Мир приключений 1962 г. № 8 - Платов Леонид Дмитриевич - Страница 111

Костя пробрался сквозь кусты, выбежал к беседке и перемахнул через перила.

— А нога?! — Марина ахнула.

— Как у Бамбулы, который выжимал четыре стула, — ответил Костя.

— Садись и молчи… — сказала Марина и снова обернулась к Виктору: — Ведь я уже почти врач! Моя помощь пригодится. Ты понимаешь?. И, кроме того, я буду рядом с тобой!

— Удивительное дело! — усмехнулся Виктор. — Еще недавно я слышал другие речи. Ты считала, что мы достойны сожаления, потому что живем в такой глуши… И потом, к капитану может приезжать врач из отряда.

— Да, я так считала, а теперь думаю иначе. И еще я считаю, что капитан нуждается в постоянном уходе врача…

Возле крыльца послышались голоса. Стукнули дверцы вездехода.

Голос подполковника спросил:

— Ну, кто еще поедет?

— Тут одна девушка, — ответил Мергелян.

— Где же она? Нам ждать некогда!

В беседку заглянул Мергелян.

— Поедете? — спросил он Марину. — Машина довезет до станции.

Марина помедлила.

— А врач приехал? — спросила она.

— Вот уже два часа ждет в канцелярии, когда капитан проснется.

Она подумала, потом сказала решительно:

— Я поеду после перевязки. Если врач скажет, что начальнику нужно лечь в госпиталь…

— Папа не ляжет в госпиталь, — перебил ее Костя. — Он сказал, что сейчас ни за что с заставы не уедет. Даже если замполита вызовут из отпуска.

— Ну вот видишь! — обрадовалась Марина. — Я буду здесь лечить его, пока он не поправится. Кроме того, у меня ведь каникулы, и я могу проводить их, как мне заблагорассудится.

Скоро шум вездехода затих.

— Ну и упрямая! — сказал Виктор. — Мне бы не хотелось еще раз подвергать тебя таким переживаниям, как вчера…

— Ты совсем меня не знаешь, Витюша, — покачала головой Марина. — Ведь вдали я буду волноваться еще больше! И теперь уже не только за тебя, но за всех вас. — Она потрепала Виктора за волосы и улыбнулась. — Ну, а теперь пойду познакомлюсь с врачом и расскажу, какая помощь оказана мной раненому.

— Я пойду искать Самвела, — сказал Костя. — Не понимаю: куда он девался?

— Ох, Костенька, прости, что я сразу тебе не сказала! — воскликнула Марина. — Самвел просил тебе передать, что пошел к дедушке Баграту. Бедный мальчик, он совсем извелся, не смог уснуть и чуть свет ушел в деревню.

Когда Костя вернулся, отец открыл глаза. Бледный, осунувшийся, он потянулся за папиросой и застонал от боли.

— Тебя врач ждет, — сказал Костя.

По полу зашлепали голые пятки. Мухаммед вскочил с койки и быстро натянул на себя новые брюки и рубашку.

— Селям! — радостно воскликнул он.

— Селям, — ответил Костя.

Мухаммед увидел забинтованное плечо капитана, заглянул в невеселое Костино лицо. И в его больших черных глазах появилось беспокойство — он не мог понять, что произошло.

Отец покосился на желтый ящик телефонного аппарата.

— Ну-ка, соедини меня с канцелярией, — попросил он Костю. И, когда Костя выполнил его просьбу, строго сказал в телефонную трубку: — Товарищ Мергелян, почему не докладываете обстановку на заставе?.. Врач не велел будить? А разве у нас теперь врач — начальник заставы?.. Ну то-то. Говорите скорей, что произошло… Так… Так… — кивал он головой. — Хорошо… Как приехал?.. За монетами? Нашел время!.. Монеты лежат в сейфе, можете выдать… А-а, врач… — Он вздохнул. — Пусть зайдет.

Отец отдал Косте телефонную трубку.

— Ну вот, раз врач приехал — я сразу поправлюсь! — пошутил он и добавил: — Уведи-ка отсюда Мухаммеда. И сам не возвращайся, пока врач не уйдет. Понятно?.. Выполняйте мое приказание.

Через окно канцелярии Мергелян разговаривал с незнакомым толстяком в светлом пиджаке и расстегнутой на груди белой рубашке. Увидев Костю и Мухаммеда, Мергелян позвал их. Когда они вошли в канцелярию. Костя заметил на столе аккуратные кучки монет.

Мергелян что-то шепнул толстяку. И тот воскликнул густым басом:

— Это ты, кажется, нашел клад?

— Мы, — ответил Костя. — Виктор, дядя Мергелян и вот он, Самвел. — Он показал в окно.

Во двор в это время вошел Самвел. Он шел медленно, и вид у него был измученный и поникший.

— Иди сюда, Самвел! — позвал его Мергелян.

Самвел вошел в комнату и остановился на пороге. Толстяк пожал руку и ему.

— Я выражаю вам благодарность, — торжественно произнес он, — и убежден, что вы будете награждены! Вы обнаружили замечательный памятник старины!.. А знаете ли вы, ребята, как появились в колодце эти монеты?

— Нет, — ответил Костя.

— Когда-то здесь проходил путь, по которому шли через Кавказ народы, тянулись караваны. Колодец считался священным. И люди кидали в него золотые динары. Тогда думали, стоит бросить в такой колодец золотую монету и к тебе придет счастье. За века этих монет накопилось много!

— А почему же все забыли об этом? — хмуро спросил Самвел.

— Потому что на этой земле прошло много войн. Враги разрушали крепости и города, убивали тех, кто здесь жил! И на место одних людей приходили другие, но они не знали старых обычаев…

Толстяк замолчал и стал платком вытирать лицо.

— А кто вы? — неожиданно спросил Самвел.

Слова этого человека напомнили ему рассказы дедушки Баграта у ночного костра.

— Я — ученый, историк, фамилия моя Карапетян. Изучаю историю Армении. Ваши динары я увезу в музей. А в ту витрину, где они будут храниться, мы положим табличку с вашими именами.

Вскоре Карапетян собрал монеты, попрощался и уехал. Правда, он забрал не все монеты. Те, что были у ребят, он оставил им.

Солнце уже сильно припекало, и Мухаммеда потянуло к бассейну. Он быстро сбросил с себя новую рубашку, новые брюки и новые ботинки и стал кувыркаться в мутной тепловатой воде.

Костя и Самвел купаться не стали. Они сели на камни и смотрели на Мухаммеда.

— Уйду из школы! — сказал Самвел, — Как дедушка Баграт, чабаном стану! Его овец пасти буду…

— Никто тебя в чабаны не возьмет! — сказал Костя. — Ты еще маленький.

— Вырасту!

— Долго ждать. Другого чабана возьмут. Давай, когда вырастем, станем лучше пограничниками. Будем жить в этих местах…

— Тогда, может быть, и границ не будет, — ответил Самвел. — Все будут жить вместе. И Мухаммед сможет плавать с одного берега на другой.

Мухаммед услышал свое имя, обернулся и брызнул в ребят водой. Но Костя и Самвел не ответили ему тем же. Им сейчас было не до этого.

Улыбка сошла с лица Мухаммеда; он вылез из бассейна и сел на солнце обсыхать, удивленно посматривая на ребят. Он чувствовал: что-то изменилось, но не понимал, в чем дело.

— Вот бы взять его с собой в Ереван! — сказал Самвел. — Вместе бы учились. А потом он бы вернулся назад.

Костя с сомнением взглянул на Мухаммеда:

— А как его учить? Он ни русского, ни армянского не знает…

— Плохо! — сочувственно сказал Самвел. — У них в деревне даже электричества нет.

— И в кино, наверное, не ходит.

— И в школе не учится…

— Темный человек! — вздохнул Костя.

Вдруг позади них кто-то крикнул:

— Мухаммед! Мухаммед!

На крыльце стоял лейтенант-переводчик. Он был необыкновенно подтянут, тщательно выбрит, на нем была новая, с иголочки, гимнастерка, и сапоги сияли зеркальным блеском.

— Что, скоро на мостик пойдете? — спросил Костя.

— Да, пора, — ответил лейтенант.

Мухаммед оделся. Лейтенант крикнул ему что-то и показал рукой в сторону Аракса.

Мухаммед обрадовался. Глаза его засветились, и он весело ответил лейтенанту. Потом взглянул на ребят, и улыбка сошла с его лица.

Он что-то спросил лейтенанта, но тот отрицательно покачал головой.

— Что он говорит? — спросил Костя.

— Он спросил, можно ли ему приходить к вам в гости. Он хочет с вами дружить.

— Мы тоже хотим с ним дружить, — сказал Костя, — и ходить к нему в гости.

— Когда мы вырастем, так оно и может быть! — добавил Самвел.

И лейтенант перевел их слова.

Потом он придирчиво осмотрел Мухаммеда со всех сторон, пригладил ему волосы, поправил рубашку и крикнул дежурному, чтобы тот принес сапожную щетку.