Кукла из темного шкафа - Данилова Анна - Страница 19

Даже тут, на втором этаже, была слышна музыка, которая звучала внизу, в кафе. Если бы не она, то впечатление от кухни было бы куда более мрачным. Кроме того, в окна кухни било солнце, а его свет тоже несколько смягчал производимый на непрошенного посетителя этого явно коммунального «музея» удручающий эффект.

Сергей искал телефон. Он вышел из кухни и прошел по темному, пахнувшему кошками коридору и увидел несколько дверей. Но все были закрытыми. Тогда он постучал в одну из них. И тут же услышал жизнерадостный, веселый женский голос:

– Люда, это ты?

Сергей напрягся. Нет, он не Люда. Он хотел было уже постучать в соседнюю дверь, как послышался звон ключей и дверь, за которой только что прозвучал женский голос, начала отворяться. Сергей, забившись в темный угол так, чтобы его невозможно было разглядеть, затаил дыхание.

– Кто здесь? – спросила женщина. Ее рыжеватые кудри загорелись в солнечном луче, пробившемся из комнаты.

И тут случилось невероятное. Сергея вдруг повело, и он чуть не выпал из своего закутка.

Женщина вскрикнула, открыла пошире дверь и спросила, увидев его:

– Мальчик, ты кто?

– Мне плохо… – Сергей уже ничего не соображал, держась за живот.

– Ба-а… Да ты весь зеленый. Что с тобой?

– Мартини…

Это было последнее, что успел сказать Сергей, перед тем как провалиться в освещенную солнцем, пахнущую травами и кошками муть…

Света первая увидела Никитку, сидящего за столиком, и сначала не поверила своим глазам.

Он, подперев кулачками щеки, почти спал перед тарелками с едой. Но больше всего Свету поразили рюмки и фужеры, заполненные разного цвета жидкостями.

– Саша, смотри…

И Дронов, собравшийся в это время уже обратиться к бармену, оглянулся. Увидев Пузырька, он замотал головой, словно отгоняя галлюцинации.

– Что за черт? – Он подошел к Никитке и тронул его за плечо. – Пузырь, что с тобой?

Никитка открыл сонные глаза, но, увидев склоненного к нему Дронова, замотал головой, приняв его за привидение, и, воскликнув «Чур меня!», замахал руками.

– Ты что здесь делаешь? Откуда столько еды? А это что, вино? Водка? Да ты можешь мне что-нибудь объяснить или нет? – задавал почти в пустоту вопросы Саша.

– Мы работаем, – глухо ответил наконец Пузырек и многозначительно подмигнул. – Мы тут с Серегой. Он пошел в туалет… – Никитка снова подмигнул. – Понимаешь? В ту-а-лет.

– Я так думаю, что он где-то рядом… – сказала Света. – А что, если он в опасности? Мне кажется, это кафе – настоящее осиное гнездо. Ты посмотри только на лицо бармена: он же явный бандит! И отсюда звонила моя мама?

– Так. Стойте. Я сейчас подойду к нему и спрошу, не видел ли он здесь твою мать, – заговорил Саша.

– Не видел, – ответил ему за бармена Пузырек заплетающимся языком. – Горностаев его уже спрашивал. Кстати, Тихомиров живет в этом же доме, на втором этаже. – Никитка перешел на шепот: – Серый за ним и пошел. Но вся еда уже остыла, а его до сих пор нет…

И не успел он договорить, как в дверях кафе возник знакомый силуэт – Людмила Николаевна!

Ребята, как по команде, пригнулись к столу, чтобы она их не заметила.

Между тем Людмила Николаевна, решительно подойдя к стойке бара, остановилась, поставила на пол рядом с собой большой бумажный пакет, с которым пришла, и что-то сказала бармену. В результате после недолгих переговоров на стойке бара появился термос. Большой, в каких возят на пикник горячую еду. Улыбаясь, Людмила Николаевна сердечно поблагодарила бармена за что-то, вполне вероятно, что за этот самый термос. После чего забрала его и скрылась где-то в глубине кафе.

– Интересно, куда она пошла? – Сашка, глядя ей вслед, качал головой. Он отказывался что-либо понимать. – Ребята, вам не кажется странным, что все дороги и следы ведут в это самое кафе? Все нити расследования – Тихомиров, «музейщик», с которым я сегодня разговаривал по телефону и который принял меня за Григория какого-то Григорьевича…

– Ты не о том думаешь! – перебил Дронова Пузырек. – Серого надо спасать. Он уже сто лет тому назад зашел куда-то в подсобку, и его до сих пор нет. Предлагаю отправиться за ним. Без него я отсюда – ни ногой. Вот только отлучусь на минутку, а то я три бутылки выпил: фанту, спрайт… – Никитка даже договоривать не стал и сорвался с места.

И в ту же минуту к Дронову со Светой подошел бармен. Он как-то странно посмотрел на ребят, но затем все-таки спросил:

– Вы с ними? – явно имея в виду Горностаева с Пузырьком.

– Разумеется, – сказала Света. – Вот только наш друг куда-то пропал. Скажите, а куда ведет вон та дверь?

– В подсобку. Но туда посторонним вход запрещен.

– Как же вас понимать? Вот только что сюда зашла женщина, и она спокойно вошла именно в ту дверь. Может, с нашим другом плохо? Вы случайно не отравили его?

– Во-первых, женщина, которую вы видели, не посторонняя. Она – хозяйка этого дома.

– Хозяйка кафе?

– Да нет же! Она, повторяю, хозяйка дома. Владелец кафе, мой хозяин, арендует у нее первый этаж. А она со своими братьями живет на втором этаже. Теперь понятно?

– А что же ваш хозяин не выкупит у нее первый этаж? – спросил Дронов, у которого в голове не укладывалось, что докторша Людмила Николаевна может быть собственницей особняка в центре Москвы.

– Она не соглашается. Дело в том, что даже за аренду она получает такие «бабки», что ей ничего не стоит купить себе еще пару квартир.

Пришел Никитка. Он с удивлением обнаружил, что бармен разговаривает с его друзьями совсем не так, как раньше с ним. «Вот что значат хорошие чаевые!» – подумал он, вспоминая, как этот же бармен встретил их с Серым.

– Мы должны пройти через подсобку, чтобы найти там нашего товарища, – опомнился вдруг Сашка. – Пожалуйста, пропустите нас.

– Но я не могу. Если хотите, то я сам лично пойду и поищу его.

Дронов пожал плечами. А бармен, которому стало понятно, что без того худого светловолосого якобы «крутого» парня эта ребятня все равно отсюда не уйдет, повздыхал-повздыхал да и отправился на его поиски.

Пользуясь его отсутствием, Дронов решил съесть нетронутые блюда, которых было так много, что даже при всем желании и вчетвером они бы все их не одолели.

– Пузырек, ты мне скажи, с чего вдруг вы с Серегой решили съесть полкафе? Вам что, деньги девать некуда?

– Этот хмырь выгнал бы нас, не сделай мы дорогой заказ. Вот и пришлось набирать на пятьдесят баксов, чтобы зауважал, – стал оправдываться Никитка. Честно сказать, он не знал, как еще объяснить этот поступок Горностаева, потому что и сам прекрасно понимал, что они явно переборщили, заказав столько спиртного. Да еще и самых дорогих сигарет взяли.

Перекусив, ребята выпили по стакану воды и стали ждать возвращения бармена с Горностаевым.

И вдруг через окно кафе они увидели Сергея. Тот сидел на цветочной тумбе в позе мыслителя и, казалось бы, напрочь забыл, зачем он здесь, в самом центре города, оказался. Рядом с ним стояла высокая девушка в черном платье. Она ему что-то говорила, пробовала взять его под локоть и поднять, но он никак не реагировал на ее попытки и лишь вяло отмахивался. Тогда девушка пожала плечами и стремительно направилась к светофору.

– Серый! – с одним и тем же воплем ребята втроем, сорвавшись с места, выскочили из кафе и бросились к Горностаеву. – Серый, ты откуда? Где ты был?

– Мальчики, да на нем же лица нет, – охнула Света. – Посмотрите, он весь позеленел. Что с ним такое?

– Я знаю, что с ним, – буркнул Дронов. – Он отравился. Переел или перепил. Они оба с Никиткой просто сошли с ума! Разве можно было пробовать да тем более мешать все эти алкогольные напитки? Детский сад прямо какой-то!

Света присела на корточки, чтобы заглянуть в лицо Горностаеву.

– Его нужно срочно отвезти домой.

– Я сейчас немного посижу, и мне станет лучше, – вдруг подал голос сам Горностаев. – Нам надо отсюда сматываться. В этом доме живут колдуны. У них травы на стенах сушатся. Внутри темно и пахнет кошками.