Флорентийка и султан - Беньи Жаннетта - Страница 57

По своему обыкновению, одноногий флибустьер вытащил из-за пазухи шикарного камзола сухарик и принялся жевать его.

Толстяк понемногу стал приходить в себя. Положив книгу на мокрый стол, он немного поерзал в кресле и откашлялся.

В этот момент из-за двери донесся какой-то шум, и в комнату влетел Череп, размахивая руками и что-то бормоча.

– Капитан Рэд... Капитан Рэд... Там... Там еще какие-то люди...

Одноногий пират лениво махнул рукой.

– Не обращай внимания. Это со мной.

– Но они... Но я... Капитан Рэд...

Толстяк, который, наконец, справился со своими страхами, передразнил Черепа:

– Что «капитан Рэд»?.. Успокойся ты! И, вообще, убирайся! Нам нужно поговорить наедине.

Череп, трясясь от страха, побежал к двери. Толстяк с обиженным видом пробормотал:

– Капитан Рэд, капитан Рэд... Все боятся капитана Рэда. А что тут такого? Капитан Рэд явился собственной персоной... Силы небесные! Что за шум? Эй, Череп, погоди!

Тот остановился в дверях и обернулся.

– Что?

– Разыщи-ка нашего виночерпия Безансона и принеси нам выпить. Видишь, капитана Рэда мучает жажда.

– Сию минуту! – тут же воскликнул Череп, со всех ног отправляясь исполнять приказание.

Капитан Рэд усмехнулся.

– Что я слышу? Жирная акула хочет угостить меня вином! Какая неслыханная щедрость! С каких это пор ты стал таким расточительным? А, Жирный? Ты по-прежнему такой пухлый, каким я знал тебя раньше. Это приятно.

На лице толстяка появилось некое подобие улыбки.

– Вы хорошо выглядите, капитан Рэд. Вы совсем не похожи на покойника.

Одноногий пират расхохотался.

– А кто сказал, что я должен быть покойником?

Жирный пожал плечами.

– Так. Ходили слухи... Кажется, возле Пор-Вандра вас взяли в плен.

– Чепуха,– усмехнулся капитан Рэд.– Незначительный эпизод в моей биографии. К тому же, у меня были кое-какие дела на этом свете.

Лицо толстяка выражало крайнюю степень заинтересованности.

– Как любопытно, капитан. Какие же это дела?

Одноногий пират помрачнел.

– А ты не помнишь, вампир?

Жирный криво улыбнулся.

– Последнее время я стал жаловаться на память. Она что-то слишком часто меня подводит.

– А ты загляни в свою вампирскую книжку. Глядишь, память у тебя и прояснится. Помнишь, сколько ты мне должен?

Толстяк недоуменно пожал плечами.

– Разве я вам что-то должен?

– А то нет? Шестьсот тридцать два дуката, разрази меня гром! И ни одним золотым меньше!

Жирный наморщил лоб и почесал макушку, на которой, не мешая друг другу, располагались несколько волос.

– Ах, да! – наконец, воскликнул он.– Надо же, какая странная вещь! Вы не поверите, дорогой капитан Рэд, но я буквально несколько минут назад листал свою учетную книгу и остановился как раз на той странице, где записаны ваши счета. У вас восхитительно ясная память для таких пожилых лет! В моей книге записана именно эта цифра. Шестьсот тридцать два дуката. Я просто восхищен вами!

Для пущей убедительности он перелистал книгу и ткнул пальцем в одну из страниц.

– Вот, совершенно верно. Шестьсот тридцать два дуката.

Капитан Рэд хмыкнул.

– Ладно, гони деньги.

Жирный умиленно улыбнулся и развел руками.

– Томас, ты же знаешь, как я тебя люблю! Я готов отдать тебе все, что у меня есть: начиная с одежды и кончая этим домом...

– Ну, насчет одежды – это ты перебрал,– хмуро сказал капитан Рэд.– Похоже, ты уже с кем-то ею поделился. Хотя... Судя по тому, как здесь натоплено, одежда тебе не нужна. Жарковато у тебя в хижине. Деньги гони...– его голос приобрел металлический оттенок.

Жирный засуетился.

– Конечно-конечно!.. Я обязательно отдам тебе долг. Правда, сейчас затруднительно будет собрать сразу все деньги. Шестьсот тридцать два дуката – это все-таки немалая сумма. Знаешь, Томас, пока тебя не было, мне пришлось влезть в большие расходы...– затараторил он.

Капитан Рэд грозно нахмурил брови.

– Какие еще расходы?

Жирный, поймав на себе кровожадный взгляд старого пирата, тут же пошел на попятную.

– Томас, погоди, погоди... Я еще не закончил. Оторвав от себя, я смогу набрать...– он на мгновение задумался.– Ну, скажем, сто дукатов сразу, а остальные – в течение месяцев трех. Или четырех... Как, приемлем такой вариант?

Капитан Рэд смерил толстяка ненавидящим взглядом и процедил сквозь зубы:

– Кровопийца.

Толстяк начал мелко подрагивать в кресле, безуспешно пытаясь это скрыть.

– А что это ты так трясешься? – ухмыльнулся старый пират.– Здесь, что – холодно? Или у тебя лихорадка? А может быть, ты просто перетрусил? А, Жирный, признавайся?.. Мы давно не виделись, но у тебя остались все те же повадки. Ты такой же жадный, каким и был прежде. И, по-моему, даже стал еще толще. У тебя, наверное, хороший аппетит? Да? А может быть, ты просто много пьешь?

От этих слов капитана Рэда Жирный передернулся и с выражением безграничного наслаждения на лице воскликнул:

– Меня трясет от счастья видеть вас, дорогой капитан Рэд! А еще больше я рад тому, что вы находитесь в добром здравии. Вы даже представить себе не можете, как я счастлив!

Одноногий пират скривился.

– Заткнись, Жирный. Я бы мог покромсать тебя на отбивные, если бы мне не нужны были деньги. Даже противно смотреть на твою оплывшую рожу...

Толстяк поморщился.

– Ну что вы, капитан, зачем же так грубо? Я ведь всего лишь хотел выразить свое восхищение.

Капитан Рэд сплюнул.

– Лучшее, что ты можешь сделать для выражения своего восхищения,– презрительно сказал он,– это отдать мне мои шестьсот тридцать два дуката. Ты знаешь, сколько мавров, турок и французов мне пришлось пустить на дно из-за этих денег? Если души всех, кому они принадлежали выстроить в один ряд, то они займут расстояние от Палестины до Кордобы.

Толстяк глупо хихикнул и умолк. Он просто не знал, что ему говорить.

К счастью, именно в этот момент на пороге его хижины показалась высокая нескладная фигура Черепа, державшего в руках бутыль с вином и два серебряных кубка.

– А!– Наконец-то,– вино!..– искренне обрадовался Жирный.– По-моему, нам срочно нужно выпить за встречу, капитан?

Старый пират хмыкнул.

– А, по-моему, я уже отметил нашу встречу. Ладно, черт с тобой! Давай сюда это вино. Лучше бы рому налил.

Череп на негнущихся ногах подошел к столу, поставил бутыль с вином и кубки и застыл в ожидании дальнейших приказаний.

– Расстворись,– сказал ему капитан Рэд. Череп мгновенно исчез.

– Капитан, неужели вы не выпьете со мной? – протянул толстяк.– Это хорошее вино из Малаги. Его в прошлом году привезли...

Но пират недовольно поморщился.

– Если его в прошлом году привезли и оно такое хорошее, то отчего же вы его еще не выпили? Небось, дрянь какую-нибудь хочешь мне подсунуть?

– Ну что вы, капитан? Как можно? Наоборот, это настолько хорошее вино, что я распорядился, чтобы специально для меня оставили кое-какой запас.

Старый пират немного смягчился.

– Ну, насчет твоих запасов я хорошо знаю... А что, Череп теперь ходит у тебя в доверенных лицах?

– Почему бы и нет? Он исполнительный, почти ничего не пьет...

– С чего бы это? Раньше, помнится, его от бочки нельзя было оторвать.

Толстяк снова развел руками.

– Здоровье уже не то. Вы же знаете, капитан, ремесло у нас тяжелое, неблагодарное... Надрываешься, -рискуешь жизнью... А кто это оценит?

– Ну, вот я и вижу, что ты надорвался. Брюхо такое, что еще с моря видно.

Жирный все-таки налил вина в оба кубка и поднял свой, торжественно провозглашая:

– За встречу!

Не дожидаясь, пока капитан Рэд хотя бы пригубит вино, он выпил всю свою дозу одним глотком.

– Да, хорошее вино...– причмокивая от удовольствия, сказал он.– Попробуйте, капитан. Я говорю правду.

Тем не менее одноногий пират брезгливо отвернулся. Толстяк поерзал в кресле и неожиданно вытянул шею.

– Святые угодники! – воскликнул он.– Что я вижу, капитан? У вас нет ноги! Что же с ней случилось?