Флорентийка и султан - Беньи Жаннетта - Страница 92

– Тогда вам не следовало становиться воином. Нужно было учиться торговать, а не скакать на коне.

– Это все мой отец виноват. Гони деньги. Похоже, что бедная женщина не выдержала, потому что через окно до Тамаша, который слушал этот разговор, затаив дыхание, донеслись ее рыдания.

– Все, что у меня есть – это золотой браслет, оставшийся по наследству от матери. Заберите его, если у вас такая черная душа.

– Браслет? Сгодится и браслет. Давай сюда. Дура, тебе надо было взять деньги с этого моряка. Я-то думал, что он расплатился с тобой. Ладно, в конце лета я наведаюсь еще раз, и тогда не вздумай мне сказать, что у тебя нет денег. Какой-нибудь вельможа в Буде или Пеште приберет к рукам этот островок. Здесь так мило и тихо. Может быть, ты угостишь меня своей родниковой водой? А еще лучше – позови Альмиру. Пусть она проводит меня.

Услышав приближавшиеся к порогу дома шаги, Тамаш быстро спрятался за угол.

Дверь распахнулась, и во двор, вытирая на ходу заплаканные глаза, вышла Тимиа.

– Альмира,– позвала она,– проводи господина Егерцаля к роднику.

Спустя несколько мгновений, на тропинке показалась стройная фигура девушки.

– Мама, но господин Егерцаль и сам знает, где родник.

– Не перечь мне! – нервно закричала на нее мать.– Делай, что тебе говорят.

Следом за ней из дому вышел, довольно потирая руки, сам Кристиан.

– Альмира, ну что же ты,– укоризненно сказал он.– Ведь мы же с тобой почти жених и невеста. Или ты стесняешься меня?

Направляясь к девушке, Кристиан едва не столкнулся с Тамашем Запольяи, который вышел из-за сарая.

– Благодарю вас, господин... э... моряк...– небрежно сказал молодой человек.– Но вам не понадобится больше ждать меня. Пожалуй, я еще немного задержусь. Счастливого плавания.

Не дожидаясь ответа, он с удовлетворенным видом зашагал по тропинке следом за Альмирой.

И хотя Тамаша уже больше ничего не задерживало на этом острове, он все-таки решил еще ненадолго остаться.

Тимиа стояла у порога своего дома, с ненавистью провожая взглядом фигуру, как оказалось, непрошенного гостя. Тамаш сочувственно спросил:

– Почему этот молодой негодяй вымогает у вас Деньги?

Тяжело вздохнув, Тимиа отвернулась.

– Я не хочу говорить об этом.

Но Тамаш настаивал.

– И все-таки? Похоже, что вы знакомы гораздо ближе, чем может показаться с первого взгляда.

Тяжело вздохнув, женщина опустилась на срубленное дерево, которое заменяло здесь скамейку.

– Да, все не так просто,– неохотно ответила она.– Боюсь, что этот крест мне придется нести до самого конца своей жизни.

– Так что же случилось?

Еще немного поколебавшись, Тимиа начала свой рассказ.

– Когда-то давно мой муж и отец Кристиана были хорошими знакомыми. Они вместе служили на границе в Трансильвании, и однажды в бою с турками господин Тодор Егерцаль, который командовал пограничной заставой, спас жизнь моему покойному супругу.

Тимиа не выдержала и расплакалась. Тамаш хотел уже было прекратить расспросы и уйти, но, быстро успокоившись, женщина продолжила:

– Мой бедный муж... как мы любили друг друга,– она снова всхлипнула,– ... поклялся на святом кресте, что всегда будет помогать Тодору Егерцалю и всем его детям до конца своих дней. Ведь он и вправду был обязан жизнью Тодору. Тодор – честный воин, но его сын... Он любит только себя. По-моему, он ненавидит своего отца за то, что тот заставил стать его солдатом. Не знаю, какой из него получится воин... Это началось несколько лет назад, когда Кристиан с отцом случайно высадился на этом острове и встретил здесь нас. Кристиан узнал о клятве, которую дал мой муж, и сразу же принялся тянуть из нас все, что мог. Вы же сами видите, как бедно мы здесь живем. Но он не брезговал даже козленком или парой кур.

Тамаш удивленно пожал плечами.

– Но ведь вы ничем не обязаны ему. Почему вы его не прогоните?

Женщина немного помолчала.

– Кристиан Егерцаль стал важным господином. Он офицер в «черном войске», а его отец, действительно, один из приближенных короля. Стоит Кристиану сказать о том, что мы живем на этом острове, и какой-нибудь вельможа или епископ обязательно захочет забрать его себе.

– Но ведь у них и так достаточно земель. Церкви принадлежит половина лесов и полей Венгрии. Разве им мало?

Тимиа с горечью посмотрела на Тамаша.

– Конечно, мало. Разве вы знаете хоть одного богача, который отказался бы от лишнего мешка золота? Мы живем на ничейной земле. Этот жалкий кусочек земли ничего не стоит по сравнению с владениями какого-нибудь князя, но и на наш остров обязательно найдется охотник. Да что далеко ходить. Даже сегедский воевода, прознав о том, что мы здесь живем, не имея на это права, сразу же распорядился выгнать нас отсюда. И тогда мы с дочерью совсем останемся без крова. Останется только в монастырь уйти.

Она умолкла, отрешенно глядя куда-то вдаль.

– А как же Альмира? Ведь она так молода. Тимиа удрученно покачала головой.

– Если моя дочь выйдет замуж за этого негодяя, то я буду виновата перед ней до гробовой доски. Это моя ошибка, но у меня не было иного выхода. Когда мы переселились на этот остров, у нас не было ни еды, ни крова. Именно в этот момент здесь и появились Тодор Егерцаль и его сын. Я умоляла Тодора помочь нам и обещала, что выдам свою ненаглядную Альмиру за его сына. Ведь тогда я не знала, что он такой мерзавец. Уже потом, после того, как Кристиан стал вымогать у нас деньги, я поняла, что совершила... Именем Христа я умоляла его позабыть об этом обещании и отказаться от Альмиры. Ведь он сын вельможи и может найти себе жену побогаче и знатнее, я даже уверена в том, что он никогда не женится на Альмире. Но всякий раз он продолжает угрожать мне именно этим... Да, это моя вина.

Тамаш сочувственно вздохнул.

– Значит, вот почему он так свободно и уверенно ведет себя здесь. Как боярин среди собственных крестьян. Неужели ничего нельзя сделать?

Тимиа медленно покачала головой.

– Наверное, нет. Кристиан знает, что нам с дочерью некуда деваться. Единственное, что у нас осталось – это хижина на острове, несколько коз и пара десятков кур. Если я не буду ему платить, то он лишит нас и этого. Ему ничего не стоит. Тамаш кивнул.

– Я, кажется, даже догадываюсь, кому может достаться этот остров.

– Кому же?

– Это очень богатый купец и ростовщик. Его имя хорошо известно в Сегеде и его окрестностях.

– Как же его зовут?

– Тем же именем, что носит моя баржа – Иштван Жигмонд. Вы ведь слыхали – он дальний родственник Егерцалей. Несмотря на свои огромные богатства, Жигмонд жаден до неимоверности. Он с удовольствием захапал бы любой свободный кусок земли. Пусть это даже будет каменистая скала, на которой не растет ни одного деревца. Он, наверняка, сумел бы выжать из нее выгоду. Уж я-то хорошо его знаю. Именно он хозяин моей баржи.

Тимиа сокрушенно развела руками.

– Наверное, так оно и будет. Ведь у нас нет денег, чтобы платить ему. А его аппетиты не уменьшаются. Он требует с нас все больше и больше и появляется по несколько раз в год. Но знаете, что самое страшное, господин? Сдается мне, что этот Кристиан Егерцаль, несмотря на то, что получил назначение в сегедский гарнизон, на самом деле служит туркам.

От изумления глаза у Тамаша полезли на лоб.

– Что?

– Боюсь наговаривать,– Тимиа перекрестилась,– но я уже несколько раз видела, как его парусный баркас встречался в одной из здешних проток с турецким кораблем.

– Вы не ошиблись? Это, действительно, были турки? Может быть, вы приняли простых рыбаков за басурман?

Тимиа уверенно возразила:

– Нет, это не были рыбаки. Уж рыбацкие-то суда я знаю. Они здесь часто появляются. Это были турецкие шпионы. Слава богу, что они хоть нас не трогают. У них такое небольшое судно под желтым треугольным парусом. Я даже успела заметить, кто ими командует. Тамаш на мгновение задумался.

– Уж не высокий ли турок в расписной чалме и белом халате?