Полное собрание стихотворений - Пушкин Александр Сергеевич - Страница 95

95

Послание к Великопольскому, сочинителю «Сатиры на игроков»

Так элегическую лируТы променял, наш моралист,На благочинную сатиру?Хвалю поэта – дельно миру!Ему полезен розги свист. —Мне жалок очень твой Арист:С каким усердьем он молилсяИ как несчастливо играл!Вот молодежь: погорячился,Продулся весь и так пропал!Дамон твой человек ужасный.Забудь его опасный дом,Где впрочем, сознаюся в том,Мой друг, ты вел себя прекрасно:Ты никому там не мешал,Ариста нежно утешал,Давал полезные советыИ ни рубля не проиграл.Люблю: вот каковы поэты!А то, уча безумный свет,Порой грешит и проповедник.Послушай, Персиев наследник,Рассказ мой:Некто мой сосед,В томленьях благородной жажды,Хлебнув кастальских вод бокал,На игроков, как ты, однаждыСатиру злую написалИ другу с жаром прочитал.Ему в ответ его приятельВзял карты, молча стасовал,Дал снять, и нравственный писательВсю ночь, увы! понтировал.Тебе знаком ли сей проказник?Но встреча с ним была б мне праздник:Я с ним готов всю ночь не спатьИ до полдневного сияньяЧитать моральные посланьяИ проигрыш его писать.* * *Сто лет минуло, как тевтонВ крови неверных окупался;Страной полночной правил он.Уже прусак в оковы вдался,Или сокрылся, и в ЛитвуПонес изгнанную главу.Между враждебными брегамиСтруился Немен; – на одномЕще над древними стенамиСияли башни, и кругомШумели рощи вековые,Духов пристанища святые.Символ германца – на другомКрест веры, в небо возносящийСвои объятия грозящи,Казалось, свыше захватитьХотел всю область ПалемонаИ племя чуждого законаК своей подошве привлачить.С медвежей кожей на плечах,В косматой рысьей шапке, с пукомКаленых стрел и с верным луком,Литовцы юные, в толпах,Со стороны одной бродилиИ зорко недруга следили.С другой, покрытый шишаком,В броне закованный, верхом,На страже немец, за врагамиНедвижно следуя глазами,Пищаль, с молитвой, заряжал.Всяк переправу охранял.Ток Немена гостеприимный,Свидетель их вражды взаимной,Стал прагом вечности для них;Сношений дружных глас утих,И всяк, переступивший воды,Лишен был жизни иль свободы.Лишь хмель литовских берегов,Немецкой тополью плененный,Через реку, меж тростников,Переправлялся дерзновенный,Брегов противных достигалИ друга нежно обнимал.Лишь соловьи дубрав и горПо старине вражды не зналиИ в остров, общий с давних пор,Друг к другу в гости прилетали.

Эпитафия младенцу.

В сиянии и в радостном покое,У трона вечного творца,С улыбкой он глядит в изгнание земное,Благословляет мать и молит за отца.* * *

«Кто знает край, где небо блещет…»

Kennst du das Land…

Wilh. Meist.[48]

По клюкву, по клюкву,По ягоду, по клюкву…Кто знает край, где небо блещетНеизъяснимой синевой,Где море теплою волнойВокруг развалин тихо плещет;Где вечный лавр и кипарисНа воле гордо разраслись;Где пел Торквато величавый;Где и теперь во мгле ночнойАдриатической волнойПовторены его октавы;Где Рафаэль живописал;Где в наши дни резец КановыПослушный мрамор оживлял,И Байрон, мученик суровый,Страдал, любил и проклинал?——Волшебный край, волшебный край,Страна высоких вдохновений, зрит твой древний рай,Твои пророческие сени.На берегу роскошных водПорою карнавальных оргийКругом ее кипит народ;Ее приветствуют восторги.Людмила северной красой,Всё вместе – томной и живой,Сынов Авзонии пленяетИ поневоле увлекаетИх пестры волны за собой.На рай полуденной природы,На блеск небес, на ясны воды,На чудеса немых искусствВ стесненьи вдохновенных чувствЛюдмила светлый взор возводит,Дивясь и радуясь душой,И ничего перед собойСебя прекрасней не находит.Стоит ли с важностью очейПред флорентийскою Кипридой,Их две… и мрамор перед нейСтрадает, кажется, обидой.Мечты возвышенной полна,В молчаньи смотрит ли онаНа образ нежный Форнарины,Или Мадоны молодой,Она задумчивой красойОчаровательней картины…Скажите мне: какой певец,Горя восторгом умиленным,Чья кисть, чей пламенный резецПредаст потомкам изумленнымЕе небесные черты?Где ты, ваятель безымянныйБогини вечной красоты?И ты, Харитою венчанный,Ты, вдохновенный Рафаэль?Забудь еврейку молодую,Младенца-бога колыбель,Постигни прелесть неземную,Постигни радость в небесах,Пиши Марию нам другую,С другим младенцем на руках.вернуться

48

Ты знаешь край

…

Вильг. Мейст.. (нем.)