Флорентийка и султан - Беньи Жаннетта - Страница 72

– Прошу вас, не трогайте сеньора Паоло! Возьмите все мои драгоценности, возьмите все... Если вы будете издеваться над сеньором Гвиччардини, сердце его не выдержит. Пощадите его, заклинаю вас! Во имя матери, которая выносила вас в своем чреве...

Пират отмахнулся.

– Отойди...

Фьора упала на кровать рядом с ним.

– Пощадите же его!..

Сеньор Гвиччардини не выдержал такой тяжести. Закашлявшись, он простонал:

– Сойдите же с меня... Оба... Я сейчас умру... О, Господи... Господи... И не давите так...

Когда уже все пальцы на руках капитана Рэда были унизаны драгоценными перстнями и кольцами, он вспомнил и о троне.

– Сын кривой мачты и рваного паруса! Я вырежу твою печенку и брошу ее на съедение крабам!

Пошарив у себя под сутаной, он не обнаружил больше никакого оружия и, еще раз грубо выругавшись, откинул одеяло, прикрывавшее сухонькое тело сеньора Гвиччардини.

– Черт возьми! Твое счастье, что у меня нет с собой ножа, но я загрызу тебя зубами!

Вновь отбросив в сторону пытавшуюся помешать ему Фьору, капитан Рэд схватил старика-итальянца за ногу и укусил его за палец.

– А-а-а-а...– закричал Гвиччардини.– На помощь! На помощь!

Лягушонок мгновенно заткнул ему рот подушкой.

– Он же задохнется! – взвизгнула Фьора.– Отпустите его!

– Правильно-правильно, Лягушонок... Души его, а я буду откусывать от него по кусочку.

Но Фьоре все-таки удалось помешать Лягушонку и, хватая ртом воздух, Сеньор Гвиччардини прохрипел:

– Я сделаю все, что вы хотите. Только не трогайте меня.

– Трон! – рычал капитан Рэд.

Старик принялся трясти головой.

– Хорошо-хорошо, я постараюсь сделать все, что в моих силах.

– Прикажите капитану Дюрасье, чтобы он вытащил трон из трюма и отдал его мне.

– А если он не согласится? – спросил Лягушонок.

– Согласится.

Рэд снова ухватил старика Гвиччардини за ногу.

– О, Господи! – взмолился тот.– Во имя Вечности... Не трогайте меня! Я сумею договориться с капитаном Дюрасье. Только не трогайте меня...

Кряхтя, одноногий пират стал подниматься с постели.

– Ладно, черт с тобой. Поверю тебе на слово, делать нечего.

Старика-итальянца буквально колотило от ужаса. Он принялся ощупывать себя за ногу, словно пытаясь убедиться, что от него ничего не убыло.

Капитан Рэд поправил свою сутану и махнул пистолетом.

– Ты, старая сморщенная крыса, вылезай из своей колыбели!

Старик Гвиччардини едва не разрыдался.

– Я не могу ходить. У меня вечером был приступ подагры.

Пират в ярости блеснул глазами.

– Что? Какая еще подагра? Я вот сейчас заставлю тебя плясать, клянусь акульими плавниками!

Он угрожающе направил пистолет на ногу сеньора Гвиччардини, и Фьора поняла, что, еще мгновение – и капитан Рэд выстрелит.

– Прошу вас, сеньор Паоло,– бросилась она к старику.– Поднимайтесь. Мы поможем вам.

– Подайте мои костыли. Когда меня мучает подагра, я не могу передвигаться самостоятельно.

Лягушонок подал Гвиччардини костыли, стоявшие у стены рядом с изголовьем и вместе с Фьорой помог ему встать.

– Что вы собираетесь делать? – слабым голосом спросил сеньор Гвиччардини.

Капитан Рэд указал пистолетом на столик, стоявший у противоположной стены.

– Иди туда.

Едва передвигая ноги, старик Гвиччардини направился к столу.

– Я не понимаю, что вы задумали.

Капитан Рэд, стуча деревяшкой подошел к столу. Здесь же рядом стояло кресло, в котором, нелепо вывернув руку, лежал труп задушенного начальника караула.

– Это еще что такое? – недовольно пробурчал одноногий пират, словно впервые увидел покойника.

– Прошу вас, придвиньте к столу мое кресло. Я не могу стоять,– попросил Гвиччардини.

Капитан Рэд, сунув пистолет под сутану, тряхнул кресло, и труп начальника караула, гремя доспехами, покатился по полу прямо под ноги старику Гвиччардини.

– Боже мой...– прошептал он, едва не роняя костыли.– Значит...

– Да-да,– подтвердил капитан Рэд.– Я ни перед чем не собираюсь останавливаться. Мне нужен этот трон. Бери перо и бумагу.

– Что вы хотите от меня? – еле слышно прошептал Гвиччардини.

Капитан Рэд пришел в ярость.

– Заткнись! Делай то, что я говорю! Лягушонок, помоги ему сесть.

Бамако бросил безуспешные попытки справиться с бесчисленными юбками, и, поспешно приглаживая платье, направился к столу.

– Капитан, у нас не так уж много времени. Надо торопиться. Скоро пробьет восемь склянок, и начнется прилив.

Пират отмахнулся.

– Да знаю, знаю. Я же не могу заставить его быстрее шевелить ногами. Садись ты, чертов калека!

Он толкнул старика в кресло.

Тем временем Лягушонок поставил на стол перед сеньором Гвиччардини большую мраморную чернильницу с отточенным гусиным пером и положил лист бумаги, обнаруженный здесь же.

Одноногий пират обмакнул перо в чернильницу и сунул охавшему и стонавшему итальянцу.

– Пиши.

Старик взял перо дрожащей рукой и со страхом посмотрел на пирата.

– Что писать?

Тот почесал бороду.

– Пиши. Указ посла-губернатора... Как называется твоя страна?

– Венецианская республика,– дрожащим голосом ответил Гвиччардини.

– ... посла-губернатора Венецианской республики на острове Крит сеньора... Как тебя зовут?

– Паоло Гвиччардини,– последовал ответ.

– ...Паоло Гвиччардини. Я, такой-то...

– Я, Паоло Гвиччардини...– повторял старик за одноногим пиратом, а потом неожиданно обернулся.– Нужно указывать, что я кавалер ордена Святого Гроба Господня?

Капитан Рэд равнодушно махнул.

– Можешь написать все свои титулы и добавить к ним награды.

– У меня больше нет наград.

– Значит, и этого хватит. Пиши дальше. Я, такой-то и все прочее, настоящим указом освобождаю капитана...– он обернулся к Лягушонку.– Как зовут этого напыщенного урода?

– Дюрасье. Жан-Батист Дюрасье.

– ... освобождаю капитана флота его королевского величества Карла VIII Жана-Батиста Дюрасье от всякой ответственности за трон...– он запнулся.– Нет! Не– так!– Освобождаю от– всякой ответственности за транспортировку трона,– он повернулся к негру.– Как звали этого царька?

– Югурта.

– ... от транспортировки трона царя Югурты во Францию.

Старик перестал писать и кисло посмотрел на капитана Рэда.

– Но этот указ не будет иметь законной силы. Капитан Дюрасье мне не подчиняется.

– Значит, подчинится. Ты поменьше болтай и побольше пиши!

Чтобы подтвердить убедительность своих доказательств, одноногий пират снова вытащил из-за пояса спрятанный под сутаной пистолет и направил его на сеньора Гвиччардини.

– Шевели пером, старая каракатица! И пусть вся Франция вместе с Венецией провалятся в тар-тарары! Мне нужен этот трон, и я получу его, чего бы мне это ни стоило!

Фьора попробовала возразить:

– Но капитан Дюрасье может разорвать этот приказ и выбросить его в море.

– Цыц, красотка! А не то я сделаю так, что тебе никакой Лягушонок не поможет! Думаешь, я не вижу, как он на тебя смотрит?

Фьора умолкла и отступила назад.

Пробило семь склянок, когда капитан Дюрасье, сидевший в своей каюте на фрегате «Эксепсьон», услышал стук в дверь.

– Войдите.

На пороге показался солдат в форме венецианского гвардейца. Он держал в руке свернутую в трубку бумагу, с которой свисала печать посла-губернатора острова Крит.

– Ваше превосходительство,– сказал венецианец,– сеньор Гвиччардини, посол-губернатор острова Крит, просит вас немедленно прибыть в его дворец для личной аудиенции.

Посланник протянул бумагу капитану Дюрасье, который, внимательно прочитав ее, отложил в сторону.

– Странно... Почему такая спешка? Сеньор Гвиччардини не объяснил?

Солдат вытянулся в струнку.

– Не могу знать, ваше превосходительство.

Дюрасье махнул рукой.

– Хорошо. Вы можете идти.

Однако солдат по-прежнему стоял в дверях.

– Что-то еще?

Посланец венецианского губернатора кивнул.