Дочь кузнеца - Сергеева Ольга И. - Страница 73

Попробовать сейчас? Продолжая сохранять с таким трудом достигнутое спокойствие? Занила мысленно посмеялась над самой собой: странное решение. Хотя, все равно заняться больше нечем.

Сосредоточиться на собственном кружеве, почувствовать каждую линию, каждый узел. Ощутить соприкосновение нитей с воздухом, сам воздух. Здесь в помещении он почти совсем прозрачный, перламутровые нити силы разрежены. Но ей хватит. По ним, дальше от себя, ближе к огню. Еще ближе. Вот так. Занила вспомнила, как в поисках ключа в первый раз проделала нечто подобное. Тогда ей нужно было расширять восприятие во все стороны сразу, и она чуть не потеряла саму себя, то есть едва не забыла, куда возвращаться. Хорошо, что сейчас не нужно было это повторять и можно ограничиться всего одним направлением. Вот так. Почти вплотную к крошечному пламени...

Вскрик, который к счастью удалось удержать в собственных мыслях. Жжется! Она приблизилась к пламени и обожглась! Ощущения были точь-в-точь такими, как если бы она просто подошла к лампе и сунула палец в огонь. Или руку... А точнее все тело. Да, чувство было такое, будто она оказалась в огне сразу вся. Физические размеры огня ее сознание наотрез отказывалось учитывать!

Что же она делает не так, Темные Боги?! Захотелось ругаться. И не от боли. Кстати боли уже не было. Еще один вопрос для размышления: это ее усиленная способность к заживлению или боль вовсе не была настоящей? Интересно, а если бы она не отдернулась от огня, моментально влетев в собственное тело, а сумела задержаться подольше, она могла бы сгореть или хотя бы получить ожоги? То есть насколько это все было реально?

Попробовать еще раз?

Звук гонга, разнесшийся по комнате, заставил Занилу вздрогнуть, возвращаясь на первый уровень зрения. Оказалось, что в гонг бил Мабек Дагар. Он вернул изящный молоточек на подставку.

- Продано! - его хорошо поставленный голос раскатился по комнате ничуть не хуже удара металла о металл. - За восемьдесят пять золотых!

"Уже все?" - мысль эта была странной, словно возникшей откуда-то извне. Занила медленно наклонилась, подбирая части своего шелкового одеяния, лежащие вокруг на полу. Продана - значит она может одеться. Реальность, будто опомнившись, рухнула на нее волной: звуки, запахи, ощущение пушистого ковра под ногами... И словно воспоминания принадлежали телу, которое она на время покидала, а теперь вернулась, они обрушились на нее все сразу! Голос Мабека Дагара, нахваливающий товар; его пальцы, прикасающиеся к ее коже. Сначала к голове, снимая покрывало, скрывающее волосы, потом к плечам, кусок шелка закреплен на уровне груди, еще несколько, скрывающие ее ноги... Взгляды мужчин, их замечания, улыбки, вопросы... Мабек Дагар отвечает. Цена названа. Выше, еще выше... Мабек Дагар доволен. Восемьдесят пять золотых. Мабек Дагар доволен...

Зеркало. Холодное зеркало, равнодушное зеркало, прозрачное зеркало... Ну же! Как ей удавалось вызвать этот образ раньше? Ей нужно еще немного спокойствия, чтобы не наброситься на них, безо всякого оружия, просто когтями и зубами вцепляясь в их лица!

"Ты хорошо научилась казаться безобидной.

Это просто - главное не поднимать глаз."

Главное не поднимать глаз.

А голос управляющего звучит, невольно заставляя прислушиваться:

- Мои поздравления, почтенный Бакур. Это весьма достойное приобретение!

И глаза невольно подняты от пола. Занила смотрит туда, куда и Мабек Дагар, на мужчину, сидящего на подушках в первом ряду, на ее нового хозяина. Его сосед слева, толстый смуглый, дружески хлопает его по плечу:

- Тебя вроде раньше, Рашид, на фигуристых тянуло?! - руки мужчины описывают в воздухе замысловатый контур, изображая прежние пристрастия Рашида Бакура.

Смех мужчин. Мабек Дагар вежливо присоединяется к нему. Но Занила уже услышала достаточно, и в памяти сами собой всплывают знания, затверженные на уроках истории и геральдики. Рашид Бакур - член Торгового Совета [Торговый Совет - выборный властный орган в столице Салевы. Его члены ежегодно избираются из наиболее влиятельных купцов. Количество членов не является постоянным, но колеблется в районе одной дюжины. Председатель Совета фактически является градоправителем Догаты.] Догаты, один из богатейших купцов салевской столицы. Вот так, девочка. Райша будет тебе завидовать.

Мужчины еще обменивались шутками, а Занила получила возможность бросить еще один взгляд на своего нового хозяина. Еще довольно молодой. И память услужливо подсказывает: тридцать семь лет. Да, выпускницам догатской школы полагалось знать основные сведения о членах купеческого Совета. Главное направление торговли - оружие и рабы (конечно же!), а еще - поставка металла и кожи из Вольных Княжеств. Ничего особо изысканного. Товары простые, но зато всегда необходимые. Состояние свое получил в наследство от отца, но сейчас вполне успешно ведет дела.

Судя по его виду Занила бы этого не сказала. Во-первых, внешность этого молодого человека никак не вязалась с образом торговца металлом и оружием. Сам он, уж точно, был завсегдатаем модных портных и лавок, продающих благовония, притирания для кожи и прочие косметические премудрости. Дорогой костюм, так затканный шитьем, что истинный цвет ткани угадывается с трудом; холеные руки; волосы до плеч распущены. Нет, в Догате многие мужчины носили довольно длинные волосы, но большинство завязывали их в хвост и на этом переставали беспокоиться о собственной прическе. Эта же шевелюра явно была предметом гордости и постоянной заботы. Не у каждой рабыни в догатской школе волосы выглядели настолько ухоженными, а это о чем-то говорило! Не уступали волосам и усы: тонкие, переходящие в аккуратную тщательно выстриженную бородку. А вот бороды в Догате были не особенно в моде. Кто же ему посоветовал отрастить ее, и зачем? Чтобы скрыть не достаточно волевой подбородок. Занила мысленно усмехнулась, впрочем, до бороды этого человека ей не было никакого дела, а вот его глаза ей однозначно не нравились. Припухшие и покрасневшие, словно воспаленные от недосыпа или слишком бурно проведенной ночи. И не одной ночи. Радужка ярко-голубого цвета. Глаза могли бы быть красивыми, вот только этот цвет еще сильнее подчеркивал розовые от лопнувших сосудов бельма.

Занила почем-то моментально поняла: все, что рассказывали на уроках об этом человеке, его дорогой костюм и ухоженные волосы - все это не имеет ровным счетом никакого значения. Вся его суть в этих усталых воспаленных глазах!

Рука Мабека Дагара прикоснулась к ее плечу, отрывая от размышлений. Управляющий махнул в сторону двери, отправляя ее прочь из комнаты. Занила отвесила положенный поклон и послушно вышла. Она еще слышала, как Дагар объявлял последний лот сегодняшних торгов:

- А через минуту, почтенные господа, я предложу вашему вниманию редкостный цветок с далекого восточного побережья!

Оставшийся день заняли сборы. Да, проданные из догатской школы рабыни уходили из нее не просто так, а забирая с собой свою одежду и костюмы для танцев. Занила не знала, доплачивали ли новые хозяева дополнительные деньги за то, чтобы рабыня могла сразу же начинать развлекать их, не дожидаясь, пока ей что-нибудь сошьют или купят, или же все входило в уже оговоренную сумму золотых. Знала Занила только одно: свою "саблю" она в любом случае забрала бы с собой.