Заметки забияки или На пути из физиков в маги - Ханами Тая Владимировна - Страница 49

– Не хотите влезать в политику? – догадалась я.

– Именно, – скривился Зевул. – Не хочу мараться. Так что вы уж молчите, очень вас прошу.

– Конечно! – с энтузиазмом откликнулся металлист.

Да так энергично откликнулся-то, что аж вскочил с места, и из под его одежды вывалился злополучный наладонник.

– Ой! – восторженно вскричал Зевул. – Техника! Настоящая! А посмотреть можно?

– Берите, конечно, – вздохнул разоблаченный конспиратор. – Только вы тоже никому…

– Само собой, – отозвался некромант, увлеченно тыча палочкой в экран. – Как это познавательно… Карты! Да это же… Покер! И поиграть в одиночку можно. А там джин, случаем, не прячется? Точно нет?

– Великая сила!

– Как это познавательно…

Полчаса ушло на приобщение дикаря к технике. Зевул только качал головой, приговаривая о познавательности своего занятия, да открывал программы, одну за другой. Особенно, как ни странно, его порадовал календарь, и возможность напоминания важных событий – видимо, с памятью у него было не важно. К книжкам он остался совершенно равнодушным. По-моему, он что-то даже пробормотал о порче зрения. Вот тебе и «дикарь»…

Металлист уселся рядом с ним в кресло, показывал и рассказывал. Но слишком часто проскакивали слова типа «к сожалению, сейчас посмотреть мы не можем». Как я понимаю, это касалось всяких там GPS-навигаций, интернета, и иже с ними. Не знаю, как уж там Зевул представлял себе всемирную сеть, но глаза его загорелись недетским (или как раз детским?) азартом. Пригласить его, что ли, в Заповедник на пару дней, с разрешения начальства. Или это совсем неуместно?

Пока я размышляла о сообразности тех или иных вариантов развития сотрудничества нашего мира и изнанки, Зевул вспомнил, зачем пришел.

– Поищите хорошенько в замке Ромуальда, – сказал он нам. – Там сейчас нет хозяина, так что ничего страшного случиться не должно. Но все равно, будьте очень осторожны, мало ли что…

– А где этот замок находится?

– Свиток давайте, – сказал хозяин. – Вот, смотрите, я вам обозначил несколько замков. Как тех, которые вы сможете посетить, так и других, в которые соваться ни в коем случае не стоит. Но, если честно, это так, для общей информации. А так, ваш путь лежит в Екатерининск, точнее, на пятьдесят километров восточнее.

– К Ромуальду в гости?

– К его полубезумному дворецкому Василию, самого Ромуальда лет пятнадцать уже как нету в живых.

– И в чем же безумие заключается? – спросил друид. – Может быть, ему помочь чем-то можно?

– Не знаю, – вздохнул хозяин. – Не знаю. Но вы не беспокойтесь. Это такое тихое помешательство, вполне неопасное, – поспешил заверить нас Зевул. – Тем более, славный старикан довольно часто находится в твердом уме и вполне трезвой памяти. И вот что еще…

Некромант замялся, видно было, как в нем борются два противоречивых чувства.

– Вы бы, ребята, покинули это место пораньше, что ли, – покраснев, как вареный рак, наконец попросил он. – А то я боюсь, увяжется за вами моя Веля. Дров наломает. Сгинет…

Мы, конечно же, пообещали. Заверили Зевула, что понимаем, зла не держим, в гости еще заглянем, и не один раз. Некромант просветлел лицом, и снова уткнулся в технологическую игрушку. Металлист, скрепя сердце, предложил оставить наладонник. Зевул было загорелся… Но потом все же отказался. Сказал, что, если самая безобидная комиссия унюхает в его замке технологическую вещицу, то уже вовек не отвяжется. Замучает проверками.

***

– Находился, – со вздохом сказал друид.

– Кто находился? – не поняла я.

– Дворецкий находился в трезвом уме и твердой памяти, – пояснил товарищ. – Несколько лет тому назад, а то и больше.

Тот, кого мы обнаружили в мрачном, заросшем в равной степени плющом и паутиной готическом замке, с рассудком явно не дружил. Чем питался, тоже было не ясно. Ходил в грязных лохмотьях, разговаривал с деревьями разными голосами, к нам, впрочем, тоже обращался. Ответов то ли не ждал, то ли не слушал. Мрачноватая картина.

А мы-то торопились! Летели, натирая мозоль имени программиста, целый день. Питались сухим пайком и водичкой из фляжки. На Урале, и том не приземлились. Впрочем, как мне резонно заметил металлист, Екатерининск тоже был на Урале.

– Да и где ты, – добавил он, – собралась там искать эту свою Хозяйку?

Нельзя было не признать, в чем-то он был прав. Но далеко не во всем.

Друид подошел ко мне, положил руку на плечо. Металлист фыркнул.

– Вы как хотите, а я намерен осмотреть замок, – заявил он. – Зря мы, что ли сюда прилетели?

– А без этого никак? – скривилась я. – Может, лучше в Новосибирск махнем, пока не поздно?

– Я бы не прочь, – посочувствовал мне друид. – И к Хозяйке заглянуть, и путешествие пораньше закончить. Но, раз уж мы тут очутились, давайте осмотримся.

– Конечно, надо осмотреться! – возмутился нашему пофигизму металлист. – Нам Зевул очень уж настойчиво советовал сюда прибыть, чтобы мы отказались в самый последний момент из-за трусости некоторых здесь присутствующих!

Я проигнорировала его пренебрежительный взгляд. Пожала плечами, и, вооружившись палкой для борьбы с паутиной, отправиться вслед за доморощенными детективами. Настроение было препаршивейшее – не люблю я покинутые помещения, не нахожу в этом ничего таинственного и тем паче, привлекательного. Помню, как-то сдуру полезла с МГУ-шными диггерами в высотку на проспекте Вернадского. Романтика, доложу я вам, если там и присутствовала, то уж больно специфическая. Везде было насрано, вонища стояла неимоверная, пол местами сгнил, местами и вовсе был разобран. В шахте лифта тоже кто-то от души навалил. Точнехонько в то место, где руками было цепляться всего удобнее. Пришлось лезть на этаж выше, матерясь в душе. Жалко, что не вслух – как же, сторож услышит!

И, оказавшись, наконец, на улице, я с величайшим наслаждением вдохнула не шибко экологичный, зато такой свободный московский воздух полной грудью. И шла по улице, раскрывшись всем свои существом навстречу ночному ветру, и думала, что никогда, ни за что, ни за какие коврижки я в заброшенные дома не полезу…

…И вот все обещания пошли лесом, я опять вдыхаю таинственный затхлый аромат, обхожу подозрительные кучки, а настроение еще хуже, чем препаршивейшее.

– Лиса, кончай дуться!

– А что, так заметно?

– Еще бы, еще чуть-чуть, и ты лопнешь!

– Не дождетесь!

– Ты лучше посмотри, что мы нашли!

Я без всякого энтузиазма воззрилась на портрет немолодого мужчины. Ничем не примечательный человек. Ничего не говорящая физиономия. Мне, по крайней мере. Ни проблеска эмоции: то ли хозяин был дерево деревом, то ли художника запугал до желудочных колик, и тот просто побоялся отобразить действительность. Я на всякий случай рассмотрела диковинную находку с другого ракурса. Безрезультатно.

– Не понимаю, – наконец сказала я, – чего это вы с таким восторгом пялитесь на эту явную неудачу местного портретиста?

– Эх ты! – сказал мне друид. – Свое прямое московское начальство в лицо не знаешь!

– Какое-такое московское начальство? – уставился на друида металлист. – Это же портрет моего новосибирского босса, Всеволода Ромуальдовича! Только лицо тут намного добрее, что ли…

– Добрее? – откровенно удивилась я. – Да оно тут абсолютно без единой эмоции!

– Вот поэтому и добрее, что злоба на нем отсутствует, – заключил довольный металлист. – Наверное, ты обознался, – повернулся он к друиду.

– Да нет, не похоже на то, – задумчиво изрек Антон. – Разве что это лицо много умнее того, что я год назад имел неудовольствие лицезреть в Заповеднике…

– Ну, знаешь, на этом тоже ума много не обозначено, – повернулась я к нему.

– Зато теперь ты имеешь представление, кто рулит в московской конторе, – не в меру оптимистично заявил друид.

– Постойте! – посетила меня первая конструктивная за время посещения замка мысль. – Они же оба Ромуальдовичи! А замок-то Ромуальда!