Призраки истории. Книга 2 - Кульский Александр - Страница 29

"Эксперимент" 1917 года никогда до этой даты не проходил мысленной проверки. Да он бы её и не выдержал. Провалился бы с шумом и треском! Это, между прочим, не могли не понимать сами «повара» переворота! Уж для этого у них мозгов, безусловно, хватало. Они спорили и друг с другом. И всё равно, сознавая что делают, пошли на это, как только представилась малейшая возможность. Никогда, "до дней последних донца" не простят им этого люди! И, ни в коей мере не пытаясь оправдать одержимых «классиков», мечтавших раздуть пожар (и таки раздувших его), автор этих строк всё же ещё раз хотел бы попытаться хоть как-то ответить на вопрос: зачем, кому это было нужно, по чьей воле?! Кто их вдохновлял и поддерживал? Откуда, например, из какой такой бездны черпал свою уверенность Энгельс, когда изрекал тезис о "железной необходимости" того, что природа уничтожит своё высшее творение на земле — человека?

В чьей поддержке был так уверен Ульянов-Ленин, когда приказывал уничтожить тысячи священнослужителей? Грабить и разрушать церкви?

Или тот же Троцкий, который (дорвись он до настоящей власти) своими репрессиями многократно превзошёл бы сталинские? Некоторые, правда, пытаются всё свалить на масонский заговор. Но ведь по российскому масонству после 1917 года жесточайшие удары наносились непрерывно!

В своём замечательном эссе "Утро Магов", Повель и Бержье пишут о том, что в самом начале нашего столетия Джон Бьюкенен в 1910 году написал удивительный роман, озаглавленный "Энергетический центр". В нём шла речь о том, какая это, в сущности, хрупкая вещь — человеческая цивилизация. И более того, что любая цивилизация — это молчаливый договор!"…Я говорил: предположим, что анархия научилась у цивилизации и стала международной…

Существуют гигантские антисоциальные умы…Допустим, они презирают Машину: достаточно Энергетического центра, чтобы началась эра чудес"…

Да, безусловно, Бьюкенен что-то знал, или чувствовал, или слышал. Во всяком случае, он предвидел шаткость уютного предвоенного мира. Но действительность, как это обычно и бывает, далеко превзошла воображение.

Глава 15. "ТРОПА ВЕДЁТ В ТИБЕТ"

Славянские волхвы вели тайные, неспешные беседы с друидами среди чащоб европейских лесов. Они преодолевали пески пустынь и впитывали знания египетской древности. Конец XIX века охарактеризовался повышенным интересом России к загадочному сердцу Азии. Но интерес этот был отнюдь не односторонним.

В последней трети XIX века в Санкт-Петербург из Тибета прибыли братья Бадмаевы. Один из них был лама, а второй — знаток Тибетской медицины. Они открыли в столице первую тибетскую аптеку. С 1875 по 1892 гг. через эту аптеку прошли почти 250 тысяч пациентов, за что императором Александром III Петру Бадмаеву было пожаловано звание надворного советника.

Приблизившись к высшему свету, Бадмаев вскоре предложил царю план бескровного объединения Российской империи с Китаем, Монголией и Тибетом. Время шло, и в своём письме царю Николаю II от 19 декабря 1896 г. Бадмаев писал: "Моя деятельность направлена на то, чтобы Россия имела на монголо-тибето-китайском Востоке больше влияния, чем другие державы"…

Так или иначе, но в Санкт-Петербурге с Бадмаевым был связан некий высокопоставленный лама Агван Доржиев. Следует заметить, что вскоре прибывшая в столицу тибетская делегация носила странный характер. В 1915 г. в столице был открыт первый на территории России буддийский храм. Его постройка была активно поддержана Н.Рерихом, который ещё в 1909 году был включён Доржиевым в строительный комитет. Доржиев и рассказал Н.Рериху о Шамбале, и о существовании загадочной "долины махатм".

Однако после 1917 года Доржиев, который зачастил к царю, теперь стал играть многолетнюю роль основного посредника между Лхасой и большевистским правительством в Москве.

Доржиев считал "учение великого Гаутамы Будды тождественным в своей основе учению великих Маркса и Ленина", утверждая, что "буддизм есть прежде всего религия атеистическая". Но в последнюю треть XIX века с Тибетом оказалось навсегда связано имя знаменитой русской путешественницы Е.П.Блаватской.

Однажды Блаватская дала Олькотту несколько рукописных листков, сопроводив их вот такой фразой: "Я написала это прошлой ночью "по приказу", но что, чёрт возьми, это такое, я не знаю".

Столь необычным образом началось написание получившей затем всемирную известность "Разоблачённой Изиды", классики оккультной литературы.

За ней через десять лет последовала "Тайная доктрина". Тайная доктрина находилась в руках адептов Тибетского братства. По словам Е.П.Блаватской, Великие Учителя не были божественными существами, однако, как "живущие на земле люди они, по-видимому, достигли столь совершенного состояния бытия, что естественные для обычного человека процессы уже не являлись помехой их существованию. Вознамерившись совершить путешествие, а их никоим образом нельзя было назвать затворниками, их астральные сущности могли покидать их физические оболочки, а затем материализоваться, когда и где они только пожелают…"

Однако помимо явной склонности к учениям Востока, обнаруживалась и некоторая антипатия к христианской церкви и её духовенству. Постепенно выяснилось, что речь идёт о непосредственных контактах с двумя Бессмертными Махатмами — Учителями Мориа и Кут Хуми.

Именно Е.П.Блаватская является основательницей Теософского Общества. Но вот, что по этому поводу говорит С.Прокофьев в своей работе "Восток в свете Запада":

"Рудольф Штайнер написал известному французскому писателю и теософу Эдуарду Шюре:

"…первоначально Е.Блаватская инспирировалась "великими Посвящёнными Запада, которые являются также инициаторами розенкрейцерской мудрости"… В розенкрейцерском духе было основано и Теософское Общество (1875 год) первоначально носившее "ярко выраженный западный (т. е. розенкрейцерский) характер", а потому имевшее своей главной целью служение высшим общечеловеческим идеалам. Однако, в силу своего хаотического характера, недостатка логического мышления и слабого контроля над собственными большими медиумическими способностями, Е.Блаватская смогла выразить в своей книге розенкрейцерскую мудрость лишь в очень несовершенной, а во многом и просто искажённой форме…"

Что произошло? Почему также имевший европейскую известность Рудольф Штайнер, который с большим уважением относился к Блаватской, вдруг выступил резко критически?

Более того, Рудольф Штайнер провозглашает следующий принцип:

"Не существует никакой восточной мудрости, которая не была бы включена в западный оккультизм, и в розенкрейцерском учении и исследовании вы без остатка найдёте всё, чем когда-либо обладали великие мудрецы Востока. Ничто, поистине ничто из того, что можно знать из восточной мудрости, не отсутствует в мудрости Запада. Но существует одно различие, состоящее в том, что мудрость Запада должна собрать все учения Востока, всю мудрость Востока, все восточные исследования и, ничего не потеряв из этого, осветить Тем Светом, который был зажжён в человечестве Импульсом Христа".

Сперва казалось, что это какие-то незначительные разногласия, которые вот-вот сойдут на нет. Однако вскоре последовал разрыв Р.Штайнера с Теософским Обществом и организация Антропософского Общества. Это, как показало будущее, вовсе не были мелкие политические дрязги. Вопрос был очень серьёзным.

В цикле своих лекций 1915 года Р.Штайнер описал весь процесс перехода Блаватской под влияние восточных Посвящённых. Он истолковал этот момент тем, что, являясь развитым медиумом и обладая недюжинными сверхчувственными способностями, из-за своего честного, но неуравновешенного характера Блаватская, узнав многие тайны Западных Братств, в конце-концов стала для них чрезвычайно опасной.

Именно в силу своей неуправляемости и непредсказуемости. Тогда некоторые братства приняли решение применить по отношению к ней (Блаватской) некий метод, именуемый "оккультным пленом". В основе его лежат секретные приёмы церемониальной магии. При этом душа человека на астральном плане помещается как бы в кокон. Все обширные оккультные познания Блаватской больше не могли излучаться в пространство.