Первые шаги (СИ) - Кузмичев Иван Иванович - Страница 70

-Ты знаешь, что наш государь привез из своей поездки в Европу много всего нового,– начал царевич.– В том числе он привез семена одного растения, которое называется картофель.

-Да, Ваше Высочество, я что-то слышал о нем, но говорят, что этот картофель ядовит и к тому же на нем нет того, что можно есть,– скептически сказал купец.

-Да, на нем нет, никто и не говорит, что картофель надо собирать сверху. Все что необходимо с него собирать находится под землей, Борис, как у репы, только репа одна, а картофеля, много и находится он чуть немного пониже под землей, чем репа,– пояснил купцу цесаревич.

-Не знаю, Ваше Высочество, картофель, это ведь не по старине,– с сомнением проговорил купец.

-А вот это Борис, уже не твое дело. Ты должен взять на себя обязательство не только вырастить столько картофеля, сколько я скажу, но и распространить его среди тех деревень и сел, на которые я укажу. При этом они должны знать и понимать, как его выращивать,– улыбнулся царевич.

-Но, Ваше Высочество, как я смогу все это сделать, если даже в глаза его не видел, этот картофель…

-К вам на время будет приставлен один из тех крестьян, который уже начал выращивать картофель, и он знает, как и что делать. С вас же будет требоваться одно, поддержка его начинаний и облегчение распространения картофеля в народе.

-Допустим, я возьмусь за это дело, Ваше Высочество, но как я смогу получить выгоду от всего этого, если люди не знают о том, что этот самый картофель можно есть?– спросил купец.

-Я от своего имени буду выплачивать тебе ту сумму, на которую ты вырастишь картофеля, проще говоря, я буду его скупать у тебя целиком и полностью. Скажу сразу, в деньгах ты нуждаться не будешь. Да и прочий люд не будет тебя обижать,– сказал царевич Алексей.

-Как же так, Ваше Высочество? Я ведь в Воронеже живу,– спросил Борис Митрофанович.

-Для того чтобы заняться этим делом, тебе надо будет перебраться сюда, в Рязань,– ответил царевич.

-Но я не могу так сразу ответить вам, Ваше Высочество,– растерянно прошептал купец, ничего толком не понимая.

-Я все прекрасно понимаю, Борис, поэтому и не жду ответа прямо сейчас, даю тебе три месяца на то, чтобы дать мне окончательный ответ,– спокойно сказал Алексей Петрович.– Но помни, что рядом со мной тебе будет безопасно, да и чего скрывать «сытно». Не подумай, что я угрожаю, ни в коем случае просто ты сам знаешь, что еще совсем не так давно в Москву пришлось вводить войска, чтобы выгнать оттуда ворье и разбойников. И это в столицу! А что может твориться в остальных городах Руси-матушки, я могу только догадываться. Так что думайте…

-Да, пожалуй, цесаревич действительно был прав,– вновь повторил свои слова купец, замечая, как падает прогоревший этаж дома.

Постояв около суетящейся прислуги, Борис Митрофанович пошел к куче вещей, много выросшей с первых минут пожара. Покопавшись в ней, купец достал маленькую аккуратную шкатулку, сделанную каким-то умельцем из малахита, открыл ее, единственным ключом, всегда носимым с собой на шее. Алые отблески огня осветили небольшие свитки бумаги, сложенные внутри шкатулки. Здесь лежало все богатство купца, то, что не пропадет от пожара, и не сломается то, что так легко можно потерять, в случае утери этой шкатулки…

От мыслей Бориса Митрофановича отвлек громкий крик в паре кварталов от его дома, следом за которым раздались пара выстрелов, тут же сменившихся чередой ругани и угроз.

-Да, определенно цесаревич был прав,– в третий раз повторил купец, убирая шкатулку к себе под шубу.

В ночи, освещенной пожаром, завыл одинокий волк, неизвестно как оказавшийся вблизи Воронежа…

*****

Середина марта 1709 года от Р.Х.

Лесной хутор близ Рыльска.

Прошло полтора года, с тех пор как шайка Корзня напала на какого-то дворянина, а потом едва ушла от погони, словно банный лист к одному месту, прицепившаяся к работникам ножа и топора. Не многим удалось пережить тот месяц, из более двух десятков подчиненных у Корзня осталось только семеро, из которых трое было сильно раненых. И только один из этих троих смог выкарабкаться с того света, остальным же повезло много меньше, поэтому их тела так и остались в паре верст от лагеря разбойников. Благородство и забота о ближнем своем не в чести у людей данной профессии.

Но как бы то ни было, работодатель не обманул старого десятника и тех денег, которые он получил после хорошей взбучке за фактический провал своей задачи, хватило на то, чтобы на полгода залечь на дно и «зализывать раны», попутно подбирая новых подчиненных. А спустя шесть месяцев в халупу Корзня вошел до боли знакомый лакей Его Светлости, принесший письмо от своего хозяина, запечатанное плохеньким сургучом.

В отличие от многих людей, Корзень прекрасно понимал, что начальные навыки письма и чтения нужны, и от них отказывать, не только глупо, но и опасно для жизни, ведь встречаться зачастую со своим столь влиятельным информатором и покровителем ему было нельзя. Поэтому еще на заре своей разбойничьей жизни главарь шайки разбойников пару месяцев изучал премудрости грамоты от присланного к нему Его лакея, который в последствии и стал тем связующим звеном, которое передавало наводки по караванам и проезжим купцам.

Вот и за прошедший год, банде Корзня «повезло» пощипать тройку купчин и один небольшой караван. Правда большую часть добычи пришлось отдать своему покровителю, но и того что осталось хватило шайке на безбедную жизнь чуть ли не на весь год, да и разрослась она за год чуть ли не до четырех десятков человек. Конечно, часть из них постоянно «меняется» в силу специфики разбойничьей жизни, но ведь пополнение в рядах банды Корзня происходит постоянно.

Сейчас глава разбойников сидел в полутемной комнате своего дома и размышлял о том, что если через недельку не появится возможность «заработать» денег, то вполне возможно, что его прирежут в собственной постели. Раньше такие прецеденты уже были, правда, в других бандах, но ведь мысли у разбойничков очень даже схожие.

«Мда, так меня самого к дереву скоро привяжут,– грустно усмехнулся Корзень, смотря, как догорает лучина на окне».

Недавно, один из пришлых человечков, попытался организовать переворот, за что и поплатился. Участь быть привязанным зимой на морозе к стволу дерева охладила ненадолго пыл зарвавшихся разбойников, но если так дела пойдут и дальше, то попытка переворота может и удастся, а это для Корзня черева то одним – смертью.

-Пошли вон, дети шелудивого пса!– раздраженно крикнул в дверь Корзень, услышав, как кто-то ругается в прихожей его дома.

Тихонько постучав в дверь, к атаману вошел молодой слуга из новеньких.

-Голова, там к тебе человек какой-то пришел, к тебе пройти хочет,– почтительно сказал прислужник.

-Какой еще… зови!– не понял сначала главарь банды, но потом до него дошло, кто мог к нему прийти в столь неурочное время.

-Привет, Корзень, давненько не виделись,– поприветствовал главаря банды вошедший человек.

-И тебе не хворать Ерема. Как здоровьице? Не болеешь? А то ведь в твои то годы, по лесам шастать не с руки,– улыбнулся Корзень щербатым ртом.

-Спасибо за заботу о животе моем, все хорошо. А про годы ты зря упомянул, я как никак по моложе тебя буду, так что насчет шастанья по лесам тебе самому надо вопросик задать,– возвратил улыбку гость вожака банды.

-Так зачем ты сюда пришел, Еремей? Ведь не для того, чтобы я тебе здравица пожелал,– перешел к делу Корзень.

-Да, не за этим. Хозяин послал, весточку тебе передать,– усмехнулся Ерема, критически оглядывая жилище хозяина дома.

-Так давай послание, и присаживайся, не стой столбом,– протянул руку Корзень к посланнику.

-Пожалуйста,– отдал запечатанное письмо Еремей, усаживаясь на подобие кресла напротив главаря.

-Так, хм… интересно… даже так… ага, ага,… а вот и дело…– читал Корзень не шибко быстро, да к тому же сопровождал каждое прочитанное предложение своими междометиями и словами, будто вел до крайности скудный разговор с неизвестным собеседником.