Книга вампиров - Деружинский Вадим Владимирович - Страница 82

82

«Однажды ночью я проснулся оттого, что кто-то начал стаскивать с меня одеяло. Я схватился в полусне за него, чтобы задержать, натянул повыше, но рывки продолжались. Окончательно проснувшись, я открыл глаза… и увидел в комнате девушку. Лицо ее не разглядел, было темно, но отчетливо увидел, что она высокая, с распущенными волосами и в ночной сорочке. Испугавшись, я укрылся одеялом с головой и затаился. В комнате было тихо. Наконец, я осмелел, высунулся из-под одеяла… Девушка находилась здесь же.

Тогда я решил выяснить, кто или что это такое, и спрыгнул с кровати. В ответ на это она отступила к стене. Я сделал шаг — ее не стало, она как бы растворилась в воздухе. Зажег свет, но все было тихо и спокойно, часы показывали без четверти двенадцать ночи. У меня мелькнула мысль, что это проделки моей сестры.

Я заглянул к ней в комнату — она сладко посапывала во сне. Да и тут же вспомнил, что сестра намного ниже. Высокого роста была, как мне потом рассказывали, именно та девушка, которая как-то странно умерла.

Интересно, что в ту же ночь эта девушка появлялась и в спальнях двух моих друзей, один из которых прореагировал в точности, как я, а другой помнит, как она приходила, но что именно делала, припомнить не может. Любопытно и то, что у меня она побывала без четверти двенадцать, у другого — в начале первого. Дома наши находились поблизости друг от друга.

Но как она вообще ко мне зашла и как вышла? Дверь и окна были заперты. Когда я зажег свет, то мать спросила, почему не сплю. Я поинтересовался, не видела ли она что-нибудь странное? Мать ответила, что слышала хлопок входной двери, но, поскольку дверь как была, так и осталась запертой изнутри, то решила, что это ей почудилось».

ВАМПИРИЗМ В БРИСТОЛЕ

Вот еще любопытный случай.

В 1761–1762 годах в Бристоле, в доме Ричарда Джайла, неведомая сила изощренно досаждала его дочерям Молли и Добби. Вначале она объявила о себе странными царапаньями по кроватям девочек. Вскоре царапанья перешли в стуки. Отец стал следить за дочерьми в надежде поймать их на озорстве, но однажды на его глазах сама собой захлопнулась крышка сундука. Следом за этим из сундука на пол выпали платья девочек. Отец решил разделить детей и повел Молли в другую комнату. Не успел он уложить дочь в постель, как она вскрикнула: что-то ущипнуло ее за ногу.

Винокуров эту историю отнес к разряду привидений, хотя привидения не сдирают одеяла с людей и не появляются столь часто в разных домах разным людям. Это типичный вампиризм, где призрак впавшей в кому похороненной девушки искал, очевидно, родню, блуждая по домам. Что было, когда призрак нашел родню, — неизвестно. А жаль…А затем начались разнообразные воздействия на тело и кожу девочек. Кое-что происходило на глазах и в присутствии свидетелей, например, невидимые укусы и ранения кожи, от которых постоянно страдали дети. Вот как повествует о некоторых эпизодах один из очевидцев:

«Напротив стола раздался громкий звук, и я увидел кресло, движущееся с сидящей в нем Молли, да так быстро, что ее почти сбросило на пол. Тут же громко закричала Добби: она увидела руку, сжимавшую горло Молли (дети часто видели призрачные руки), а я заметил, что шею Молли в этом месте что-то сильно сжимало, там все побелело, как при сильном надавливании пальцами, хотя я никого и не видел. Четырьмя днями позднее, когда нас в той комнате было семеро, Молли пожаловалась, что только что ее укусило в руку, тут же и Добби закричала о том же самом.

Мы были свидетелями того, как в этот вечер их руки были искусаны около двадцати раз. В кроватях девочки лежали на спине, положив руки поверх одеял. Они не могли укусить себя за руки сами, потому что все это время мы за ними неотступно следили. Осматривая укусы, мы нашли в них следы восемнадцати или двадцати зубов. На поверхности ранок была размазана слюна, очертания которой явственно указывали на прикосновение чьего-то рта к коже рук девочек. Поверхность кожи в местах укуса

была очень мокрая и при этом отвратительно пахла. Иногда было видно, как слюна сама собой падала на Молли, как бы с потолка».

Вскоре к невидимым укусам присоединились точечные кровоточащие ранки на коже девочек. Однажды такие ранки наносились Молли около сорока раз. Нечто продолжало бить, кусать, ранить и оплевывать детей. В феврале 1761 года, спустя два месяца после начала вспышки, проявления усилились и стали поистине неистовыми: детей что-то буквально выбрасывало из кровати, даже тогда, когда присутствующие пытались их удержать силой. Некоторые из свидетелей даже чувствовали прикосновения невидимых рук, пытающихся схватить их, или замечали следы этих рук, возникавшие на теле девочек на глазах изумленных очевидцев.

Душения детей, укусы невидимок, оставляющие следы от пальцев на горле и засосы на теле, — типично для вампиризма. Родителям следовало бы вспомнить, кто из родственников недавно умер странной смертью — и эксгумировать псевдоумершего коматозника, попытаться вернуть его к жизни (вместо казни, как это практиковалось во время эпидемии вампиризма в Восточной Европе 250 лет назад). И все напасти прекратились бы.

КЕМЕРОВСКИЙ ПОЛТЕРГЕЙСТ

Один из самых ярких, населенных привидениями полтергейстов последнего времени разразился в России и продолжался с августа 1986 по февраль 1988 года. Это — знаменитый кемеровский полтергейст, за развитием которого систематически наблюдали томские исследователи во главе с кандидатом геолого-минералогических наук В.Н. Сальниковым.

Вот как его описывает Винокуров. В эпицентре крайне необычных событий оказалась одна молодая семья: ее глава Михаил, его жена Люба и четверо их дочерей от пяти и до двух лет. Началось все еще на старой квартире (которую они снимали) в августе 1986 года. В октябре того же года многодетной семье выделили новую четырехкомнатную на восьмом этаже, но пугающие странности продолжились и там.

Еще на старой квартире дети жаловались матери, что видят какого-то «дядю» по ночам и что якобы она сама приходит к ним в спальню, наклоняется и пристально смотрит им в глаза. Детей охватывал ужас, и они спрашивали маму, почему она так нехорошо ведет себя.

Михаил и на новой квартире долго не верил, что происходит что-то странное. Однажды в октябре 1986 года он даже заявил об этом вслух. Отопление в доме еще не работало, было холодно, и приходилось спать в теплых свитерах и брюках. На следующее утро глава семьи проснулся совершенно голым, чем был немало удивлен: «Не понял?!» И тут обнаружил, что с его подушки исчезла наволочка. Все это оказалось плотно забитым в двухсантиметровую щель между стеной и диваном.

Обычно же полтергейст проявлялся в виде стуков в окна (это на восьмом-то этаже!) и двери, грохота посуды, открывания и закрывания различных кранов, дверей и дверок, шагов по полу, щелканья выключателей, странных телефонных звонков, физических воздействий на людей («душит», «сдавит», «ломает» и пр.), человеческих голосов, мяуканья котенка, мурлыканья кошки. Однажды вскипел не включенный чайник. За электроэнергию платили в десять раз больше, чем соседи в аналогичной квартире рядом. И это полностью аналогично картине наблюдавшегося нами полтергейста в Минске в 2002–2003 годах, где точно так «бешено крутил счетчик потребления электроэнергии».

Но страшнее всего оказались привидения. Они чаще всего являлись вечером и ночью в образах знакомых и незнакомых людей. А как-то явилось привидение недавно скончавшегося друга семьи. Он, надо думать, и был источником событий — ошибочно похороненным вампиром-коматозником.

Иногда призраки выглядели подобно тени, но нередко их было невозможно отличить от живого человека.

Однажды Люба проснулась от странного ощущения беспокойства и вдруг видит: из угла выплывает темно-серая тень человека. Она испугалась, закрыла глаза, а когда открыла — все исчезло. Потом Люба еще не раз видела эту выплывающую из угла тень. А как-то раз от тени отделилась рука, потянулась к ней и вдруг, схватив за горло, принялась душить. Люба с трудом освободилась от руки, а наутро обнаружила на шее следы чьих-то пальцев. Образовавшиеся синяки долго болели. Типичный вампиризм.