Флорентийка и султан - Беньи Жаннетта - Страница 69

Фьора еще не знала, что собираются делать пираты, но в одном она была уверена твердо: ей следует рассчитывать только на себя.

Это подкреплялось еще и тем обстоятельством, что вместо Леонарды в одеянии старой служанки рядом с Фьорой сидел ни кто иной, как бывший повар с фрегата «Эксепсьон» Бамако. По-видимому, он должен был изображать чернокожую гувернантку. Но его присутствие в шлюпке лишь добавляло происходящему театральности.

Вокруг возвышались высокие каменные стены фортов, возведенных здесь еще четыреста лет назад во времена первых крестовых походов, когда остров Крит был захвачен рыцарями, направлявшимися в Палестину.

Наконец, шлюпка причалила у пустынной набережной, освещенной двумя тусклыми фонарями. Только по ним удалось определить, где начинается пристань.

Первым из шлюпки выбрался Бамако, затем капитан Рэд, после него – Фьора и последним – Лягушонок. Он наспех привязал шлюпку к столбику на пристани и двинулся следом за остальными.

Чтобы скрыть свою отнюдь не монашескую внешность, капитан Рэд накинул на голову клобук. Под сутаной он держал заряженный пистолет, которым грубо ткнул Фьору в спину.

– Иди. Ты знаешь, где дворец посла-губернатора?

– Я же говорила, что никогда не была здесь раньше,– обиженно ответила девушка.– И перестаньте тыкать в меня пистолетом.

– Ну ладно, ладно,– пробурчал одноногий пират.– Придется полагаться на собственное чутье.

Долго искать не пришлось. Первый же случайно встреченный прохожий на вопрос о том, где находится резиденция венецианского посла-губернатора в Кандии, обернулся и показал пальцем на великолепный дворец из белого мрамора, возвышавшийся у самой набережной.

– Вот он.

Это было великолепное строение в романском стиле с мраморной колоннадой, высокой белой лестницей, широкими ступеньками. По бокам лестницы поднимались к дворцу два ряда вечно зеленых окаций, которые с обеих сторон огибали дворец, словно окружая его зеленым поясом.

Внизу, на перилах лестницы, горело два фонаря, и даже с набережной было видно, что в самом дворце ярко освещены окна.

Перед входом на лестницу, состоявшую из двух пролетов, никого не было видно. Капитан Рэд подтолкнул остановившуюся в нерешительности Фьору скрытым под сутаной пистолетом.

– Иди.

Девушка стала медленно подниматься по ступенькам, приподняв платье. Она едва не вскрикнула от неожиданности, когда на площадке между двумя пролетами лестницы, из полумрака, возникла фигура солдата, одетого в форму венецианского гвардейца.

Направив в грудь девушки мушкет, он громко сказал:

– Пароль.

Фьора в растерянности оглянулась.

– Я не знаю никакого пароля,– прошептала она.

Капитан Рэд просипел:

– Говори что-нибудь.

– Я – Фьора-Мария Бельтрами. Я.... родственница сеньора Гвиччардини.

Солдат в нерешительности отступил назад, не зная, что предпринять. Однако, когда девушка сделала попытку подняться на еще одну ступеньку вверх, он опять направил на нее мушкет.

– Стой!

На шум из дворца вышел начальник стражи – офицер венецианской гвардии в круглом шлеме и доспехах, прикрывавших верхнюю часть тела. На плечах его висел длинный плащ, а в руке он держал горящий фонарь.

– В чем дело? – грозно спросил офицер. Солдат кивнул в сторону Фьоры.

– Эта девушка утверждает, что она родственница господина посла-губернатора.

Офицер спустился вниз и осветил фонарем лицо Фьоры. Ее спутники старались держаться подальше от света. Только капитан Рэд стоял за спиной Фьоры, не позволяя девушке забыть о том, что в спину ей направлен заряженный пистолет. Оказалось, что девушка раньше встречала этого офицера. Он плыл на головном фрегате флотилии, выходившей из Генуи в направлении Крита, но затем угодивший в бурю и разметанный ветром. Внимательно рассмотрев Фьору, он недоверчиво спросил:

– Сеньора, это вы? А кто это с вами? Разумеется, находясь под дулом пистолета, Фьора не могла сказать правды.

– Этот падре,– кивнув головой в сторону скрывавшегося под клобуком и сутаной капитана Рэда, сказала она,– и его храбрый товарищ спасли меня и мою новую гувернантку из лап жестоких пиратов. Пожалуйста, проводите меня во дворец к сеньору Гвиччардини.

Офицер-венецианец в нерешительности переминался с ноги на ногу.

– Сию минуту, сеньора,– наконец, сказал он.– Однако прежде я должен поставить в известность командира дворцовой стражи. Я всего лишь начальник караула. Вы не соблаговолите подождать здесь?

Он уже собирался направиться наверх, во дворец, когда капитан Рэд неожиданно сказал:

– Сын мой,– он приподнял голову и таинственным голосом продолжил,– в моих руках находятся сведения, составляющие важнейшую государственную тайну. Они касаются самого существования венецианской республики. Ты не должен задерживать нас здесь. Так что, будь добр, проводи нас к послу-губернатору со всей поспешностью, на которую только способен.

Когда начальник стражи попытался что-то возразить, капитан Рэд принялся подмигивать ему.

– Никто не должен знать о моем присутствии здесь, так что давай, ноги в руки!

Начальник караула в изумлении разинул рот и воззрился на Фьору. Но на лице девушки не дрогнул ни один мускул.

– Разве вы не слышали, что сказал святой отец? Немедленно проводите нас к сеньору Гвиччардини.

Начальнику караула не оставалось ничего другого, как сказать:

– Я слышал все слово в слово, сеньора. Сию минуту. Следуйте за мной.

Держа фонарь в вытянутой руке, он стал подниматься по ступенькам лестницы, а процессия во главе с Фьорой двинулась за ним.

Вскоре они оказались в громадном вестибюле, увешанном венецианскими зеркалами работы самых искусных ювелирных мастеров, картинами и гобеленами, уставленном скульптурами и огромными вазами с цветами.

Под пустыми сводами вестибюля слышались лишь звуки шагов и стук деревяшки капитана Рэда.

Пройдя через вестибюль, поздние гости направились к лестнице, ведущей на второй этаж дворца. Никакой стражи поблизости не было видно, что заставило капитана Рэда достать из-под сутаны пистолет и замахнуться.

В тот самый момент, когда он уже готов был нанести удар по голове начальника караула, тот неожиданно обернулся и с радостной улыбкой произнес:

– Его превосходительство сеньор Гвиччардини будет несказанно рад видеть вас. После того, как он потерял вас в море, все были уверены, что вас не удастся отыскать. Но я вижу, что с вами все хорошо.

Капитан Рэд едва не выдал себя, и только невероятное проворство позволило ему вовремя спрятать за спиной пистолет. Он сделал вид, будто у него неожиданно зачесалась спина.

Начальник караула, к счастью, ничего не заметил и зашагал вверх по лестнице.

То же самое повторилось через несколько шагов.

Капитан Рэд снова вознамерился оглушить начальника караула, но тот, повернувшись к Фьоре в полоборота, произнес:

– Мы все молились за вас, сеньора. И, как видно, пресвятая дева Мария услышала наши молитвы. Да святится имя ее.

Так, без происшествий, они поднялись на второй этаж, где возле огромных дверей, которые вели в опочивальню посла-губернатора сидел на стуле гофмейстер, преклонных лет мужчина в вышитом камзоле и туфлях с серебряными пряжками. Его высокий жезл был прислонен к стене, а сам гофмейстер потрясал тишину громким храпом.

Начальник караула хотел было разбудить старика, но не успел он положить руку ему на плечо, как капитан Рэд отвел офицера в сторону.

– Тс-с,– прошептал он, приложив палец к губам.– Не нужно будить.

Не прибегая к особым объяснениям, капитан Рэд открыл дверь и пропустил туда Фьору, Бамако в костюме служанки и Лягушонка. За ними последовали немало удивленный начальник караула и капитан Рэд.

Однако, это была еще не опочивальня, а промежуточная комната, где обычно дожидаются гости, которым обычно назначена аудиенция.

Капитан Рэд осторожно закрыл за собой дверь и, стоя спиной к начальнику караула, достал из-под сутаны пистолет.