение. Детей там хорошо кормят и сносно одевают. А теперь он с тобой.

– Ох, Ричард, я и думать не могла, что когда-нибудь увижу его и…

– Ш-ш, – прошептал он. – Теперь спи, любовь моя. День был тяжелый. Мы еще поговорим об этом завтра. – Он бормотал успокаивающие слова, пока она не уснула.

На следующее утро Ли стояла у окна гостиной, наблюдая за играющими детьми. Под присмотром нянь они гонялись друг за другом по садовым дорожкам, не замечая ни зимнего ветра, ни мрачных черных туч, затягивающих небо.

– Она красива, – проговорила Рейчел, подойдя и встав рядом. – Эти огненно-рыжие волосы. Слишком красива, чтобы быть нянькой. Слишком утонченна. Попомни мои слова, Ли, все это неспроста.

Ли стиснула зубы, но ничего не ответила. В голове у нее стучало от недосыпания, воспоминания о сестре преследовали во сне. О ссорах, которые случались у них по всяким пустякам, о секретах, которыми они делились, о взаимной скорби по умершей маме. Теперь Кэтрин умерла, а Ли осталась горевать одна.

Наблюдая, как Мэтью кувыркнулся на твердой, утрамбованной земле, Ли думала о том, что Кэтрин не суждено увидеть сына. Не ей целовать ободранные коленки. Успокаивать после страшного сна. Встречать, когда он приведет в дом свою жену. Ли прижала к губам стиснутую в кулак руку. Нельзя показывать свое горе, чтобы не напугать сына Кэтрин.

Усилившийся ветер поднял с земли маленькие завихрения пыли. Дети помчались к террасе, когда первые капли дождя упали на траву. Вознеся быструю молитву, чтобы Рейчел не пошла за ней, Ли расправила юбки и поспешила навстречу ребятишкам так быстро, как позволял ей ее большой живот.