Поиск седьмого авианосца - Альбано Питер - Страница 66

— Но вы тоже ранены и лететь не можете.

— Сэр, — ответил Брент, стараясь, чтобы в голосе его звучала бодрая уверенность, которой он не испытывал. — Это всего лишь царапины да один-два кровоподтека.

— У него самые зоркие глаза на «Йонаге», — вмешался Такии. — Это он обнаружил аэродром, он первым заметил «Мессершмитты». Он видит все и, он прирожденный воздушный стрелок: ни один патрон не пропадает у него даром. Одной очередью он подбил Ме-109. И когда летали над Средиземным морем, он тоже показал себя отлично. Брент Росс бьет без промаха.

Американец, хоть и понимал, что это легкое преувеличение, хранил молчание: скромничать в данном случае было бы неуместно.

— Добро, — буркнул адмирал. — Лейтенант Сайки, выделить им самолет. Они заслужили это право.

— Есть, господин адмирал! Найдите старшину первой статьи Терухико Йоситоми и передайте, что я приказал выделить вам борт два-четыре-три.

Брент, не переставая удивляться тому, что даже перед лицом опасности и общего врага кичливые самураи так щепетильны и обидчивы, радостно улыбнулся, шагая следом за Такии.

На ангарной палубе оглушительно грохотали тележки, гремели инструменты, раздавались команды: под ослепительным светом ламп механики и техники готовили сотню самолетов к бою, заправляли их горючим, проверяли узлы и системы, подвозили и подвешивали бомбы. Там и тут стояли бензозаправщики на железных колесах, перекачивая содержимое своих цистерн в баки на крыльях и фюзеляже. С истребителей дополнительные емкости были уже сняты. Адмирал Фудзита был неисправимым консерватором и никаких новшеств не признавал, требуя, чтобы все «было как всегда», и потому бензин перекачивали вручную, заправщики двигались по проложенным рельсам благодаря дружным усилиям запыхавшихся матросов, а торпеды, каждая из которых весила 1761 фунт, и бомбы весом по 551 фунту укрепляли в замках и подвешивали под крыльями взмокшие от пота оружейники. Брент Росс и лейтенант Йосиро Такии долго блуждали по лабиринту палубы, пока не оказались в самом ее конце, где стояли резервные машины. Пикирующий бомбардировщик с номером «243» стоял последним в последнем ряду. Такии крикнул, подойдя поближе:

— Старшина первой статьи Йоситоми, где вы тут?

На зов из кабины самолета на крыло выбрался механик в замасленном зеленом комбинезоне. Он спрыгнул на палубу и вытянулся перед офицерами — приземистый, кругленький, седой, с лукаво поблескивающими глазками и веселым выражением лица. «Настоящий гном», подумал Брент.

Однако заговорил Йоситоми в скорбно-торжественном тоне:

— Прошу принять, господин лейтенант, соболезнования по случаю гибели младшего лейтенанта Мотицуры. Замечательный был штурман.

— Боги взяли его к себе, — ответил Такии и кивнул на самолет: — Готова машина?

— Полностью готова, — с гордостью ответил механик и повернулся к Бренту. — Для нас большая честь, мистер Росс, служить с вами! В грязь лицом не ударим. Но вы, мне сдается, ранены?

Американец притронулся к забинтованной щеке:

— Пустяки. До свадьбы заживет.

— Руки целы, глаза тоже — что еще нужно стрелку-радисту? — сказал Такии.

Широкая плутоватая улыбка заиграла на лице механика:

— Вся наша БЧ радовалась, узнав, какой урок вы преподали этой свинье Кеннету Розенкранцу, мистер Росс.

— Спасибо на добром слове, старшина, но, как видно, он его не усвоил. Придется повторить.

— D3A вам поможет, — механик ласково похлопал по обтекателю.

— Розенкранцем займутся Исикава и Мацухара, — проворчал Такии. — Брент-сан, тебе приходилось летать на пикирующем бомбардировщике?

— Нет.

Такии подошел к правому крылу и голосом экскурсовода начал:

— В императорском военно-морском флоте он именуется «бомбардировщик авианосного базирования тип 99 модель 11». Американцы во время войны называли его «Вэл». Это лучший из существующих пикирующих бомбардировщиков, и он потопил кораблей противника больше, чем какой-либо другой самолет. А эти тормозные щитки — мое изобретение! Позволяют не терять управления при пикировании на скорости в двести сорок узлов.

Брент присвистнул:

— Камнем вниз на ста пятидесяти милях в час…

— Пикирование под прямым углом не производится, Брент-сан, — снисходительно улыбнулся летчик. — Мы держим обычно от пятидесяти до семидесяти градусов, чтобы достичь нулевого угла атаки на крыло. — Такии подлез под бомбу, прикрепленную к брюху самолета. — Видишь, Брент-сан: двести пятьдесят килограммов и подвешена, обрати внимание, на такой вроде бы трапеции — летит, раскачавшись, как акробат, с отрывом, чтоб не задеть ненароком пропеллер. И под крыльями еще пара шестидесятикилограммовых.

— Господин лейтенант, — сказал механик. — Новый мотор.

— Разве не «Сакаэ»?

— Никак нет: «Мицубиси». 2600 оборотов в минуту, 1300 лошадиных сил, максимальная скорость 428 км/час.

— Неплохо, правда, Брент-сан? 266 миль/час.

Брент провел ладонью по массивной стойке колеса:

— Шасси не убираются по образцу германского Ju-87!

— Вовсе не по образцу, — обиделся механик.

— Эту машину разработал и спроектировал Токухисиро Гоаке, — сказал Такии. — Оригинальная конструкция. А уж если речь зашла о копиях, то и «Юнкере», и ваш «Дуглас SBD» до странности похожи на наш самолет, да и появились они позже.

Оба старика с гордостью переглянулись, многозначительно покивав головами.

— Понятно, — промямлил Брент, досадуя, что затронул такую щекотливую тему: обсуждать с бешено самолюбивыми японцами вопросы приоритета — то же, что сверлить больной зуб.

Такии влез на крыло и оказался в кабине. Брент, ухватясь за крыло, поставил ногу на скобу и подтянулся вверх. В пожилом оружейнике, который возился в отсеке стрелка-радиста, вставляя диск в пулемет «Намбу», он узнал Хирануму — того самого старшину, что командовал караулом в день, когда он впервые сцепился с Юджином Нибом.

— Очень рад вас видеть, мистер Росс, — приветливо улыбнулся тот. — Давненько не видались: с тех пор, как вы решили выбить немного дури из этого патлатого террориста.

Брент улыбнулся в ответ. И Хиранума, и Йоситоми, не сговариваясь, напомнили ему обе его кровавые драки, и было ясно, что вся команда «Йонаги» ничего другого и знать о нем не хочет. Старик, отвечая на вопрос, который Брент только собирался задать, сказал:

— Я слышал, что вы полетите на «два-четыре-три» стрелком-радистом, и решил своими руками подготовить к бою ваше штатное оружие, — он ласково погладил кожух «Намбу».

Брент расплылся в широкой благодарной улыбке:

— Спасибо, старшина, — он кивнул на пулемет. — Дисковый?

— Так точно, дисковый: по девяносто семь патронов в каждом. Четыре запасных диска.

— Но я никогда не имел дела с этой системой, — покачал головой Брент.

— Отличная машинка, господин лейтенант, останетесь довольны, — попытался убедить его явно огорченный старшина.

— Но как же я без навыка буду менять диски в бою? Я привык к ленте.

— Раз так, я сейчас же его заменю, не беспокойтесь, мистер Росс.

— Правда? Там ведь надо монтировать под палубой зарядный ящик…

Старшина, успокаивающе взмахнув руками, повернулся к Такии:

— Господин лейтенант, мистер Росс предпочитает воевать с боекомплектом в ленте. Вы разрешите заменить?

— Пожалуйста. Можем выдать ему даже рогатку, если он захочет.

Все засмеялись. Такии с улыбкой выбрался из кабины на крыло:

— Молодец, Йоситоми! Все в лучшем виде! А нам с тобой, Брент-сан, пора на инструктаж. Скоро три. Как вы, американцы, выражаетесь — времени в обрез.

Они спрыгнули на палубу и направились к подъемнику.

Помещение на галерейной палубе было забито до отказа. Брент, сидя в задних рядах и потягивая кофе, смотрел на свою карту, слушая стоявшего на возвышении Даизо Сайки. Все были уже в коричневых летных комбинезонах и шлемах, поверх которых шли хатимаки — узкие полоски материи с иероглифами, свидетельствовавшими о готовности умереть за императора, а офицеры — с мечами. Брент не надел хатимаки, но по настоянию Такии, пристегнул к поясу свой меч. «Я спикирую так низко, что ты сможешь проткнуть этих свиней-террористов клинком», — со смехом посулил он. Адмирал Марк Аллен, когда Брент проходил мимо него по коридору, с недоумением воззрился на богато изукрашенный эфес меча, но ограничился лишь тем, что сказал: