Эволюционная теория познания : врождённые структуры познания в контексте биологии, психологии, лингв - Фоллмер Герхард - Страница 13

Различные подобные приспособления к одной и той же закономерности укрепляют нашу веру в её реальность с той же оправданностью, с какой укрепляется вера судьи в положении дел, благодаря тому, что различные, не зависимые друг от друга свидетели дают о нём, хотя не одинаковые, но хорошо соответствующие показания.

(Lorenz,1941,114)

g. Константность восприятия

Поток данных, который достигает наших органов чувств является много хаотичнее, нежели картина мира, которая поставляется нам восприятием или наукой. В восприятии действуют так называемые механизмы константности, которые обеспечивают инвариантность образа. К ним принадлежат прежде всего предметная константа (узнаваемость предмета несмотря на различное удаление и перспективу; она включает константу величины и константу формы); константа направления (сдвиги образа на сетчатке вследствие движения глаз интерпретируются не как движение нашего окружения); наконец, константа цвета (предмет для нас всегда одинакового цвета, независимо от освещённости обстановки).

Ввиду того, что наши восприятия, вопреки меняющимся окружающим условиям, поставляют нечто константное, говорит об "объективирующих достижениях" механизмов константности или об их "объективирующей тенденции". Та же самая тенденция имется также в восприятии образов, благодаря которой из потока переживаний извлекаются не только пространственные, но также временные и пространственно-временные образы. Формирование образов есть, несомненно, необходимая предпосылка научного познания.

h. Конвергенция методов измерения

Многие величины, особенно фундаментальные константы природы могут быть установлены полностью различными, друг от друга независимыми способами. Так, например, число Лошмидта — число молекул в 1 моле любого газа — выводится из кинетической теории газов, броуновского молекулярного движения, поверхностного натяжения слабого раствора, законов распространения излучений в пустоте, электрического заряда масляных капелек, рассеяния света в атмосфере, величины элементарного кубика кристаллов, из радиоактивных процессов и из тонкой структуры спектральных линий(23). Как бы ни были различны эти физические методы, все они дают одинаковую величину, L = 6-10^23 молекул/ моль.

Ни один непредубеждённо мыслящий физик ввиду данного обстоятельства не сможет не признать правильности своего непосредственного чувства, что это согласование проистекает не от субъективных методов, а от самого объекта, который един и поэтому также, само собой разумеется, имеется только одно значение константы, с какой бы стороны к ней ни приближаться. Эта предпосылка существования истины является основной предпосылкой любого исследования вообще.

(Bavink, 1949, 266)

i. Конвергенция измеряемых величин

Все результаты измерений для определённых измеряемых величин, кажется, приближаются к «истинному» значению; коррекция осуществляется на всё более высоких порядках. Лучше, чем слова, в этом убеждает схема 1. которая предаёт ход измерений механического эквивалента теплоты.

Рис. 1. Определения механического эквивалетнта теплоты (в кгм/ккал. Nach Bavink, 1949, 265)

Здесь можно видеть конвергенцию даже в математическом значении. В этом смысле прав был также Лихтенберг со своим замечанием, что истина является асимптотой исследования.

j. Конвергенция теорий

"Конвергенция исследований"(24), обсуждённая нами в h) и i) распространяется не только на измеряемые величины, но также на целые системы нашего теоретического познания. В новых исследовательских областях, кажется, должна существовать прежде всего определённая свобода в выборе понятий и гипотез. Но именно этот кажущийся произвол всё больше и больше сужается в ходе дальнейштх исследований. "Развитие показывает, что из всех мыслимых конструкций, единственная демонстрирует необходимое превосходство над другими" (Einstein, 1972, 109).

Если бы конвенционализм был прав, имелось бы много эмпирически эквивалентных систем. (Теории называются эмпирически эквивалентными, если они имлицитно предполагают одни и те же высказывания наблюдения.) Пока же даже доказательство только двух физик остаётся более чем спорным. Научное познание направлено, как скорее представляется, на внесубъективную действительность, к которой оно всё более приближаентся.

k. Инвариантность в науке

Образование инвариантов в науке превосходит то, что образуется в восприятии (см. g). Также и здесь влияние способа рассмотрения элиминируется посредством обнаружения инвариантов. Поиск законов, в которые не включён наблюдатель, можно считать главной задачей науки. Успешность этих поисков говорит о наличии независимой от наблюдателя реальности. Математически выражаясь: в пользу объективности говорит инвариантность по отношению к координатным системам трансформации. В этом смысле эйнштейновская общая теория относительности есть одновременно теория абсолютности, которая работает с величинами, независимыми от координатных систем, инвариантными по отношению к очень общим трансформациям.

l. Опровержение теорий

Если бы наши восприятия были исключительно продуктами нашего духа, было бы непонятно, почему мы получаем опыт, который полностью противоречит нашим теориям. Однако снова и снова теории разоблачаются как ложные (флогистон, наследование благоприобретённых признаков и др.), ожидания разбиваются в эксперименте (на фактах). Так, не удались все попытки создания вечного двигателя, эксперимент Майкельсона по доказательству эфирного ветра принёс противоположные результаты.

m. Деантропоморфизация нашй картины мира (см. стр.165 и д.)

Если предполагать существование реального мира, то можно говорить о постепенной объктивизации нашей картины мира. Она проявляется, например, в переходе от птолемеевской (геоцентрической) к коперниканской (гелиоцентрической) системе; она проявляется также в том, что классическое разделение физики в соответствии с чувственным опытом (движение, свет, звук, теплота) утратило своё значение; оно проявляется в том факте, что в современной науке наглядность теории перестала быть масштабом её правильности.

Эти аргументы должны показать, что предпосылку о независимом от сознания, структурирорваном мире следует рассматривать как хорошо подтверждённую гипотезу(25). Даже если этот мир трансцендентен по отношению к восприятию (находится по ту сторону восприятия), он ведь не находится по ту сторону всего познания! Аустеда характеризует предположение о внешнем мире как установление, как постулат, а не как гипотезу, потому что она эмпирически неопровержима(26). Однако, далеко не все научные гипотезы допускают принципиальное опровержение, например, высказывания о существовании. Имеются даже гипотезы, которые не верифицируемы, не фальсифицируемы, но тем не менее необходимы для науки. К ним относится постулат реальности.

Я утверждаю, что реализм не доказуем и не опровержим… (Это свойство он разделяет со многими философскими или «метафизическими» теориями, особенно с идеализмом.)… Но его можно аргументировать и аргументы говорят в его пользу.

(Popper,1973,50)

Вопрос о том, каким образом осуществляется познание, с позиций защищаемого здесь гипотетического реализма, рассматриввается в следующей главе. Вопрос о том, на чём основаны его притязания быть познанием действительности (что, по Канту, невозможно), будет обсуждаться позже.