Адская закусочная Джила - Мартинес А. Ли - Страница 30

— Здорово. Надеюсь.

— Что-то не так?

— Но ведь я по-прежнему буду мертвой.

Эрл кивнул.

— И какая мне разница? Куда я смогу пойти в таком виде? Нет, конечно, мне надоело постоянно сидеть на одном месте, и спасибо тебе за заботу. Но с другой стороны, что это изменит? Что я смогу делать? Куда пойти?

Эрл глубоко вздохнул.

— Ты могла бы пойти со мной, — произнес он дрогнувшим голосом, но Кэти, кажется, не заметила. — То есть, если ты не против.

— Ты серьезно?

— Ну да.

— А Наполеон? Ему можно со мной?

Терьер-призрак тотчас навострил уши и тявкнул. Эрл не горел желанием таскать за собой навязчивого пса, пусть даже эктоплазмического. Но как он мог отказать Кэти? Попроси она его остаться, чтобы полюбоваться рассветом, он бы с готовностью откликнулся на ее просьбу.

— Можно.

Кэти от радости бросилась ему на шею. Эрл невольно отпрянул. В результате равновесие было нарушено. Могильный камень, лишившись опоры, рухнул, и они вдвоем полетели на землю. Закончилось тем, что Эрл распластался животом вверх на земле, а поверх него лежала Кэти. И хотя духи почти невесомы, тем не менее она давила на него массой двухтонного сейфа. У Эрла перехватило дыхание, что тоже сущая бессмыслица, потому что, как известно, воскрешенные, не дышат. И он, и она расхохотались. Кэти — первая, а за ней и Эрл. Он положил ей на плечо руку, помогая подняться, однако в результате лишь еще плотнее прижал к себе.

А затем их губы слились в поцелуе. Это был долгий, теплый поцелуй, который, казалось, длился целую вечность, и вся равно его не хватило для полного счастья. В принципе, поцелуй этот мало чем отличался от поцелуя с живым человеком, если бы не легкий привкус, который он оставил после себя. Привкус роз, утренней росы и, как ни странно, газировки «Доктор Пеппер».

— Ух, ты! — улыбнулась Кэти.

Эрл догадывался, что в это мгновение расплылся в идиотской ухмылке, но ничего не мог с собой поделать.

— Это было так… приятно, — произнесла Кэти.

— Точно, — согласился он, и ухмылка на его физиономии стала еще более идиотской. Казалось, рот вот-вот отвалится от его лица. — Приятно.

Наполеон гавкнул.

Где-то рядом раздался щелчок — так щелкать может только пивная банка, когда ее открывают. Эрл заглянул через плечо Кэти. Дюк стоял всего в паре шагов от них.

— Эрл! — обратился к нему оборотень. — Может, представишь меня своей подружке?

— Черт! — раздраженно буркнул вампир.

Кэти вскочила на ноги и, сияя улыбкой, протянула незваному гостю руку. Будучи привидением, она уже забыла, когда в последний раз общалась с людьми.

— Привет, меня зовут Кэти.

Дюк не протянул в ответ руки.

— Ему нельзя прикасаться к тебе, — пояснил Эрл, присаживаясь. — Потому что он оборотень, а не вампир.

— Он волкочеловек? Правда?

— Человек-волк, — поправил ее Эрл. — Волкочеловек — это один идиот, у которого была проблема с растительностью на лице, и он бегал по Трансильвании и грабил бедных цыган.

— Ой, прошу прощения, я не знала.

Кэти со смущенной улыбкой пробежала пальцами по волосам.

— Да ладно, с кем не бывает.

Дюк достал из упаковки, которую держал под мышкой, очередную банку и кинул ее другу прямо сквозь бестелесный силуэт Кэти. Но руки у Эрла оказались дырявые, и банка, отскочив от коленки, покатилась по земле.

— Я думал, ты завязал с этим делом.

Дюк залпом выдул пиво и скомкал в руке жестянку.

— Продумаешь, пара банок.

Он зашвырнул пустую жестянку в кусты и открыл новую.

Эрл вытер землю со своей банки.

— Кэти, это Дюк, мой старый приятель.

— Так вы и вправду оборотень?

— Угу.

— И вы с ним друзья?

— Типа того, — слегка неуверенно ответил Эрл.

— Здорово. Мне всегда казалось, что оборотни и вампиры терпеть не могут друг друга, — усмехнулась Кэти. — Впрочем, раньше я вообще не верила в существование ни вампиров, ни оборотней. Даже когда умерла, я как-то не задумывалась на эту тему. Мне казалось, что даже если призраки существуют, это еще не доказательство тому, что существуют и… другие вещи.

И она вновь расплылась в улыбке.

— Вы уж меня простите, наверно я несу чушь. Просто отвыкла от общения. То есть, я хочу сказать, мне всегда казалось, что оборотни и вампиры не ладят между собой. Не знаю почему, но у меня всегда было такое впечатление.

— Почему-то так часто думают, — произнес Эрл.

Родство душ с животными распространялось у Дюка не только на живых, но и на мертвых псов. Наполеон примостился рядом с оборотнем и преданно уставился ему в глаза. Поскольку другие проявления любви исключались, он был счастлив просто побыть рядом с Дюком.

Оборотень опустился на одно колено и ласково потрепал пса по спине. Терьер игриво куснул его за пальцы.

Кэти подплыла к ним и взяла Эрла под руку. Впервые за все время он почувствовал себя неловко в ее обществе. Нет, сказать по правде, в ее обществе он всегда чувствовал себя неловко, но сейчас это была неприятная неловкость. Впрочем, она тут ни при чем. Это все Дюк.

Оборотень сверлил его взглядом, в котором читалось «мне известно даже больше, чем тебе», отчего вампиру стало не по себе. Дюк был не любитель бросаться словами, но Эрл и без того всегда знал, что он думает. То есть, почти всегда. Ведь порой Дюк мог глянуть так, что не знаешь, что и думать. Эрлу почему-то казалось, что в такие загадочные моменты Дюку открывались некие секреты мироздания, которыми, однако, он не желал ни с кем делиться.

И вот опять этот взгляд, что жутко действовало вампиру на нервы, тем более что оборотень даже не смотрел на него, а играл с псом, делая вид, будто вообще ни о чем не думает.

— Дюк, можно с тобой секундочку поговорить? — Эрл поначалу даже вымучил вежливую улыбку, но под конец фразы нахмурился. — Наедине?

— Какие проблемы!

— Извини, мы сейчас отойдем на минутку. — Он пожал Кэти руку и нехотя отпустил. — Скоро вернусь.

— Приятно было познакомиться с вами, Дюк.

Оборотень лишь тряхнул головой.

— Как-нибудь еще увидимся.

Эрл повел его к воротам кладбища. Вскоре они вышли на дорогу. Ради Кэти он нацепил на физиономию деланную улыбку.

— Как ты узнал, где меня искать? — поинтересовался он у оборотня.

— Пара пустяков. Закусочная отсюда через дорогу. Тем более что прошлой ночью от тебя воняло эктоплазмой.

— Черт! — Эрл позабыл про чувствительный шнобель своего приятеля. Дюку ничего не стоило унюхать даже бесплотное привидение.

— Ну, ты поганец! И сколько ты там стоял?

— Столько, сколько нужно. Значит, девчонка тебе нравится?

— Ну да, нравится, что в этом такого? Или ты против?

В ответ оборотень лишь насмешливо скривил губы. Эрл не знал, что и думать, и от этого его зубастая улыбка делалась еще шире.

— И знаешь, что я тебе скажу? Я ей тоже нравлюсь. Я. Как тебе это?

— Никак.

Они еще пару секунд постояли молча.

— Ты гаденыш, — наконец не выдержал Эрл. — Ты почему со мной так обошелся?

— Я ничего тебе не делаю.

— Скажи это кому-то другому.

— Эй, полегче, дружище. Твоя подружка наблюдает за нами.

Кэти стояла на краю кладбища. Она улыбнулась и помахала Эрлу рукой. Тот улыбнулся ей в ответ.

— Я знаю, что ты думаешь, Дюк. Ты думаешь, что я веду себя как последний дурак. Что эта девушка слишком хороша для такого, как я. Что не будь она привидением, а я вампиром, она бы даже не посмотрела в мою сторону.

— Ты считаешь, что я так думаю?

— Представь себе. И знаешь, что я тебе скажу, ты, жирный сукин сын? Ты прав. А знаешь кое-что еще? Мне наплевать. Я ей нравлюсь. Она мне нравится. И она едет с нами. Ну, как тебе это?

И Эрл одарил колючим взглядом подбородок оборотня. Заглянуть ему в глаза он не осмелился. С другой стороны — поднять глаза выше означало признать физическое превосходство вампира. Нет, конечно, Дюк выше и крепче его телосложением. При желании этому громиле ничего не стоит оторвать ему, бедному вампиру, руку и засунуть в глотку по самый локоть. Ладно, будем надеяться, что этого не произойдет. По крайней мере при Кэти.