Ложа рыси - Куртц Кэтрин Ирен - Страница 105

Высокие двери храма были блестящими и черными, как полированный уголь, их прочерчивали движущиеся вспышки переливчатого зеленого цвета, похожие на плавающую изумрудную крошку. Стоящий впереди Адам протянул руку с кольцом и начертил на двери знак, как в ночь посвящения Перегрина. Он произнес Слово, и двери беззвучно отворились, открыв тяжелые, темно-зеленые драпировки. Из-за них донесся порыв ветра, несущий слабый, но полный жизни запах свежевспаханной земли.

Адам прошел внутрь. За драпировками был величественный зал, огромные колонны которого походили на стволы настоящих деревьев. Владыка этого зала был эбеново-черен, однако зеленый свет, казалось, изливается из него, как вода из родника.

Адам, а за ним и все остальные, опустился на колени и склонил голову.

— Владыка Земли, — сказал Адам. — Как Повелитель Охоты и слуга Света я пришел искать помощи от имени Сыновей Вдовы, тех, кто идет по стопам Строителя Соломонова Храма. Ныне мы и они приготовились к битве против слуг Тени, которые уничтожат Храм, который ты сам повелел им построить во имя Адонаи — да будет благословенно Имя Его.

Но Враг укрывается на земле, хотя сами камни вопиют о справедливости, — продолжал Адам. — Мы молим тебя, разбей их нечестивое святилище и разорви покрывало тьмы, скрывающее их, дабы излился на них очищающий Свет Повелителя Воинств.

Адам склонил голову, молитвенно простирая руки. Перегрин ждал, не смея поднять глаза. Архангел словно обнял Адама мерцающей аурой, и аура все расширялась, простираясь за пределы храма. Захваченного этим приливом силы, Перегрина унесло нахлынувшим ощущением полета души, закончившимся приступом головокружения.

Он открыл глаза. Он снова был в физическом теле, дрожащий и оцепеневший в холодных объятиях зимней ночи. Со следующим вздохом он почувствовал внезапное сотрясение, проходящее через его колени и идущее, казалось, из подземных глубин.

Сотрясение становилось все сильнее, земля словно пошла волнами. Вокруг стоял оглушительный грохот. В тот же миг, когда Перегрин инстинктивно зажал уши руками, воздух расколол звонкий гул, похожий на преодоление сверхзвуковым самолетом звукового барьера, и земля на мгновение ушла из-под ног.

Глава 38

Толчок — скорее психический, чем физический — сбил Перегрина с ног. Задыхаясь, он пытался восстановить равновесие, и в этот миг непрозрачный полог тьмы, укрывающий замок, внезапно осветился мерцающим зеленоватым светом. Тонкие, как волос, нити изумрудного сияния вырвались из земли, вытягиваясь подобно ковру гонимых ветром семян. Усики ветвились и распускались, словно мгновенно наступила весна. Насыщенные силой самой земли, цветущие лозы покрывали тьму, как плющ, карабкающийся по стене сада.

Повсюду раскидывались сияющие виноградные плети, пускали отростки, глубоко вонзая их в материю тьмы. Сеть зеленых огней становилась все гуще, мрак начал трескаться, как обветшалая каменная кладка, обломки непрозрачной черноты опадали, как куски гниющей скорлупы.

Защитники замка пытались удержать и восстановить защиту. Разбалансированный встречной волной враждебной энергии, Адам почувствовал, что не выдерживает. Снова начал собираться туман, закрывая ночное небо. Дрожа от напряжения, Адам указал кинжалом на замок и безмолвно попросил о поддержке собратьев-масонов. Он почувствовал, как живительная сила вливается в него, но внезапно огромный столб тьмы вырвался из земли, закрыв башню и едва не погубив все, чего они достигли.

Весь дрожа, Адам снова выбросил себя на астральный уровень, пожелав оказаться перед Главнокомандующим небесного воинства. Его немая просьба не осталась незамеченной. Головокружительный скачок — и вот он, покачиваясь, стоит на коленях между Маклеодом и Перегрином. На мгновение закружилась голова; Адам, потеряв равновесие, опустился на четвереньки. Ахнул Перегрин, и Адам поднял голову, глядя на север, куда указывал и Маклеод: в залитом лунным светом небе мерцающие занавеси полярного сияния расступились, открывая небесное воинство, уже изготовившееся к битве.

Блестящие мечи вздымались вокруг благородного стяга, радостно гремела песнь воинов, восседающих на огненных боевых конях, чьи шкуры сияли, как расплавленное золото, и чьи массивные копыта высекали искры из склонов Кэйрнгормских гор. Когда колонна окружила замок, небесные рыцари начали вырубать огромные прорехи в прозрачном веществе, окутавшем башню и скрывавшем ее обитателей. Там, куда изливался очищающий огонь их мечей, тени отступали и съеживались.

Адам, шатаясь, встал и снова направил кинжал на замок, фокусируя всю силу, вложенную Братством в его руки.

А в замке, в комнате на верхнем этаже башни, Верховный Мастер упал на колени с придушенным воплем. Разрушение психической защиты замка сотрясло башню до основания. Двое ближайших служителей бросились ему на помощь, но он отмахнулся от них дрожащей рукой. В черных глазах горела ярость.

— На это нет времени! — прорычал он. — Мы должны приготовить новую защиту. Победа еще будет за нами!

В комнату без стука ворвался Ребурн. Его худое лицо было в грязи, торк на шее покосился, в застывшем взгляде светлых глаз еще отражалось то, свидетелем чему он стал. Он бросил взгляд на большое кровавое пятно на одеянии Верховного Мастера, потом на тело Вемисса, скорчившееся в луже крови недалеко от места, где лежал на коврике из шкуры черного барана манускрипт.

Запястья Вемисса были связаны за спиной алым шнуром, который также оттянул его голову назад, чтобы жертвенный нож легко мог вскрыть обе яремные вены. Сам нож лежал ближе к манускрипту — не острый как бритва, скальпель, который Вемисс использовал для своих жертв, а древнее черное оружие, подобное торку. Ребурн ощущал остаточную, почти вещественную энергию смерти Вемисса, но ее было недостаточно, чтобы удержать защиту замка.

— Психическое сотрясение обрушило часть западного крыла, — бесстрастно доложил он, с усилием отводя взгляд от Вемисса. — С этой стороны дом теперь открыт для входа. Я взял из арсенала «узи», расставил своих людей и слуг и приказал удерживать позицию любой ценой, но если на нас физически нападут с той стороны, они не смогут держаться бесконечно.

— Ты должен помочь им, — холодно сказал Верховный Мастер. — Возьми четверых отсюда, чтобы охранять вход в башню. — Он указал на четверых ближайших к двери служителей. — Возвращайся к своим людям. Положи медальон среди руин. Если враги сумеют прорваться, призови молнию и уничтожь их.

Это означало смертный приговор и для своих, и для чужих. Светлые глаза Ребурна сверкнули.

— Верховный Мастер, — промолвил он спокойно, — вы, конечно, понимаете, что требуете самоубийства?

— Только если ты не сумеешь удержать западное крыло, как приказано, — парировал Верховный Мастер. — Пусть это будет стимулом для тебя и твоих людей. А теперь иди! Мне надо заниматься своими делами.

Он отослал его резким взмахом руки.

Ребурн мгновение помедлил; крепко сжатые губы удерживали непроизнесенные слова. Потом резко повернулся и вышел, пополнение молча последовало за ним.

Чуть слышно бормоча, Верховный Мастер приказал служителям вернуться на места. Теперь, когда четверо ушли с Ребурном, с ним остались всего восемь, но это была элита; они не подведут его.

— Итак, — сказал он, протягивая к ним скрюченные руки. — Мы далеко не побеждены, как вскоре поймут наши противники. Посмотрим, чем ответят Охотники, когда их добыча превратится в невидимого хищника…

Когда «черная дыра» Перегрина расчистилась и по крайней мере хрупкая заплата была наложена на полог света на месте трещины — благодаря постоянным усилиям Кристофера и его масонской команды на опорной базе, — спецназовцы Адама смогли взяться за дело, в котором они были лучшими. Небесная рать отступила за мерцающий занавес полярного сияния, и замок был четко виден при свете полной луны.

Двигаясь с быстротой и четкостью профессионалов, Дуарт и его люди начали наступление; Адам, Маклеод и Перегрин осторожно двигались за ними. Западное крыло заметно пострадало при землетрясении и теперь представляло собой наиболее удобную цель для нападения. Склон был не такой крутой, как они боялись, хотя очень мешали валуны и обнажения породы.