Книга вампиров - Деружинский Вадим Владимирович - Страница 147

Наконец, как с научной точки зрения кровь может, как у живого, брызгать от надреза в колене — этого я не понимаю. Если это «труп», как пишет автор книги. А он так и пишет: «труп». Кровь брызгает от наличия кровяного давления, создаваемого работой сердца. Получается, у этого «трупа» ко всему прочему работало сердце.

Любопытно, что кроме главной причины «веры в вампиров» — «невежества славян», у Вильнева называются еще две: каталепсия и неподверженность некоторых тканей разложению. То есть, он полагает, что вампиров принимали за каталептиков. Великолепно. Но почему тогда автор книги во всех описываемых случаях даже не предполагает, что речь идет не о трупе, а о впавшем в кому человеке? Думаю, это от желания все сделать простым: хотя у автора, как оказывается в главке «Попытка научного объяснения», кроме «невежества славян» есть и «каталепсия», и «не разложение тканей», но он все равно все огульно объясняет «суевериями славян». Так ему проще, так его книжка становится как бы «научнее», «солиднее».

Что же касается тезиса о «неподверженности некоторых тканей разложению», то это с точки зрения судебной медицины чепуха. Этот аспект я уже подробно рассматривал в главе «Медицинская картина явления», и только еще раз напомню, что если тело даже не разлагается полностью, а мумифицируется или переходит в состояние жировоска, то оно никак не производит впечатления живого. Все это — спекуляции.

Вильнев касается и главного вопроса проблемы: «Если мы в конце концов допустим, что вампиризм может существовать, то столкнемся с теми же трудностями, с какими встретился Кальме, пытаясь объяснить, каким образом бруколаки могут выбираться из могилы». Этот вопрос, напомню, казался Кальме самым неразрешимым. По этому поводу Вильнев пишет:

«Для того чтобы осуществить эту двойную операцию — уход из могилы и возвращение под землю — вампиру, в самом деле, следовало бы подвергнуться изменению структуры, он должен был бы преобразиться, уменьшиться так, чтобы суметь, как делают колдуны, проходить через дымоходы и замочные скважины…Точь-в-точь как Алиса проходила сквозь зеркало…»

И все. На этом изыскания Вильнева в вопросе, ставившем Кальме и других вампирологов в тупик, окончились. Вместо разговора по существу, О ГЛАВНОМ, он тут же снова возвращается к лейтмотиву его книги — «суеверию славян»: «Многие по-прежнему склонны верить в подлинность феномена вампиризма», и переходит к тому, что этим суеверием заразился американский кинематограф, создающий тысячи картин на тему вампиров.

Это ли «научный подход»? Реальные факты современного вампиризма в Беларуси, России и Украине, когда не используется и само слово «вампир», никак не похожи на тот миф о вампирах, который создал Голливуд. Одно с другим ничем не связано. И в первую очередь потому, что сегодня термин «вампир» у нашего населения плотно закрепился благодаря этим фильмам за сказочным образом а-ля Дракула, а вот в быту люди встречаются совсем с иным, на это никак не похожим, потому язык не поворачивается эту аномальщину называть «вампиризмом». Но эта аномалыцина-то есть!

Наверно, нельзя Вильнева называть вампирологом, потому что вампирологии исследуют доступными научными методами вампиризм как явление, а Вильнев четко определил цель книги: он исследует не явление, а «веру в вампиров». Что предполагает, что Вильнев априори, заведомо считает вампиризм пустым суеверием.

Однако на самом деле дики и суеверны народы Запада, где под влиянием массовой культуры и в самом деле возникли группы населения, верующие в вампиров. Но не в настоящих, а в голливудских. Вот более для этой аудитории и адресовалась книга Вильнева, которая ко всему прочему переполнена главками, говорящими о разложении ИХ общества: «Скотоложство», «Садизм», «Некрофилия», «Некросадизм», «Некрофагия». Это никакого отношения не имеет к теме вампиризма, но имеет прямое отношение к суевериям и болячкам как раз не славян, а Запада — и в том числе сограждан Вильнева.

Вот только одна цитата из Вильнева:

«Почти не изученная, она [некрофилия] располагается в области амбивалентности, представляя собой противоположность вампиризму: мифическое отражение в зеркале, для которого оно является прочной и подлинной основой. Некрофилия, как писал Мишеа, это вывернутый наизнанку вампиризм: «Вместо того чтобы мертвый тревожил сон живых, желая предать их смерти, здесь живой нарушает покой могил, оскверняет и калечит трупы».

«Вампиролог» Вильнев так к концу книги и не понял, что вампиры — это не трупы, не мертвые, а вполне живые коматозники. Вместо этого он пичкает читателя псевдоумными сентенциями, не стоящими ломаного гроша, которые для мерок салонной Франции, возможно, выглядят достойными появиться в интеллектуальной книге, но для наших мерок «забитых славян» это убогая демагогия. У нас иные взгляды на интеллектуальную литературу.

В XX веке на тему вампиров и вампирологии на Западе вышло более тысячи книг — не беллетристики, а научных как бы исследований. Это так называемая «интеллектуальная литература».

Почти все они — ничего не стоят для исследователя темы. Это или обзоры вокруг Дракулы (Влада Цепеша, румынского князя), который не только вампиром не был, но и никакого отношения к этому не имел (характерная деталь: сюда же в число вампиров на Западе приплетают почему-то и Ивана Грозного как вампира и собрата Дракулы). Или же исследователи смотрят на тему сквозь призму современных сект и сатанизма, к чему вампиризм тоже не имеет никакого отношения.

Было, правда, несколько переизданий книг XVIII века, действительно важных для исследования. Но они прошли не замеченными, так как НЕ ПОНЯТЫ сегодня. Это, например, Giuseppe Davanza-ti (1665–1755) «Dissertatione sopra i Vampiri» (1774), редкая книга итальянского автора (Besa, Bari, Italy, 1998). Это Michael Rauf: «De la Mastication des Morts dans leur Tombeaux» (1728) издания Jerome Millon, Grenoble, France, 1995. Еще — переиздания Кальме.

Все остальное — масса книг XX века, где феномен сводится то к сатанизму, то к маньякам, то к жестокости средневековья, где к вампирам причисляют и Ивана Грозного.

Далеко ходить не надо — российский журнал «Вокруг света» рассказывает «историю графа Дракулы», говоря о Владе Цепеше. Солидный журнал даже не знает, что в Румынии средних веков не было графов. То, что Дракула — граф, это выдумка Брема Стокера, писателя. Цепеш был князем. Если его делать графом, то графом давайте сделаем Александра Невского и Ивана Грозного.

Эмблема вампирской организации «Общество Дракулы» с изображением Влада Цепеша

Но, повторю снова, и несчастный Дракула не имеет никакого отношения к вампирам. Это его к таковым записал Брем Стокер, совсем недавно — и в литературных целях. Удивляет, как общественный маразм вознес его с этой подачи фантаста до уровня чего-то реального в вампиризме.

У меня адреса более 200 организаций во всем мире, созданных вокруг темы вампирологии. Многие из них имеют в своем названии Дракулу как вроде вампира. Например:

COUNT DRACULA FAN CLUB, 29 Washington Sq. W., Penthouse N., New York, NY 10011

THE DRACULA EXPERIENCE, 9 Marine Parade, Whitby Y021 3PR England

DRACULA SOCIETY, c/o Bernard Davies, 213 Wulfstan St., London W 12 England

THE HOUSE OF DRACULA, 14 Clyde Rd., West Didsbury, Manchester M20 8WH, United Kingdom

Свихнувшаяся молодежь из этих организаций Дракулу почитает как вампира только потому, что его таковым придумал Стокер. Увы, и все остальные организации не имеют никакого отношения к вампиризму, а только выражают дурь молодежи. Их названия «Некро», «Сыны Сатаны», «Дети Тьмы» — это продукт масскультуры США, переложенный на тщедушное сознание западной молодежи, желающей выпендриться.

Там нет исследователей, там уже «все исследовано», там собираются люди, которые себя считают вампирами и этим эпатажем ищут к себе внимания у сверстников и прессы.