Охотник за смертью: Честь - Грин Саймон - Страница 89

— А почему ты покинул Лабиринт? — продолжала допытываться Диана. — Почему не прошел его до конца, как сделал Оуэн и его люди?

— Я испугался, — сквозь зубы процедил Сайленс. — Почувствовал, что не могу. И я видел, что Лабиринт убивает Фрост. Я схватил ее и бросился прочь. А вскоре мы стали замечать, что с нами происходят перемены.

— Как ты думаешь, что это такое — Лабиринт? — не отставала Диана. — Какова его цель?

Сайленс насмешливо фыркнул.

— Люди, которым я в подметки не гожусь, ломали головы в поисках ответа на этот вопрос, да так и не придумали ничего толкового. Все равно что расспрашивать у муравья, что представляет собой огромная статуя, по которой он ползет. Мы посетили и покорили тысячи планет, но ни на одной из них не встретили ничего подобного Лабиринту. Его цель враждебна нам и, возможно, вообще недоступна человеческому пониманию.

— Ты ощутил на себе его прикосновение, — напомнила Диана. — Как ты считаешь, что это было?

— Возможно… учебная машина, — после паузы ответил Сайленс. — Предназначенная для тех, кто способен к обучению. Но все это уже не имеет значения. Я уничтожил Лабиринт, сжег его дотла лучевой пушкой. От него не осталось и следа. Да, он был единственным в своем роде, уникальным явлением, возможно, во всей Вселенной нет ничего подобного. Но если бы мне пришлось вновь принимать решение, я без малейшего колебания отдал бы тот же самый приказ.

— Что ты болтаешь о каких-то переменах, капитан, — усмехнулся Кэррион. — Ты все тот же. И никогда не изменишься.

— А после Восстания ты встречался с кем-нибудь из тех, кто вышел живым из Лабиринта? — спросила Диана. — Ты не делился с ними своими впечатлениями?

— Нет, — отрезал Сайленс. — С тех пор как мы с ними пытались убить друг друга, прошло не так много времени. Какая-то часть моего сознания до сих пор хочет их убить, отплатить за все, что они сделали. Кроме того… Не думаю, что у нас найдутся общие темы для разговора. Они… не похожи на меня. И на других тоже. В них есть что-то нечеловеческое. Что-то от призраков. Или от пришельцев. Если мы с ними действительно идем по одной тропе, они вырвались далеко вперед. Скрылись из виду. Честно говоря, мне их даже жаль. Судя по всему, полученные сверхспособности не сделали их счастливее. Они просто стали чем-то еще. Не только людьми.

— Возможно, чем-то вроде меня? — уточнил Кэррион.

— Нет, Шон. С тобой все проще. Я по-прежнему тебя понимаю, понимаю, какие побуждения тобой движут. Но я не имею представления о том, что творится в головах у Оуэна и его друзей. Догадываюсь только, что они больше не руководствуются обычными человеческими соображениями. И поэтому они опасны — может быть, опасны не только для Империи, но и для всего человечества. Это — одна из причин, по которой прошедшим через Лабиринт не сообщили о миссии, которую нам предстоит выполнить. Парламент им больше не доверяет. Не исключено, что, узнай они о наших намерениях, они попытаются вмешаться и остановить нас.

— А что ты рассчитываешь обнаружить в Черной Бездне? — поинтересовалась Диана.

— Понятия не имею. Вполне вероятно, там скрывается нечто, достаточно могущественное для того, чтобы контролировать прошедших Лабиринт. Или остановить, если они слишком далеко зайдут.

— И ты уверен, это необходимо? — вмешался Кэррион. — Ты хочешь уничтожить этих людей? Так, как ты уничтожил Безумный Лабиринт?

— Ты привел удачные примеры, — кивнул головой Сайленс. — Мой долг — служить Империи и человечеству. Защищать их от опасностей любого рода. Ты сам видишь, прошедшие Лабиринт не считаются ни с кем, кроме самих себя. Если они говорят «да», не находится никого, кто сказал бы «нет». И с каждым днем они становятся сильнее. Что будет, если кто-то из них сочтет, что решения Парламента направляют Империю по нежелательному пути? Возможно, они придут к выводу, что обычные люди не в состоянии управлять собственной судьбой и что во имя нашего же блага им следует взять над нами контроль. Кто тогда сможет им помешать?

— Боюсь, у тебя крыша поехала, — спокойно заметила Диана. — Что за ужасы ты вбил себе в голову? Этих людей всего четверо.

— А сколько богов, по-твоему, необходимо, чтобы управлять человечеством? — осведомился Сайленс. — И даже если у меня крыша поехала, это еще не означает, что они не попытаются до меня добраться. Нам следует понимать это лучше, чем всем прочим.

— Хороший ответ, — сказала Диана, в первый раз за весь разговор широко улыбнувшись. Она поднялась и кивнула на прощание отцу и Кэрриону. — Мне пора. Думаю, здесь я больше ничего не узнаю. Когда вы вернетесь, мы обязательно встретимся и поговорим. Не трудитесь меня провожать.

С этими словами она исчезла — мгновение назад была здесь, а в следующее словно растворилась в воздухе. Сайленс и Кэррион обменялись недоуменными взглядами.

— Да, сразу видно, что она — твоя дочь, — изрек наконец Кэррион.

— Она всегда знала, как найти выход. Из любой ситуации, — сказал Сайленс. Потом тряхнул головой и добавил: — Ладно, работа не ждет. Время близится к вылету, а я так и не ввел тебя в курс дел. На чем мы остановились… ах да. Корабли насекомых. Ты до конца просмотрел файлы, которые я тебе указал?

— Разумеется, — ответил Кэррион. — Любопытный материал. Насколько я понял, ты подозреваешь, что эти насекомые — создания чьих-то рук, верно?

— Именно так считала Фрост. Она утверждала, что они созданы средствами генной инженерии. Естественным путем насекомые не могут вырасти до таких гигантских размеров. Следовательно, в игру вступил еще один участник, о существовании которого мы до сих пор не подозревали. Создатель насекомых.

— Вряд ли стоит предполагать, что этот участник нам совершенно неизвестен, — возразил Кэррион. — Подозреваемых сколько угодно: хэйдены, Шаб, даже ученые-гуманоиды, которые служат Семьям, готовым на все ради власти. К тому же есть еще Возрожденные. Все они могут оказаться создателями насекомых.

— Именно это я и доложил адмиралу Беккету, — с расстановкой произнес Сайленс. — Ничуть не удивлюсь, если выяснится, что насекомые вышли из Черной Бездны. Их атаки были направлены главным образом на планеты, расположенные поблизости от Границы. Спрашивается, где, кроме Черной Бездны, они могли скрыться? И еще… еще эти голоса. — Сайленс устремил на Кэрриона жесткий и пристальный взгляд. — Помни, файлы, с которыми я тебя ознакомил, являются совершенно секретными. Ты не должен обсуждать их содержание с кем бы то ни было, не получив предварительно моего разрешения. Экипаж и так не в восторге от перспективы вновь посетить Черную Бездну. Так что ты думаешь насчет голосов? Есть какие-нибудь соображения?

— Вполне вероятно, голоса относятся к разряду эсп-феноменов, — без особой уверенности предположил Кэррион. — Не исключено также, что это голоса мертвых. Но всего вероятнее, это психологические трюки Шаба. Они рассчитывают таким образом подготовить почву перед появлением «Чемпиона». Давно пропавший корабль, управляемый командой мертвецов, корабль, появление которого предвещали голоса призраков. Понятно, что подобным образом ИРы хотят породить в людских душах смятение.

— Не спорю, вполне убедительное объяснение, — согласился Сайленс. — Но ты слышал эти голоса собственными ушами, Шон. Они не сохраняются в записи. По непонятным причинам исчезают, и все. То, что ты слышал, — всего лишь имитация, основанная на наших воспоминаниях. А на самом деле они звучат… жутко. Когда их слышишь, невольно поджилки начинают трястись. И мне действительно казалось, что они пытаются предупредить нас о какой-то страшной опасности. Опасности, которая исходит не только от «Чемпиона», но от самой Черной Бездны. Но мы не вняли этим предостережениям. И снова собираемся проникнуть во Тьму.

— А не может быть, что это предупреждение послали сами Возрожденные? — спросил Кэррион. — Для того чтобы оградить свою территорию от вторжений?

— Не исключено. Нам все равно остается один лишь выход — как и всегда, выбрать самый трудный путь и следовать по нему. Мой корабль и мои люди имеют больше опыта общения с Черной Бездной, чем три других корабля, вместе взятые. И в конце концов, если мы не вернемся, Империя не сочтет это такой уж большой потерей.