Мир приключений 1962 г. № 8 - Платов Леонид Дмитриевич - Страница 130

Ее слушали молча. Челленджера теперь ничто не могло обидеть.

Около часа пополудни возвратился Райт, и мы облегченно вздохнули. По странной случайности, моторная лодка не только сохранилась, но и была в исправности; ее занесло песком поверх футляра. Связь с большим миром не была прервана. Но вспомнили о нас лишь через двое суток.

В три часа этого злополучного дня мы всей компанией проводили расстроенную Лингулу. Она оставляла нас, как собиралась оставить и Челленджера. Смит снял футляр, мотор заурчал, и мы расстались, чтобы больше никогда не встретиться. Наш обратный путь прошел в молчании.

Мы собрались на пустынном берегу вокруг кальмара. Чайки уже пировали на нем и, спугнутые, отлетали с большой неохотой. Они почти выклевали его глаза.

Райт и Бреки Уайт, как удостоившиеся особой чести, рубили и кромсали его тело. Все с ужасом и нетерпением следили за ними…

Этот день, казалось, не имел конца. С каким-то неопределенным внутренним трепетом мы вновь и вновь возвращались к трупу чудовища и всматривались в его навеки сомкнувшийся попугаячий клюв величиной с бочку. Мне первому попались на глаза часы Челленджера, и я взял их себе на память. Их корпус потускнел, и никелировка местами сошла. Этой же ночью мы хоронили то, что осталось от Челленджера…

Вскоре после описанных событий судьба забросила меня в другое место, где я целиком посвятил себя исследованию кальмаров. Меня всецело захватило желание узнать как можно больше об этих таинственных обитателях пучин и их странных и удивительных повадках.

Я редко объясняю перемену моих занятий, но, когда, о многом не договаривая, я пускаюсь в обоснование моих новых интересов и в подтверждение истинности этой истории показываю часы, — мой собеседник обыкновенно с подчеркнутым вниманием вертит в руках их заржавевший механизм и понимающе кивает, но глаза его при этом смотрят так, что нить моего рассказа словно растворяется под этим взглядом. И с чувством досады я умолкаю.

Б. Ляпунов

ЛЮБИТЕЛЯМ НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКИ

Научную фантастику можно назвать литературой крылатой мечты. Она переносит нас в мир необычайных путешествий, удивительных открытий и изобретений. Она приоткрывает завесу над будущим и показывает, как сможем мы жить через десятки, сотни и даже тысячи лет. Писатели-фантасты посылают своих героев на Луну, к планетам и звездам, в глубины океана и в недра Земли. Они рисуют картины смелых свершений, которые станут когда-нибудь доступными людям атомного и космического века. Мечта — путеводная звезда для действительности. Мечтать — значит строить в воображении прекрасное грядущее, чтобы воплотить его в жизнь.

Каждый год выходит много научно-фантастических романов, повестей и рассказов. О наиболее интересных из них будет рассказываться в разделе «Любителям научной фантастики», который начинается в восьмой книге альманаха «Мир приключений».

Многие читатели хорошо знают роман И. Ефремова «Туманность Андромеды», получивший широкую популярность в нашей стране и за рубежом. Писатель изображает в нем жизнь в далеком будущем, в совершенном коммунистическом обществе, рассказывает о полетах во Вселенную — к мирам иных солнц. Свободное, творящее, обладающее беспредельным могуществом человечество предстает перед нами на страницах романа. В этом его главное содержание, его идея и пафос. В 1961 году вышло новое, доработанное писателем, издание романа (Государственное издательство художественной литературы).

Имя польского писателя-коммуниста Станислава Лема также знакомо любителям фантастики. Он автор ряда произведений, из которых советским читателям в прошлые годы был наиболее известен роман «Астронавты» (по нему создан научно-фантастический фильм «Безмолвная звезда» совместного польско-германского производства). Позднее Станислав Лем написал роман «Магелланово Облако» (русский перевод — Детгиз, 1960). Герои романа — звездоплаватели XXXII века, которые летят на звездолете «Гея» (слово это значит «Земля») к Альфе Центавра. Они покинули на многие годы родную планету, чтобы принести людям свет новых знаний, — такова их благородная, возвышенная цель. Но сама «Гея» не просто космический корабль, а часть Большой земли. События, которые на ней происходят, тесно связаны со всей жизнью в далеком грядущем. Эта жизнь, хотя в ней останется и борьба, и свои трудности, будет светлой, радостной. Лем показывает в романе преображенную Землю, ставшую планетой коммунизма. Роман Станислава Лема исполнен оптимизма, веры в лучшее будущее, в Человека.

«Плутония» и «Земля Санникова» — популярнейшие научно-фантастические романы академика В. Обручева, ученого и писателя-фантаста. Но перу Обручева принадлежат не только эти два романа. Недавно появилась возможность познакомиться с его другими научно-фантастическими произведениями — выпушен сборник «Путешествия в прошлое и будущее» (издательство Академии наук СССР, 1961). В него вошли напечатанные раньше в журналах рассказы: «Видение в Гоби», «Полет по планетам» и «Происшествие в Нескучном саду», а также непубликовавшиеся повести: «Коралловый остров» и «Тепловая шахта».

…Разумные существа из другого мира прислали послание жителям Земли — их планета погибла в результате атомной войны: суровое предупреждение землянам… («Загадочная находка»). Ученому посчастливилось увидеть в пустыне живых доисторических животных, а оживший мамонт, привезенный в замерзшем виде из Сибири, после прогулки по Москве попал в Зоопарк («Видение в Гоби» и «Происшествие в Нескучном саду»). Космический путешественник рассказывает о природе Меркурия, Венеры и Марса («Полет по планетам»). Таково содержание некоторых произведений сборника, общая идея которого точно определена заголовком — это путешествия и в прошлое и в будущее.

Никто теперь не сомневается в том, что Земля не единственная планета, ставшая обителью разума. Но можно ли установить связь с жителями других звездных систем? «Да», — отвечает наука. «И это может произойти так!» — говорят фантасты, описывая межзвездное телевидение и радиосвязь. Им посвящены повести Н. Томана «Девушка с планеты Эффа» и «Говорит Космос!..» (в сборнике «Говорит Космос!..», Детгиз, 1961). В повестях Томана нет традиционной приключенческой формы, это «приключения мысли», споры и разгадки научных тайн. Принято изображение неизвестной девушки, и, в конце концов, ученые на спутнике далекой звезды устанавливают, что она — жительница планеты, имя которой — Земля… А земляне принимают сигналы из Космоса — сигналы несомненно искусственного происхождения, посланные разумными существами, затерянными, как и Земля, в бесконечных просторах Вселенной…

Разнообразна тематика произведений, собранных в сборнике Гуревича «Прохождение Немезиды» (издательство «Молодая гвардия», 1961): угроза космической катастрофы от залетевшего в Солнечную систему «небесного гостя» — планеты, принадлежащей иной звезде (рассказ «Прохождение Немезиды»); межзвездное путешествие к планетам — спутникам «холодной», несветящейся звезды, находка на одной из них разумной жизни, скрытой под водами океана (рассказ «Инфра Дракона»); «ледяное строительство», постройка плотин изо льда и новые способы получения холода (повесть «Иней на пальмах»). Но общее для всех этих рассказов и повести одно — они показывают, какие удивительные дела может творить человек (он, если нужно, изменит когда-нибудь извечные пути планет — «Прохождение Немезиды»), В «Инее на пальмах» рисуется разная судьба выдающихся открытий, сделанных в Советской стране и в капиталистическом мире.

Можно ли на Земле получить сверхпрочный ядерный материал — «нейтрид», в полтора миллиарда раз прочнее стали? Можно ли на Земле получить антивещество, источник необычайно мощной энергии? Это сделали герои повести В. Савченко «Черные звезды» (сборник «Черные звезды», Детгиз, 1960). В сборнике помещены также рассказы «Где вы, Ильин?..», «Второе путешествие на странную планету» — о космических полетах, «Пробуждение профессора Берна» — об анабиозе. Космическая ракета, летящая с огромной, сравнимой со световой, скоростью, становится «машиной времени», и ее пилот Ильин, пробыв в путешествии несколько лет, возвращается на Землю… А профессор Берн, погрузившись в анабиоз, просыпается через тысячи лет.