Святая инквизиция (СИ) - Котикова Мария Вячеславовна - Страница 30

- А чему тут радоваться, если я хочу покоя и свободы...? Но не тех, которые обещает смерть, а тех, которые дарит жизнь. А еще, может, сон... Но разве их найдешь в нашем мире?

Свобода... Она невозможна. Потому что абсолютной свободы не бывает. Нас всегда что-то сковывает и связывает... И не избавится от этих цепей до самой смерти!

Так говорите вы, люди...

А я считаю, что свобода невозможна и после встречи с этой бездушной дамой с косой.

- Как-то вы слишком пессимистично сегодня настроены... С вами даже разговаривать не интересно...

- Тогда - не говорите. Я разве вас заставляю вести со мной светские беседы?

Равнодушная... Скучная... Неинтересная...

Пожалуй, я навещу тебя в следующий раз, когда твое настроение пойдет хотя бы немножко в гору и с тобой станет снова интересно спорить. Тем более, что мы уже пришли...

- Тогда до встречи, Ольга, раз сегодня на душевные разговоры вы не настроены. И удачного вам дня...

Шпионить я могу и не находясь радом с тобой. Так же, как и собирать информацию. Благо оборудование и способности позволяют! Так что... живи, учись и работай. Иди домой, а потом в свой университет, а затем еще куда-то...

А я послежу... И может увижу что-то интересное. Искру той настоящей Ольги... Что - вряд ли. Но вдруг - повезет?

Ты же - мое задание. Мой приказ. А значит в ближайшее время, ровно до поступления другого приказа, я буду следовать за тобой неотступно. Днем и ночью. Пока собственноручно не прерву твою жизнь...

Сегодняшний же день вполне можно назвать передышкой, дарованной мной тебе.

* * *

А зря ты не поехал вслед за этой Ольгой, Полоз. Не знаю почему - но это ошибка. Твоя. Что-то там случится, а ты - не узнаешь. Как и все мы. Пока не станет слишком поздно.

Но разве ты когда-нибудь слушал мальчишку Цербера, который однако, увидел свет раньше тебя? Впрочем, тут я даже рад. Потому что из меня не сделали такое Чудовище, как из тебя. Почти равнодушное... Без чувств и лишних эмоций. Которое любой приказ трактует дословно. Убить так убить, припугнуть так припугнуть... И ничего лишнего. Ни единой мысли.

Бедный, бедный змей! Мне жаль тебя. Чуть-чуть. Самую малость.

Мои губы кривит усмешка...

Как все-таки смешна жизнь! Лучших из нас либо уничтожили, либо превратили в рабов. Люцифер мог сомневаться... Сам принимать решения не смотря на приказ. А ты - только подчиняться. И это твое проклятье.

Мы же с Лилит... Слуги. Да и только. И нас в любой момент могут убрать. Выкинуть. Сломать. Когда мы станем не нужны.

Пускай! Мне не страшно умирать... Я слишком часто чувствовал дыхание смерти, чтобы боятся ее. Я слишком многим подарил свидание с ней.

Все-таки ученые в Инквизиции не лишены цинизма. Настолько горького и злого, что даже меня иногда бросает в дрожь...

Нам ограничили срок жизни... Лет тридцать-сорок подарили, когда все остальные живут больше ста... Медицина далеко шагнула! Научилась не только продлевать жизнь, но и молодость... Почти в три раза!

Но человек все равно - стареет. А мы - нет.

Мне теперь всегда будет восемнадцать, Полозу - двадцать пять, а Лилит - двадцать семь. Нас такими создали. Уже взрослыми. Не знающими ни детства, ни отрочества, ни юности. Просто потому, что так захотел... Инквизитор. Ведь ему совсем ни к чему нянчится с малолетними убийцами. А так... Мы уже все знаем. Вернее только то, что в нас вложили. А обучение и тренировки... Они не длятся долго! Хватает только научится нажимать на спусковой крючок. Остальное - инстинкты да рефлексы. Вот и все.

А еще мы до самой смерти будем поражать людей своей красотой... Невинной и чистой. Исключение - Полоз. Ему какой-то маньяк лицо изуродовал так, что даже наши ученые ничего не смогли сделать... Вот шрам и остался.

Нас ненавидят, презирают и... одновременно с этим преклоняются перед нами. Ведь мы допущены в высшие круги власти. Ведь мы приближены к самому Инквизитору...

Но это лишь видимость. Иллюзия. На самом деле мы не можем ничего. И никогда не могли. Даже спасти свою создательницу... Ангела, как ее называет Лилит.

Жаль, жаль! Но ничего не поделать. Нас создали такими. Вот и все.

Так что не о чем грустить! Надо жить... Так, как только можно в нашем случае! Так, как позволяет этот мир. Мертвый, прогнивший и страшный. Грешный. Ведь света уже нет. Настоящего, яркого и теплого... Потому что солнца почти не видно... Искусственная атмосфера мешает. Про звезды я уже даже и не говорю! Для нас их уже не существует...

Мы - грешники, убийцы, твари. С этим даже поспорить нельзя.

От нас отвернулись и Бог и Дьявол. Мы не нужны им. Вернее наши души. За них даже бороться неинтересно! Потому что ничего светлого в них не осталось... Ничего доброго!

Так что... Мы обречены. И это лишь вопрос времени.

Но я не скорблю о том, что случилось... Зачем? Я вполне доволен своей жизнью! Меня в ней все устраивает. Это все Лилит неймется...

Картина во славу Инквизиции не должна увидеть свет! Надо убить художницу!

А что это даст? Лишь отсрочку, пока не найдут нового художника... Их вон сколько учится на факультете Искусств! Не перечесть. Не перестрелять...

Так что мне наплевать на все эти проблемы! С высокой колокольни. Ну, нарисует эта Ольгу картину. Ну, станут все считать Инквизиции почти всесильной, почти равно Богу. Пусть! Мне не жалко. Главное, чтобы меня не трогали...

А остальное - суета сует. И недостойно моего внимания.

Для меня важны лишь мой мотоцикл да ночная дорога. Они подарены мне... миром. И Инквизицией. Так же, как и сотни правил, которые так приятно нарушать! Ездить на красный свет, проскакивать перед самым носом нашей доблестной милиции, курить дорогие сигареты, на чьих пачках пишут, что это занятие опасно для жизни...

А что - не опасно?

Нет такого. И не будет. Потому что даже жить в этом мире невозможно. Он медленно убивает не только себя, но и нас. Но мне - все равно. Потому что до конца света я не доживу... Впрочем, его может и не случится! Ведь сколько веков всякие фанатики вещают со своих трибун об этом знаменательном событии... А ничего пока не случилось. Небо как висело над головой, так и висит. И не беда, что оно изменилось - из высокого и голубого стало серо-желтым и искусственным.

Живи, пока можешь! Живи так, как только можешь!

И я - существую. И несусь по ночной дороге на своем мотоцикле, а уличный фонари освещают мне путь. Ночная магистраль - мой дом. Только здесь я могу позволить себе быть кем угодно, не только слугой Инквизиции! Хотя, по-настоящему я никогда и не был им... Ведь я нелюбимая игрушка Инквизитора, как Полоз или Лилит! Я всего лишь пес. Цепной. Выдрессированный. И не очень-то нужный.

Но зачем разбрасываться прекрасным оружием? Оно может еще пригодится... А пока в нем нет необходимости пусть пылится в шкафу. И благодаря этому я могу жить так, как хочу. И творить то, что хочу.

* * *

Ходить на занятие после того, как удалось поспать всего три часа - пытка застенок Инквизиции. А если ты еще и сдаешь курсовые работы самому Александру Илларионовичу, то вообще - кошмар и ужас. Потому как придирается Кошмарик к каждой точке, запятой и букве... Да еще и вопросами валит так, что хоть вешайся.

Но я - воробей стрелянный. Привыкший и не к такому! Меня уже и Инквизитором не напугаешь, и слугами его не смутишь! Так что сдача курсовых для меня лишь... Неизбежность. Самая обыкновенная. Сдал - забыл. Сдал - гуляй!

Только вот сегодня что-то гулять не особо хочется...

- И как вы можете объяснить свое сегодняшнее состояние, госпожа Зайцева?

А что вам до моего состояния, Кошмар Илларионович? Я же не сплю перед вашими ясными очами! Так, дремлю немножко... А то, что курсовая такая... подозрительно тоненькая, так я что? Я - ничего! Все написала...