Кровавое эхо - Чайлд Ли - Страница 77

– Мы связались с ассоциацией адвокатов. Они сообщили нам, что в Техасе не выдавали лицензию Честеру А. Артуру, – сразу же заявил сержант.

– Я из Вермонта, – ответил Ричер. – Работаю здесь бесплатно.

– Проклятье, вы лжете, – прорычал Родригес.

– Я готов сообщить имена в обмен на разговор, – предложил Ричер.

– С кем?

– Может быть, с вами. Как долго вы служите в полиции?

– Семнадцать лет.

– Что вам известно о пограничном патруле?

– Думаю, достаточно.

– Вы готовы честно ответить на мой вопрос? Не станете ничего утаивать?

– Что вас интересует?

– Вы помните расследование деятельности пограничного патруля, которое проводили двенадцать лет назад?

– Может быть.

– Оно было честным?

Родригес долго молчал, а потом односложно ответил.

– Я вам перезвоню, – сказал Ричер и повесил трубку.

Он повернулся через плечо и спросил у Элис.

– Поговорила с Уокером?

– Он очень занят, – ответила Элис. – И хочет, чтобы мы подождали его здесь. Сейчас он разбирается с ФБР.

Ричер покачал головой.

– Мы не можем ждать здесь – слишком на виду. Нам необходимо перемещаться. Мы отправимся к нему, а потом уедем.

– Нам грозит серьезная опасность? – спросила Элис.

– Ничего такого, с чем бы мы не справились.

Она промолчала.

– Ты встревожена? – спросил Ричер.

– Немного, – ответила она. – А если честно, то очень.

– Так нельзя. Мне потребуется твоя помощь.

– Почему ложь о кольце выбивалась из общего ряда?

– Потому что все остальное было всего лишь словами. Однако я сам обнаружил, что кольцо не является подделкой. Реальный факт, а не слухи. Совсем другое дело.

– Я не понимаю, почему это так важно.

– Потому что я сумел построить свою версию происходящего, а кольцо не укладывается в схему.

– Почему ты так хочешь ей верить?

– Потому что у нее не было с собой денег.

– В чем состоит твоя версия?

– Помнишь цитату из Бальзака? И Маркузе?

Элис кивнула.

– У меня есть еще одна для тебя, – сказал Ричер. – Слова, которые однажды написал Бен Франклин.

– Ты что, ходячая энциклопедия?

– Просто я помню то, что читаю. И то, что сказал Бобби Грир о броненосцах.

Элис бросила на него пристальный взгляд и пробормотала:

– Ты сумасшедший.

– Это всего лишь версия, ее необходимо проверить. Но мы можем это сделать.

– Как?

– Нужно просто подождать и посмотреть, кто за нами придет.

Она ничего не ответила.

– Пойдем отметимся у Уокера, – сказал Ричер.

Они по жаре зашагали к зданию суда. Поднялся небольшой ветер с юга. Ветер нес влагу и тревогу. Уокер сидел один в своем кабинете и выглядел очень усталым. На столе валялись телефонные справочники и бумаги.

– Ну, все завертелось, – сказал он. – Самое крупное дело из всех, что нам доводилось видеть. ФБР и полиция штата, повсюду выставлены посты на дорогах, в воздух подняты вертолеты, мобилизовано более ста пятидесяти человек. Однако надвигается буря, которая может нам сильно помешать.

– Ричер думает, что они прячутся в мотеле, – сказала Элис.

Уокер мрачно кивнул:

– В таком случае мы их найдем. Когда начинается такая охота, им не ускользнуть.

– Мы вам нужны? – осведомился Ричер.

– Думаю, нет. Пусть работают профессионалы. Я отправляюсь домой, чтобы хоть несколько часов поспать.

Ричер оглядел кабинет. Дверь, пол, окна, письменный стол, шкафчики картотеки.

– Пожалуй, мы поступим так же, – сказал Ричер. – Мы поедем к Элис. Звоните нам туда, если мы понадобимся. Или если будут какие-то новости, хорошо?

Уокер кивнул.

– Обязательно, – сказал он.

– Мы вновь будем действовать как ФБР, – сказала женщина. – Это настоящая глупость.

– Все? – спросил водитель. – А ребенок?

Женщина немного помолчала. Она должна была уходить, ведь без стрелка обойтись нельзя. А если придется разбивать команду на две части, ей хотелось иметь рядом высокого парня, а не водителя.

– Ты останешься с ребенком, – сказала она.

– Отмена уровня? – спросил водитель.

Такова была стандартная процедура для тех случаев, когда команда разделялась. Женщина всегда устанавливала отмену уровня. Что означало: ждать наступления определенного времени, а потом, если команда не собиралась вновь, следовало немедленно покинуть место действия, при этом каждый действовал самостоятельно.

– Четыре часа, понятно? – сказала женщина. – И прибери здесь.

Она не спускала с него глаз еще секунду, чтобы убедиться, что он правильно ее понял. Потом присела и открыла молнию на большой сумке.

– А теперь пойдем и закончим дело, – сказала она.

Они проделали те же самые приготовления, что и в случае с Алом Юджином, только теперь все получилось гораздо быстрее, поскольку «форд-краун» был припаркован на стоянке мотеля, а не спрятан в нескольких милях. На парковке стояло всего несколько машин, а людей здесь и вовсе не было, однако полного ощущения безопасности не возникло. Они сняли колпаки с колес и положили в багажник. Потом прикрепили антенны к заднему окну и багажнику. Поверх рубашек надели синие куртки. Рассовали по карманам запасные обоймы. Надели сувенирные бейсболки. Проверили обоймы своих девятимиллиметровых пистолетов и спрятали их в карманы. Высокий светловолосый мужчина уселся за руль. Женщина задержалась у двери мотеля.

– Четыре часа, и не забудь прибрать, – повторила она.

Водитель кивнул и закрыл за ней дверь. Он посмотрел на девочку, лежавшую в постели. «Не забыть прибрать» означало «ничего не оставлять в мотеле, в особенности живых свидетелей».

Ричер взял «хеклер-и-кох», карты Техаса и пакет «Федерал экспресс» из «фольксвагена» и отнес их в дом Элис. Он прошел через гостиную прямо на кухню. Здесь было тихо и прохладно. И сухо. Кондиционер трудился изо всех сил. «Интересно, какие счета приходится оплачивать Элис?» – вдруг подумал Ричер.

– А где весы? – спросил он.

Элис подошла к шкафчику, присела на корточки и открыла нижний ящик, затем двумя руками подняла кухонные весы и поставила на стойку. Они оказались довольно большими. Весы были сделаны недавно, но выглядели старыми – стиль ретро. Большая круглая шкала напоминала спидометр старомодного седана. Стрелка была красной, по кругу шли крупные цифры. Рядом с именем производителя было написано: «НЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ В ТОРГОВЛЕ».

– Они точные? – спросил Ричер.

Элис пожала плечами.

– Думаю, да. Жаркое с орехами получается превосходно.

Хромированная чаша лежала на рычаге, который располагался над шкалой. Ричер надавил на чашу, и стрелка переместилась на один фунт, а когда он убрал палец, вернулась на ноль. Ричер вытащил магазин из «хеклер-и-коха» и положил пустой пистолет на весы. Раздался негромкий металлический стук. Стрелка переместилась и показала вес два фунта и шесть унций. Не самое легкое оружие. «Почти правильно», – подумал Ричер. Память услужливо подсказала, что по каталогу такой пистолет без магазина должен весить около сорока трех унций.

Ричер засунул обойму обратно и принялся открывать дверцы шкафчиков, пока не нашел продукты. Он вытащил запечатанный пакет с сахарным песком. Пакет был ярко-желтого цвета с надписью «5 фунтов» на боку.

– Что ты делаешь? – спросила Элис.

– Взвешиваю, – ответил он.

Ричер поставил пакет с сахаром на весы. Стрелка остановилась ровно на 5 фунтах. Он положил сахар обратно на полку и взял упаковку с чищеными орехами. Стрелка указала на 2 фунта. На пакете было написано: «2 фунта».

– Годится, – сказал он.

Сложив карты, Ричер положил их на весы. Они весили один фунт и три унции. Он снял карты и вернул орехи – по-прежнему 2 фунта. Он убрал орехи на полку и взвесил пакет «Федерал экспресс». Один фунт и одна унция. Добавил карты – получилось два фунта и четыре унции. Положил сверху пистолет – и стрелка замерла на пяти фунтах и трех унциях. При желании он мог бы вычислить массу пуль.